Клан Рысей 1–4 - Сергей Солдатов

Пройдя ворота, путник оказывался на широкой дороге, которая вела к подножию холма, к единственному месту, которое представляло собой искажение правильной окружности подножья. Эта, довольно высокая, вогнутая внутрь холма стена, на первый взгляд совершенно гладкая. Но стоило приблизиться к ней на расстояние примерно в два–три метра, как она начинала подаваться внутрь, как бы образовывая пузырь, в который постепенно входил человек или повозка. Стены пузыря начинали светиться, а когда он замыкался вокруг человека или повозки, то примерно через десять секунд, путник уже выходил из стены довольно необычного, совершенно круглого, цилиндрического сооружения, диаметром около трехсот метров, в центре «Площади Звезды», на самой вершине холма.

На крыше этого сооружения размещалась огороженная смотровая площадка. С нее и созерцали залив многочисленные зеваки, прогуливавшиеся там круглые сутки между многочисленных магазинчиков, предлагавших иду, напитки и сувениры Столицы.

Подъемный пузырь, воспринимал как одно целое любую группу объектов, расстояние между которыми не превышало примерно двух метров, но заставлял разъединять повозки обоза, если общая длина их была более десяти метров. Он просто переставал проваливаться вглубь холма, пропуская повозку, пока другие повозки или люди не отходили назад, давая ему замкнуться.

Название этих подъемны устройств — Лифты, приходило к каждому, как только он осваивал язык, то есть в первые три года жизни. Обычное слово единого языка. Скорее всего, у древних, такие устройства были весьма распространены, но до сегодняшнего дня они дожили только в Столице Империи, потому и получили названия их, статус имен собственных, а сами они стали предметом гордости жителей Столицы.

Таким образом, схема передвижения по Столице была очень простой. После прохода через ворота, нужно подойти к Лифту, затем выйти на «Площади Звезды», выбрать нужный спиральный спуск и идти по нему только вниз до нужного места.

Находились, конечно, любители подниматься вверх по спиральным дорогам, но то уже спорт, в котором, как известно здравому рассудку не место. Большинство же жителей Столицы, вообще никогда в жизни не поднимались вверх самостоятельно, предпочитая спускаться, даже почти к подножью холма.

Исходя из этих особенностей ландшафта Столицы, аристократическим и административным районами ее был не центр, как это принято в большинстве других городов, а область между подножием холма и Кольцом. Та ровная поверхность, по которой можно ехать в коляске в любом направлении. Там располагались дворец Императора, Университет, Гильдии торговцев, Гиномов и Ильфов, магистрат, армейские казармы и конюшни. Словом все административно–хозяйственные сооружения. Внизу же располагались и особняки наиболее состоятельных горожан.

За стеной Столицы, тоже активно строились различные объекты. Загородные дома знати, порт, пригородные сельскохозяйственные фермы, речные мельницы. Все то, без чего не представима жизнь большого портового города, да к тому же, главного в стране. На берегу залива, с собственной бухтой и причалом для рыбацких и прогулочных лодок, располагался и уже упомянутый загородный особняк герцога Балема, в котором остановился доблестный капитан Императорской Гвардии.

До дома, в котором жили семьи Маркуса и Олафа, путешественники добрались уже к вечеру. Их жены, со дня на день ждали прибытие обоза, поэтому наготове было все, что требовалось к встрече. Питеру строго настрого запретили уходить с семейного торжества, посвященного окончанию столь опасного путешествия. Он и ждал в большом дворе дома, когда его с Иликой позовут к столу.

Илику поселили в уютную комнату с окном, выходящим во двор дома, и она уже час в том же дворе, объясняла Кису, где он может теперь гулять, а главное, где гулять ему не следует. Особенно рыси понравилось, огромное дерево, которое росло прямо во дворе дома. Питер, как целитель и знаток всего живого, уверял, что это лесной бук. Судя по толщине, высоте и раскидистости кроны, ему было много больше сотни лет. Как объяснил Маркус, выбор дома в Столице, определило именно наличие этого дерева во дворе.

Илика с Кисом, сошлись на том, что жить он будет в ее комнате, откуда через окно выходить во двор, прыгая прямо на ветку этого зеленого великана. К соседям прыгать не будет, мелкую и крупную живность в доме трогать и даже пугать не станет. Все это поведала хозяевам Илика, заверяя, что обо всем договорилась с Кисом. Ей, конечно, поверили, добавив впрочем, что если одной или двух кур не досчитаются, то беда небольшая и столь красивому зверю это простят. Даже если куры эти будут соседские, то и с соседями договорятся. Но Илика заверила, что Кис все понял и никаких исключений не будет, что впоследствии и подтвердилось.

Затем всех позвали к столу, который сервировали тут же, во дворе, под сенью бука. Кис тоже остался во дворе, где ему предстояла огромная работа по обнюхиванию каждой травинки, песчинки и веточки его нового пристанища.

Утром Питер повел Илику с Кисом на экскурсию по Столице, которая поразила ее воображение еще при въезде. Илика настояла на том, чтобы спуститься вниз и еще раз подняться на Лифте. Зачаровано смотрела на залив с верхней площадки, слушая пояснения Питера. Благодаря Кису, вокруг них не толпился народ, а благодаря той бляхе магистрата, которую им принесли с остальными документами еще вчера вечером, стража не протестовала против присутствия рыси среди людей. Кису, конечно не нравился поводок, но Илика как всегда убедила его, что так надо, а в доме поводок она снимет.

Больше недели, неутомимая Илика обходила с Питером и Кисом Столицу. Питер даже сказал, что в большинстве мест он и сам до этого не был. Особенно понравились девочке парк при Университете с редкими растениями, привезенными туда со всего мира, и аллея, ведущая во дворец императора. А уж смотровая площадка, с которой они каждый день начинали обход все новых и новых мест, была просто на первом месте.

За несколько дней, Илика методично обошла все спиральные спуски, и посмотрела на все самые красивые здания. Восторгам ее не было предела, как не было предела и тому потоку вопросов, который она обрушила на Питера и своих новых домочадцев.

Наконец, осмотр Столицы был завершен. К тому времени и Кис обжился и во дворе и на дереве, которое, по кошачьему обыкновению, теперь считал своим. Питер, смог вырваться в свое общежитие, чтобы собрать свои вещи и узнать университетские новости. Он все же принял настоятельные предложения Маркуса, Олафа и особенно Илики, пожить с ними, а не в своем общежитии. Жизнь вошла в привычную колею для всех, за исключением Илики, ей предстояло познакомиться еще и с ильфийской гимназией–интернатом, куда ее обещал устроить Питер.