Клан Рысей 1–4 - Сергей Солдатов

Герцог Балин возлагал большие надежды на стационарные укрепления вдоль всей южной границы. И не он один так считал. А как еще защищать далекую протяженную границу Империи от степных псевдо–государств, населенных вдесятеро многочисленнее Империи? Вдесятеро, это еще в самом лучшем случае. Никто никогда не считал южных орков. «Никакая перепись не велась в «государстве», не имеющем даже единого управления, состоящего из многочисленных разрозненных племен, связанных лишь обычаями и объединяющихся только против внешнего врага. К сожалению, Империя считалась таковым с незапамятных времен. Историки утверждают, что даже со времен предшествующих Великому Перелому. Правда, Балин в это не очень‑то верил. Никаких документов и артефактов подтверждающих столь древнюю вражду, никто никогда не находил, а пресловутое «Древнее знание», лично для Балина было не очень убедительным аргументом.

»Древнее знание» пробуждалось у магов совершенно разных школ и направлений. Основывалось оно не на опыте или логических выводах, а на дремлющей до поры информации, то ли в самих магах, то ли в той таинственной субстанции, которые в просторечье называется манной, то ли еще неведомо где. Никто точно не знает, откуда приходило это знание. Если кого‑нибудь из магов оно осеняло, то ко всем, с кем этот маг им поделился, приходило какое‑то подтверждение, так же непонятно откуда, а иногда даже и обоснование. Пренебрегать им ни Балин, ни кто‑то еще никогда и не думали, но и слепо верить, до конца непонятному феномену, следовало с осторожностью. Хотя история не знает случая, чтобы «Древнее знание» оказалось неверным. Видимо это какая‑то неведомая информационная система Древних, остатки которой действовали до сих пор. Неверным оно не было, но вот истолковывали его неверно очень часто, правильное понимание приходило порой через десятки лет, отсюда и осторожность в отношении веры в него.

Самым ярким примером неверного истолкования «Древнего знания», которое вошло во все учебники магии, истории и естествознания, были названия Империи, Столицы и Университета. Когда‑то в незапамятные времена они были истолкованы как имена собственные и прижились в качестве таковых. И лишь немногим более сотни лет назад, другое, тоже «Древнее знание», растолковало, что слово «Столица» это не название главного города страны, а лишь обозначение, что данный город главный в стране, но название он может иметь другое. Открытие было любопытным, но менять сложившиеся веками традиции не стали. Так и осталось название страны Империя, главный город в ней продолжали именовать Столица, а самое престижное учебное заведение Столицы, так и осталось Университетом. Этим и многими другими историческими казусами и объяснялось настороженное отношение Балема к столь чудесному феномену, как «Древнее знание».

Нынешним утром Балина тревожил совсем иной сюрприз. От патрулей купеческого тракта, пришло донесение. Задержали остатки банды, которая разграбила и спалила деревню прямо на тракте, не считая других ее подвигов помельче. Действовала банда с исключительной жестокостью, убивая всех, кого встречала на своем пути. Слава Вседержателю, ее уничтожили, причем, что удивительно, простые купцы и даже сдали остатки банды патрулю. Из донесения следовало, что награда за такой подвиг купцам была вручена, и очень солидная, гораздо большая чем обычно. Высочайшая благодарственная грамота от Императора была выдана каждому. Занимался всем этим бургомистр Столицы и Императорский двор даже не поставили в известность. А следовало бы подробнее изучить этот случай. На тракте орудовали островные пираты. Это показал допрос ее остатков в магистрате Столицы, отсюда и дикая жестокость банды. Пираты, конечно, еще хуже орков, но на море. Что их понесло на сушу сейчас уже не установишь, потому что головотяпы из магистрата в течение часа успели и допросить и повесить всех пленников. Это исключило возможность более тщательного допроса с использованием методов магического дознания. Узнав об этом, Балин в сердцах подготовил указ об отстранении всех причастных к этому делу чиновников следственного департамента магистрата. Затем немного успокоился и переписал указ. Что толку менять одних болванов на других. Он подготовил циркуляр для всех сыскных и охранных департаментов, кланов наемников, армии и гвардии. Отныне, пленных бандитов, действующих как‑либо необычно, например особо жестоко, или с непонятными побуждениями, в общем неважно чем, но выделяющимися их общего ряда подобных преступлений, передавали Имперским властям, а не расправлялись с ними на местном уровне. С этим новым циркуляром и спешил Балин на аудиенцию к Императору.

Как всегда, дела Балема были последними, которые разбирал Император. Вначале проходили, поздравления, верительные грамоты послов, просьбы знатных родов о разрешении на заключении брака и тому подобные малозначительные дела, которые подписывались Императором просто по представлению секретаря. Доклады всех министров проходили в последнюю очередь и, как правило, по одному двум делам не более, но иногда они занимали все время до конца дня.

Вот и сегодня, Император весьма подробно изучал и новый циркуляр, и пояснительную записку к нему.

— Дорогой герцог, Вы считаете, что это не случайность, такие вылазки с островов?

— Дело не в этом конкретном случае, Ваше Императорское величество. Если местные стражники начнут вершить скорый суд над преступниками, мы рискуем никогда так и не узнать, случайная ли эта вылазка или начало новой, нехорошей традиции. К сожалению, даже в Столице, назначенные на сыскные должности люди, иногда проявляют поразительную недальновидность. Конечно, подавляющее большинство правонарушений сводится к пьяному мордобою в трактирах и карманным кражам, но нужно же как‑то отличать необычные случаи от каждодневной рутины. Так пусть уж лучше из перестраховки пришлют в Столицу банального насильника, которого мы тут повесим не хуже их, чем мы пропустим какой‑то действительно важный случай.

— Помните случай годичной давности, я докладывал Вашему величеству о рейде капитана гвардии Ван Дрика по южной границе Северного Каганата?

— Помню, но не в деталях, напомните, пожалуйста, еще раз — попросил Император.

— По договоренности с вождями нордов, капитан, со своим отрядом, совершал разведывательный рейд вдоль границы их Северного Каганата до границы Империи и далее вдоль нее на юг. Все было спокойно и тихо, но капитана заинтересовало, куда делась пограничная застава, на границе с ханством. Он бывал на ней неоднократно ранее. Застава эта, одна из опорных точек, через которую в будущем пройдет стена.