Белый волчонок (СИ) - Кас Маркус

— Быстро расселись по местам! — у кого-то тоже утро не задалось.

Мы впихваемся за узкие парты со скоростью стаи вспуганных летучих мышей. Голос у моей двоюродной бабушки такой, что слушаешься моментально. Не иначе, как подкрепленный магией.

Взгляд сверкающих голубых глаз останавливается на мне, верховная хмурится. Видит, что меня сильно потрепало? Это хреново, надо учиться маскироваться.

— Сегодня мы поговорим о родовом даре, — жрица отворачивается. — Каждый из вас… кхм, наследников, владеет особенной силой. Той, что одарили боги на ритуале посвящения. Учить обращаться с ней — задача ваших верховных. Моя задача — научить думать, прежде чем обращаться.

Я уже готовлюсь к долгой и занудной проповеди. Вижу, как и остальные немного расслабляются. Только Истровский весь во внимании, даже забывает на Илену украдкой любоваться.

Но тут темнота в углу комнаты сгущается и начинает быстро разрастаться. Из нее выпрыгивает тварь — помесь жука и носорога, только размером в два раза больше амбала Покровского.

Она взвизгивает, противно и громко, и бросается на нас. Вокруг меня сверкают вспышки призыва силы и начинается ад.

Тварь пролетает через ряды парт, снося нас вместе с ними, как пушинки. Я отлетаю к стене и даже умудряюсь удивиться, что разбросанная мебель остается целой. Не успеваю собраться и сильно ударяюсь головой.

Черный носорог с полутораметровыми жвалами верещит и плюется тьмой, как автоматной очередью — тупо покрывая все пространство вокруг. Рыжему достается «пуля» и он, только поднявшийся на ноги, падает мешком обратно.

Я призываю свою силу и судорожно латаю дыры, ну хоть теперь это получается. Проклятье, это за хтонь? На тварь бросаются трое людей и их призрачных тотемов. Лютый бурый медведь Покровского, оскалившаяся львица Эратской и, внезапно, огненная, как и ее хозяйка, тоже львица Илены.

Адский мутант верещит и я уже не могу разглядеть, что там происходит, в этой куче мельтешения зверей, свечения и красных вспышек.

Саницкий подползает к парализованному Каритскому и, похоже, пытается помочь, их окутывает сияние и я слышу стон. А Володя…

Дрищ сидит, привалившись к стене. Рукав рубашки разорван, по руке течет кровь, очки слетели, глаза закатились. Твою ж, у него что, припадок? Я, держась одной рукой за голову, на карачках двигаюсь в его сторону.

— В сторону! — орет Истровский так, что я шарахаюсь от него.

Снова истошный визг и Эратская отлетает, ее несет пару метров по полу и прикладывает о каменную стену. Жива, но дезориентирована — моргает, шатается на руках, пытаясь подняться.

Покровский хватает тварь за жвалы, тянет в стороны, силясь порвать. Илена долбит в черепушку маленьким кулачком. Но, судя по звуку, веса в ее руке там на целого медведя, который беснуется за спиной здоровяка.

Вскакиваю, поскальзываюсь на чьей-то крови и скольжу в самое пекло. Группируюсь на лету, целясь в колено одной из ног твари. Завалить, а там затопчем!

Хруст и носорог падает на меня, выбивая воздух из легких. Рыжая тащит меня из под туши, выворачивая руку. Ну и силища у малышки, твою ж мать.

— Бей! — снова вопит Володя, его трясет. — Сейчас! Быстро!

Покровский продолжает пытаться разорвать тварюгу пополам, Илена замахивается и тут носорог, издав очередной высокий звук, мотает головой и раскидывает парочку в стороны.

Эратская, очухавшись, уже бежит обратно, но поздно. Тварь раскрывает пасть с тремя рядами зубов и прицельно плюется тьмой. В каждого по очереди.

Меня оставляют на сладкое. Я даже не знаю, чем атаковать это генетическое недоразумение, только успеваю собрать силу в одной точке и тут прилетает сгусток тьмы. Прямо в лобешник.

Тело отказывает моментально, как рубильником выключают. Сила не откликается. Ни на кусок мяса, ни на шарики, ни на угрозу расправы сексуального характера. Жвалы склоняются ко мне, из зубастой пасти текут слюни. Да чтоб тебя…

Пффф. Тварь исчезает, как и паралич.

— Вы не справились, поздравляю, — спокойный голос жрицы в наступившей тишине бьет по ушам. — А теперь разберем ваши ошибки.

Глава 9

Да ты, бабуля, в край охренела. Это что, сейчас был урок?! Хочется заорать от возмущения, но на меня обрушиваются чувства. От попытки встать вывихнутая рука взрывается резкой болью.

Вместе с болью накатывает тошнота. В ушах звенит, со всех сторон слышатся стоны. Эратская, перепуганная, матерится. Да уж, прекрасный способ сбить спесь.

— Саницкий, подлатай раненых. Сначала Богдана, пусть он поставит на место парты, пока ты занимаешься остальными, — верховная смотрит на поле боя с явным разочарованием.

Олег, этот уставший серьезный парень, оказывается целителем. Он шустро ставит нас на ноги. Пара минут и тело становится как новенькое. Касание его силы странное, тепло и холод чередуются, как контрастный душ.

Даже от Эратской слышится приглушенное «спасибо», когда до нее доходит очередь. Все исцеленные молча включаются в процесс наведения порядка. Одну парту монстр все-таки расшиб в щепки, эти дрова сгребают в кучу в углу.

— Итак, — подводит итог София, когда мы рассаживаемся по местам. — Вы не справились с простейшим низшим демоном Великой пустыни. Да, я знаю, что все вы недавно посвященные. И не успели получить реальный опыт взаимодействия с хаосом. Что же, теперь вы знаете, к чему все так стремятся.

— Вы призвали демона? — ошарашенно спросила Илена.

— Девочка моя, вы были бы все мертвы, очутись тут настоящий демон. — жрица усмехается и тут же мрачнеет, — И я тоже, если бы могла их призывать. Но ваша проблема не в том, что вы не готовы ко встрече с подобным. Вы все, изъясняясь вашим языком, облажались.

Детки не справились с демоном — да уж, плохие, плохие детки. Меня распирает изнутри, приходится вцепиться в дерево сиденья. Но кое-что беспокоит сильнее завышенных требований к подрастающему поколению.

Великая пустыня и демоны. Что-то я видел в книжке по истории про это место. И не обратил особого внимания. Значит, про такой вот боевой опыт говорил Бэс. И они добровольно хотят такого?

Впрочем, судя по лицам цвета аристократии, уже не хотят. Все сидят с пришибленным видом. Как бы тут не готовили с самого детства, но завалить монстра — это не по наглой роже дать.

— Сами свои ошибки озвучите? — напирает жрица. — Молчите… Стыдно? Это хорошо. Только толку нет никакого. Учиться надо, а не обижаться на самих себя. Ладно, начнем с…

Все непроизвольно втягивают плечи. Но нас спасает Володя. Очки, найденные целыми, снова болтаются на краю его покрасневшего носа.

— Давайте с меня, госпожа София. Я переоценил свои силы и не смог сосредоточиться на координации действий команды.

— Да, Истровский. Главная проблема неопытных прорицателей в том, что вы хотите просчитать и увидеть слишком много. А нужно концентрироваться на нескольких секундах. Ты сумел вытащить из потока реальные угрозы, но слишком поздно.

Моя челюсть отправилась в орбитальный полет. Прорицатель? Это же ппц какой навык для ведения боя. Я совсем по-другому взглянул на парня. Если ты можешь видеть будущее, даже недалекое, понятно что будешь шарахаться от людей. Бедняга.

— Дальше, — продолжает жрица, пока я пытаюсь закрыть рот. — Покровский. Сила есть, ума не надо? С твоим потенциалом ты, безусловно, мог разорвать низшего. Но не сработало. А ты упорно продолжал пытаться. Я даже не буду говорить о том, что ты не воспользовался родовым даром, чтобы помочь другим.

Богдан густо краснеет и качает головой.

— Эратская. Хорошая реакция, не растерялась. Хотя другого я от вашего рода и не ожидала. Но ты выбрала неподходящий момент, чтобы сдерживать гнев. «Тот, кто радуется крови»? Незаметно.

Я спиной физически ощущаю волну ярости от девушки, сидящей сзади. Так у этой хладнокровной взрывной характер? Неожиданно. Тогда и гадать нечего, как она попала на «исправление».

— Каритские, — тяжелый вздох. — Занозы в заднице столицы. Александр, ты просто подставился под первый же удар и лишил команду защиты. Илена отвлеклась в самый главный момент, бросившись вытаскивать Белаторского. Который вообще глупо кинулся в самую гущу.