Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна

— Не жалуюсь, — кивнула Марина Николаевна. — Спасибо за помощь. Если получится еще разок повторить урок для закрепления материала, буду вам очень признательна.

— Почему бы и нет, — пожал он плечами. — Мне тоже не помешает встряхнуться.

— Снейп, — произнесла она, подумав, — вот скажите… Вы сейчас вели себя совершенно нормально. Не срывались на мне, не обзывали бездарью, хотя я честно предупредила, что не обижусь… Показывали приемы раз за разом, пока не получилось, как положено, да и вообще проявляли редкостное для вас терпение! Почему же вы так безобразно ведете себя в классе? Ну просто разительное же отличие!

— Ну это же элементарно, Амбридж, — серьезно ответил Снейп. — Вы взрослая разумная женщина, которая четко знает, чему хочет научиться, и готова потрудиться ради достижения этой цели. Если не получится, вы повторите снова и снова, пока не добьетесь желаемого, не так ли? А не станете ныть «ой, не выходит» или «да зачем мне это нужно?» и считать минуты до окончания занятия, мечтая сбежать поскорее и забыть всё, как страшный сон! Я прав?

— Абсолютно. Учить тех, кто учиться не желает — то еще наказание, — вздохнула Марина Николаевна. — И можете не повторяться, я помню, что вы мне тогда сказали насчет заинтересованности учащихся.

— И не спрашивайте, почему я до сих пор не сбежал из Хогвартса, — предостерег он.

— Я догадываюсь, каковы могут быть причины, пусть и очень смутно, — кивнула она. — И подозреваю также, что это не только ваше желание и решение. Скорее уж, совсем не ваше.

— Да. Не стоит об этом, Амбридж, — Снейп помолчал, потом предложил: — Еще раунд? А то завтра мне нужно будет отлучиться с одной крайне неприятной миссией и, боюсь, после этого я буду настолько не в духе, что могу невзначай покалечить…

— Боже, что же вам такое предстоит? — поразилась Марина Николаевна и предположила первое, что пришло в голову: — Неужели родственный визит?

— Близко к тому. Живых родственников у меня, к счастью, нет.

— Извините.

— Не за что извиняться, Амбридж, я о своей семье никогда не упоминаю. Многие думают, полагаю, — он криво усмехнулся, — что я самозародился где-то в подземельях.

— А я как раз навестила своих, — зачем-то сказала Марина Николаевна.

— Я думал, вы тоже… — Снейп покосился на нее, явно пытаясь подобрать не слишком оскорбительное определение, потом сдался и закончил: — Одиноки.

— Да не совсем, — улыбнулась она, — родители живы, еще есть брат с женой, племянницы…

— Никогда не слышал о семье Амбридж, — подумав, произнес он. — О чистокровной так уж точно.

— Правильно, вы и не могли услышать. В свое время я предприняла все меры, чтобы никто и никогда не вспоминал о моем отце, — серьезно сказала Марина Николаевна, увидела непонимание на лице Снейпа и пояснила: — Он служил уборщиком в Министерстве, и когда я начала карьеру…

— Можете не продолжать, — поднял руку Снейп. — Вы сделали всё, чтобы предать забвению этот позорный факт вашей биографии.

— Да, именно так. Он вышел на пенсию раньше срока, я выделила ему содержание… и не общалась до недавнего времени.

— А… мать? — осторожно спросил он.

— Она вернулась к магглам, когда мне было пятнадцать, — сказала Марина Николаевна. — С моим братом.

— Так она…

— Маггла. А брат — сквиб. Теперь ясно, почему я никогда о них не упоминала?

— Еще бы… — Снейп с силой сжал переносицу. — С вашей-то откровенной неприязнью к магглорожденным и магглам… которой, кстати, я что-то не наблюдаю с самого начала учебного года.

— Все течет, все меняется, — вздохнула Марина Николаевна, — я же говорила, что у меня произошла глобальная переоценка ценностей. Вот, даже с семьей более-менее примирилась… Отец, оказалось, нашел маму с братом.

— И как вас встретили, если не секрет? — с неожиданным любопытством спросил он.

— Настороженно, — подумав, подобрала она подходящее слово. — Но в целом… в целом недурно. Сами понимаете, Рождество — самое подходящее время для таких вот… семейных сцен. Ну а учитывая то, что у обеих племянниц волшебный дар уже проявляется достаточно ярко, я с них глаз не спущу. Отец, конечно, приглядит, но…

— Надо же, проявился через поколение, значит? — задумчиво произнес Снейп.

— Да. Причем невестка моя — тоже маггла. Хотя кто знает, кто там у нее в родне был…

— А зачем вы мне все это рассказываете, Амбридж? — спросил вдруг он.

— Не знаю, — развела руками Марина Николаевна. — Заговорили о неприятных визитах и вот, к слову пришлось. Хотя мой был не столько неприятным, сколько напряженным.

— И теперь мне есть, чем вас шантажировать.

— А почему вы решили, что я намерена и далее это скрывать? — удивилась она. — Через пять лет в школу пойдет Дорис Амбридж, еще через год — Диана. Тут всё и вскроется. Лучше уж трогательная история с примирением, вам не кажется?

— Нет, не кажется. Я полагаю, вам нужно как следует обезопасить семью, Амбридж, — серьезно произнес Снейп. — И не упоминать о родственниках. Вы будто не знаете, как к полукровкам и магглорожденным относятся сторонники… Темного лорда.

Марина Николаевна помолчала, потом признала:

— Кажется, я дала маху…

— Пока вы ничего не испортили, — сказал он. — Но имейте в виду: одно дело пожилой волшебник, о котором никто не помнит, живущий с магглами, и его внучки, о которых никто не слышал. И совсем другое — отец помощника министра и ее племянницы. Вы понимаете, на что я намекаю?

— Конечно, — она невольно поежилась. — Самое забавное, что то же самое я говорила вам об Уизли, но примерить ситуацию на себя не догадалась! Спасибо, что открыли мне глаза…

— Не за что, Амбридж, — Снейп помолчал. — Кстати, у нас больше общего, чем может показаться.

— В каком смысле?

— В прямом. Моя мать была волшебницей, а отец…

— А вы-то мне зачем об этом говорите? — не поняла она. — Вы, кажется, никогда не пытались выдать себя за чистокровного.

— К слову пришлось. Но мне опасаться нечего, их обоих уже нет в живых. А вы…

— Думаю, я организую им переезд подальше отсюда, — подумав, произнесла Марина Николаевна. — Они все равно живут по-маггловски, так какая разница, в Лондоне или где-нибудь поближе к Ирландии? Невестка как раз из Уэльса… кажется, и родня у нее там есть.

— Не самый плохой вариант, — кивнул Снейп. — И лучше под другой фамилией.

— Можно под материной, она отнюдь не редкая. Маггловские документы я им добуду, средств достаточно… — Марина Николаевна глубоко задумалась. — Да, сразу после каникул и сделаю, что тянуть? Отец поймет, ему дед много рассказывал о предыдущей войне… Ничего, пока все живы, всё еще можно исправить!

— Это верно, — после долгой паузы произнес Снейп. — Пока все живы… ничто не потеряно.

Он не стал продолжать, видимо, это было что-то глубоко личное, и Марина Николаевна промолчала.

Да уж, помирилась с родственниками, чуть хуже не сделала! Настоящая Долорес просто не пошла бы на это, а шантажировать ее отцом и племянницами вряд ли бы вышло, она их не знала и знать не желала! А теперь…

— Ну так что, Амбридж, еще раунд или завершим на сегодня? — прервал ее раздумья Снейп.

— Лучше завершим, — ответила она. — Я уже не смогу сосредоточиться.

— А вы полагаете, если на вас внезапно нападут, вы сосредоточиться успеете? — усмехнулся он. — Ну, как угодно. Однако повторюсь: завтра ничего не выйдет, я…

— Вы будете злы, — кивнула Марина Николаевна. — А если на вас внезапно нападут, вы успеете успокоиться? Или злость будет только на руку?

— Один — один, — серьезно сказал Снейп. — Бешенство в этом деле тоже может навредить… Хорошо. Тогда вы сейчас пытаетесь сосредоточиться в боевых условиях, а завтра я постараюсь взять себя в руки после визита, идёт? Даже любопытно, что получится!

— Хорошо, попробуем, — согласилась она. — А я вам потом покажу одну забавную штуку…

Бой завершился бесславным поражением Марины Николаевны, но она не огорчилась: теперь стало совсем уж ясно, в каком направлении нужно работать над собой.