Смутное время - Олег Яковлев

Гномы сражались в тесной пещере, и факелы, освещавшие подземелье, не давали им полного представления о потерях и количестве врагов. С громким хрустом сломался хребет гнома, бросившегося на огромного девятифутового пришельца. Этот демон отличался от своих собратьев – у него были большие перепончатые крылья. Сейчас, правда, сложенные за спиной. Монстр возвышался над сородичами на две головы, и рога его вырывались из водопада блестящих черных, как поток смолы, волос. Могучие, налитые пламенной мощью мышцы, широкая грудь, изрезанная шрамами татуировки. Его руки сжимали два хищных клинка, раздваивавшихся на конце. С пояса стекала черная ткань драпировки. Ух’эрран. Демон-воин. Ведущий в бой безмозглых рабов, он был наделен немалым интеллектом и представлял собой совершенно другую ступень развития инфернальной сущности. И хоть стояли они, Ух’эрраны, в демонской иерархии лишь на двенадцатом (последнем по удаленности от Бездны) круге, силы им было не занимать.

Чудовище одним ударом с легкостью снесло гнома так, что тот отлетел к стене заставы. Сыны Дрикха, изможденные, усталые и забрызганные кровью, уставились на демонического гиганта, подняв секиры. Демон-воин раскинул руки в стороны и заревел, заставляя приспешников остановиться за его спиной.

Когтистая нога сделала шаг вперед; защитники заставы, вымотанные боем, попятились. Монстр замахнулся на них широким мечом багровой стали… но вдруг остановился и взревел. Из его пасти полился поток смолы, он мелко задрожал всем телом. Спустя миг руки его обвисли, и он рухнул на холодный камень пещеры, раздавив нескольких своих собратьев.

Фигура гнома, облаченного в вороненый пластинчатый доспех, быстро взобралась на спину поверженного противника и выдернула из тела гиганта секиру, которая прошила крылья, хребет и застряла в ребрах. Повергнув главного противника, гном принялся буквально «нарезать» наступающих демонов на мелкие части! Черные доспехи постоянно вспыхивали узорами рун, а взмахи секиры оставляли четко видимые огненные следы в спертом воздухе подземелья. Мельчайшие крупицы серы загорались на полу, словно искры. За временем никто не следил, и сказать, сколько длилась битва, было затруднительно. Повсюду валялись изрубленные тела. Демоны не отличались особыми изысками боя, они тупо рвались вперед и просто кромсали противников на части. Из всего лейданга заставы осталось тринадцать усталых, взмокших и израненных воинов. Пало семнадцать. Гномы уносили убитых и добивали остатки демонической волны. Тут и там раздавался гномий боевой клич, а спустя мгновение дикий крик, извещающий об агонии еще одной твари.

Сняв глухой крылатый шлем, глава заставы, хромая и вытирая пот, подошел к лорду, который все так же спокойно осматривал поле битвы и взирал на пробитые врата. Казалось, на нем не было ни царапины, лишь все еще мерцали, медленно затухая, рунные узоры на его черном доспехе… лишь переливающийся чернотой плащ был изрезан на лоскуты и покрыт дымящейся демонической кровью.

– Тут я сглупил, лорд Дарвус, – подойдя, произнес хромой глава лейданга заставы. – Думал, мало ли что с вами, сметут еще… вот и рванул вперед…

– Да, на все воля… – Темный задумался на миг, а потом, взяв за плечо усталого собрата, сказал: – Ладно, пойдем врата ставить. Дел-то много…

В это время две высокие фигуры, облаченные в сгустки непроглядной тьмы, что глядели на бой из противоположного конца тоннеля, развеялись, будто от дуновения ветра.

В следующее мгновение они оба появились в совершенно другой части гор, в огромном подземном коридоре, все стены которого были расписаны алыми знаками и символами. В воздухе стоял настойчивый жар и нестерпимо пахло серой, но им было не привыкать. Они вышли из огня и серы, их кожа не плавилась, а носы никогда не забивались… Два демона неспешно шагали во тьму прохода.

– Милорд, вы оказались правы: атака провалилась, – раболепно кланяясь, проговорил один из них.

Он был горбат, его хребет пророс сквозь толстую шкуру и вырвался наружу острыми шипами, длинные руки волочились по земле, и ими он помогал себе при ходьбе. Два длинных рога были изогнуты, будто вилы, и временами очень чесались. Демон тер их когтями, но от этого становилось только хуже.

– Я всегда оказываюсь прав, – промолвил Теневой Лорд, лениво шагая в разверстый зев пещеры. Желтые огоньки его глаз выражали задумчивость.

– Но зачем же было посылать последних воинов на заведомую смерть?

– Твой мозг настолько затек серой, Герикон, что ты уже не понимаешь таких простых вещей. Коротышки должны поверить в то, что в Бездне произошли прорывы.

Лорд остановился на краю огромной пропасти. Даже на расстоянии пяти футов он уже не мог в ней ничего углядеть, но точно знал, что дна здесь нет. Это и была пресловутая Бездна.

– Тьма молчит, милорд Ганет, – произнес Герикон, заглядывая в черноту под ногами.

– Я и сам вижу, – прорычал Ктуорн. – В моем ответвлении, – он повел руками, указывая на стены, исписанные таинственными знаками, – уже полсотни лет не родилось даже самого хилого демоненка, даже гхарна…

– Да, милорд, это несправедливо. Это очень несправедливо и нечестно, поскольку в ответвлении у того же Танеша, забери его Бездна, каждый пятый – облеченный Ух’эрран.

– Что слышно из двенадцати уничтоженных, как полагают наивные коротышки, оплотов?

– Лишь стук кирок и молотов, – мерзко захихикал горбун. – Они пытаются пробиться наружу.

– Пусть пытаются. Без Рудного Эха и помощи извне им еще лет тридцать придется откапываться. – Ктуорн Ганет до предела напряг зрение, но так ничего не разглядел в мрачных глубинах.

Зло исказив лицо, он плюнул в Бездну смолой и, развернувшись, пошагал прочь. Верный Герикон повторил «подвиг» своего хозяина и последовал за ним. Бездна осталась глуха.

Четыре дня пути по извилистым тропам хребта не прошли для графа Ильдиара де Нота даром. Лошадь и пони пришлось оставить у подножия исполинских гор, там, где лежал прах сожженного гнома, развеваемый ветром. И теперь, в то время как гномы, многие из которых были довольно серьезно ранены в драке с разбойниками, резво поднимались по очередной крутой тропе над обрывом, он сам едва держался на ногах. За следующим поворотом тропы, выйдя из-за исполинской скалы, они наконец-то увидели Северные Врата Ахана, один из трех известных входов в подземное королевство гномов. Огромные каменные створки были вырублены прямо в скале и нависали над тропой, отбрасывая тяжелую давящую тень. Арка, уходящая к далеким туманным вершинам, была исписана непонятными письменами.