Возвращение изгнанника - Кейт Якоби

И еще: что делать с Финлеем? Отослать его в Анклав? Сделать, как хочет брат, и тоже отправиться на Собрание? Есть еще один путь: вести себя как всегда и продолжать попытки заставить брата понять. Но разве есть что-нибудь еще не испробованное, разве остались слова, которыми можно убедить брата и всех остальных, что Роберт — не тот человек, которым они его считают? Что полагаться на него — значит обрекать себя на неудачу, если не хуже?

Однако Роберт прекрасно знал ответ. Финлей — его брат, и, несмотря на все недостатки, брат любимый. Роберт до последнего вздоха будет продолжать попытки научить чему-то этого увлекающегося, пылкого юношу. И может быть, когда-нибудь в будущем, в какой-то далекий момент времени, Финлей сможет простить ему его ужасное преступление.

Да, нужно идти вперед. Он должен продолжать, как начал. С прошлым покончено. Будущее не должно оказаться столь ужасным, чтобы он не смог его вынести. Нужна только сила и очень, очень много решимости. Все действительно могло быть много хуже.

Роберт выпрямился и еще раз взглянул на небо. Уже почти рассвело, все заливал неяркий серый свет, какой бывает перед самым восходом. Краткий и прекрасный момент обновления, когда земля наслаждается свежестью перед тем, как погрузиться в наступающий день. Да, пора в путь. Роберт сделал шаг в сторону пещеры и замер на месте. До него донесся какой-то тихий звук, шаги и шепот.

— Я не стал бы брать того коня, — произнес Роберт с улыбкой. — Он хромает.

Девушка резко обернулась, чуть не подпрыгнув от неожиданности. Она стояла у выхода из пещеры, держа под уздцы мерина Финлея. Тут же сдавшись, она пожала плечами:

— Вот я и подумала, что вам будет его не жалко.

— От всей души надеюсь, что одалживать лошадей не войдет у вас в привычку. В следующий раз рядом может не оказаться никого, кто придет вам на помощь. Так как?

— Вы о чем?

— О привычке одалживать лошадей.

Она подняла брови, и на краткий миг Роберту почудилось в ее лице что-то очень знакомое. Впечатление, однако, было таким мимолетным, что он так и не смог поймать воспоминание.

— Вы, кажется, не особенно удивлены, — ответила она ровным голосом. — Вы ждали меня?

— Нет. Я просто любовался восходом. Но вы не ответили на мой вопрос.

— Такой привычки у меня нет. Что бы ни говорил тот гильдиец, я не ворую лошадей. Послушайте, поставьте себя на мое место. Я не знаю, ни кто вы, ни почему помогли мне. Дело ведь касается моей жизни, а вы можете оказаться разбойниками и убийцами.

Роберт согласно кивнул:

— Верно, можем. Чего вы хотите? Вернуться в свою деревню?

— Вы отвезли бы меня туда, если бы я попросила?

— Это зависело бы от того, насколько вам можно доверять. — Как ни старался, Роберт не мог сдержать смех. Дженн ничего не ответила, просто продолжала смотреть на него. Нет, эта девушка совсем не простушка и явно привыкла смотреть в лицо опасности с откровенной бравадой. — Ну так куда вам нужно?

— Если бы вы отдали мне лошадь, мне не пришлось бы красть ее, правда?

— Но это не мой конь. Он принадлежит Финлею, так что придется спросить его. У вас есть еще какие-нибудь предложения?

Она бросила на Роберта оценивающий взгляд и отвела глаза.

— Вы собираетесь пересечь горы?

— Да.

— Вы не взяли бы меня с собой?

— От кого вы убегаете — если не считать Гильдии?

— Ни от кого. — Дженн нахмурила брови. — С чего бы мне убегать? Я просто всегда хотела побывать в тех краях. Я понимаю, что раздражаю вашего брата, но на самом деле я могла бы быть полезной. Я готовлю лучше, чем этот ваш веснушчатый приятель.

Роберт не мог не признать, что мысль о совместном путешествии с Дженн определенно ему нравится. В ее присутствии Финлею пришлось бы держать язык за зубами. Можно не сомневаться, что брат не рискнет выдать охраняемый на протяжении пяти столетий секрет Анклава, рассуждая о нем перед незнакомкой. Да, от девушки может быть больше пользы, чем она сама думает.

— Что ж, только не ожидайте радости по этому поводу с его стороны, — улыбнулся Роберт. — У Финлея есть скверная привычка дуться и ворчать. Не удивляйтесь, если всю дорогу он не скажет вам доброго слова.

Дженн легкомысленно взмахнула рукой:

— Не беспокойтесь. Я сумею найти с ним общий язык.

Роберт взял у нее повод коня.

— Если хотите, можете на нем ехать.

— Но вы же сказали, что конь хромой! Роберт кивнул с извиняющейся улыбкой:

— Так оно и было — вчера. Ладно, давайте разбудим лежебок. Однако Финлей уже не спал и немедленно увлек Роберта в дальний угол, где их не услышала бы Дженн.

— Ты с ума сошел! — прошипел он. — Мы же не знаем, кто она такая. Прошлой ночью за ней гнались члены Гильдии. Не хочешь же ты поссориться с ними, не успев вернуться? А взять ее с собой в горы Голет!.. Там же рядом…

Роберт положил седло на спину своему коню, лишь мельком взглянув на брата.

— Что, по-твоему, я должен сделать? Оставить ее здесь? Отдать в руки Гильдии? Бросить в первой же деревне? Мы же, когда нас посвящали в рыцари, клялись защищать сирых и убогих, брат. Она беспомощна и одинока. Наш долг — защитить девушку. — Роберт улыбнулся брату, надеясь сыграть на его рыцарских чувствах, однако все было бесполезно.

Финлей, нахмурившись, выпрямился во весь рост.

— Понятно. Как ни жаль, не все так просто. И ты от меня так легко не отделаешься. — Не говоря больше ни слова, он потянулся за собственным седлом.

Роберт покачал головой. И откуда только Финлей берет свои странные идеи?

День выдался холодный и пасмурный, серое небо нависло угрожающе низко. Мика вглядывался сквозь золотой полог леса, надеясь увидеть просвет в тучах, но солнце не выглядывало, а после полудня ветер стал еще более холодным: приближалась буря.

Мика ехал позади Роберта и Финлея, развлекая Дженн или, точнее, позволяя ей развлекать себя: девушка оказалась интересной собеседницей. У нее был острый ум и, по-видимому, непоколебимая стойкость духа. Мика считал своим долгом узнать о Дженн как можно больше и поэтому охотно поддерживал разговор; к тому же она все время заставляла его смеяться.

— Ты такой мрачный, Мика, — серьезно сказала Дженн, не сводя с него своих лазурных глаз. — О чем ты тревожишься?

— О погоде, о чем же еще. Я уж и забыл, как быстро она меняется в здешних краях. И такой холод… Разве вы не мерзнете?

— Не особенно.

Мика покачал головой и принялся растирать руки.

— Раз Вестмей не ваша родная деревня, откуда же вы родом? — снова попытался он вытянуть у девушки что-нибудь. — Где ваша семья?

— Какой ты любопытный, Мика, — рассмеялась Дженн. — Все вопросы, вопросы…