Лунная пыль. Академия Эдарон - Эмилия Крук

6 лет спустя

- Ах ты мелочь неугомонная, живо сюда! – кричал брат, не успевая поймать трехлетнюю дочку, которая так и норовила запрыгнуть с разбега в наш маленький пруд. Ну это для нас он был маленький, а для Марии – необъятное море.

Девочка все-таки туда нырнула и теперь отчаянно брыкалась, не давая Карлу себя выловить. Я сидела под ивой, счастливо улыбаясь. Их приезды дарили столько тепла и света, что и отпускать обратно не хотелось.

Брат и Скора поженились почти сразу, но с детьми не спешили, все-таки время до тридцатилетия еще было. Я думаю, что они бы и еще потянули, но Мария очень хотела появиться на свет, не оставив родителям вариантов. Она была словно солнечный лучик, разбрасывая вокруг снопы позитива.

Карл плюхнулся рядом, немного подвинув, чтобы приобнять и заодно отжать половину ствола. Я удовлетворенно опустила голову ему на плечо.

- Вы надолго? – с тех пор, как королевства заключили мирный договор, напряженность сошла на нет. И мои родственники этим пользовались, находя всевозможный лазейки, чтобы приезжать чаще.

- Неделя, наверное. У Скоры выезд в деревню, там кто-то психованный целое кладбище поднял.

- И не страшно тебе ее отпускать? – я честно недоумевала, постоянно ему этим тыкая.

- Страшно мне бывает, когда она силой долго не пользуется. Замучился трупики мышек и насекомых гонять! – я хмыкнула. Тут он прав, с магией нужно работать, иначе она начинает хозяйничать самостоятельно.

- А ты когда к нам? Сто лет уже не была, - брат сжал так, что ребра заныли.

- Лет через пару, не раньше, - Карл хмыкнул, более ни о чем не спрашивая. Это было тайной, но он о ней знал.

***

После переезда почти месяц меня не отпускали даже в сад. Дед и Крайсониария (я несколько дней зубрила ее имя, чтобы не спотыкаться) разве что с ложечки не кормили, да и Литманиэль от них мало отставал. Я от такой заботы начала чахнуть. Может, конечно, чистокровным эльфийкам только этого и надо, но во мне данной крови лишь треть. Вот поэтому я треть от месяца и вытерпела, а потом начала потихоньку безобразничать.

Мы с Ветерком ночью поднимались на крышу, чтобы немного вдохнуть свободы. Он – полетать, я посмотреть на его шалости. Один раз уснула, а открыла глаза уже в комнате. Рядом сидел дед, внимательно рассматривая.

- Анэлия тоже любила бывать на крыше…- он заканчивал уже осипшим голосом, но все-таки держался.

- Я знаю. Вижу иногда во сне кусочки ее жизни. Она не только там бывала, еще и летала с Минуткой, - и видя, что двигаюсь в правильном направлении, спросила. – А Вы не знаете где книги о Кауринской династии, которые нашел Дарель?

Дед смотрел долго, видимо усваивая в голове, что я и без того очень многое знаю и скрывать что-то от меня бессмысленно. Потом вышел, принеся целую стопку древних фолиантов. На языке фей, конечно…

После суток, проведенных над расшифровкой одной страницы, я занервничала. Начала приставать к шкатулке, которой тут нравилось гораздо больше, ведь скрываться не требовалось.

- Ну родненькая, помоги пожалуйста. Может ты можешь в меня какие-то знания залить? – она замигала красным. – Ясно, значит нет. А может переводить будешь? По буквам? – снова красный. – А может сама расскажешь, что тут интересного? – она замигала, выдав короткое «Всё».

Вот после такого разговора я не просто нервничала – злилась. Ровно до того момента, когда однажды рано утром из холла первого этажа не раздалось громогласное «Деронвиль, подъем!».

Я бежала по лестнице в одной ночной сорочке, даже не думая стесняться. Залетев с разбега в распахнутые объятия Роберта Тоскана. Как же я по нему скучала!

И если деда просить просиживать со мной часами, ради перевода литературы я стеснялась, то Тоскана тут же утянула к своим сокровищам. Стоит ли говорить, что с тех пор он к нам приезжал едва ли не каждую неделю? А уж как открыли межкоролевский портал, так мог и каждый вечер захаживать, выпить эльфийского вина со старым другом, побеседовать по душам с Литманиэлем, вставить в тык мне…

Он просил называть его Робертом, но я иногда срывалась на злобное «профессор Тоскан», когда он перегибал палку в попытках научить меня «нормальным боевым реакциям». Тренировать вздумал, гадость такая, утверждая: «Эти эльфы из тебя комнатное растение сделают, Деронвиль».

Я любила занятия с ним, хоть и вредничала до последнего, списывая такое вольнодумие на кровь неугомонных фей. Мне вообще повезло с учителями – Тоскан обучал боевой магии, дед – артефакторике.

Из книг удалось вычленить многое, но основным открытием была неограниченная магическая подпитка через носителя магии. Вот почему феи так старались заполучить артефакт. Неиссякаемый источник - сила и власть.

Мне хотелось помочь всем, но в первый раз решится на эксперимент оказалось страшно. Родственники грудью вставали, запрещая ехать, но это было важно для меня, поэтому смирились.

Во дворец, к королю человеческого государства проникли тайно, с его согласия, разумеется. И также тайно питали земли, в которых магического почти не осталось. Первый эксперимент выжал меня досуха, неделю я провела в постели. Зато во второй уже было четкое понимание границ, и ушла с поля я своими ногами. Спустя год стало понятно, что магия в тех землях поднимает голову, потому что начали рождаться одаренные дети.

Вот тогда-то человеческий король и эльфийский император начали налаживать отношения. Подписали договор, быстренько сообразили межкоролевский портал, которым могли перемещаться только доверенные лица. У каждого был индивидуальный жетон-активатор. Карл поочередно пользовался то моим, то Тоскана, но об этом тссс, хоть все и так в курсе наших махинаций.

В человеческом королевстве я бывала только по государственной необходимости, совмещая эти визиты с путешествием в Градон. Там у меня подрастал братик, радуя своими успехами не только родителей. Стоит ли говорить, что после настолько явного вмешательства шкатулки, ребенок у Эрры родился одаренный, хоть нам и пришлось 3 раза тайно навещать беременную женщину, когда самочувствие той совсем ухудшалось. Шкатулка максимально ее подпитывала, дав выносить совершенно потрясающего мальчугана.