Диагноз: женщина - Ирина Чернова

Из-за угла дома показались еще двое в одежде наемников и широкими кожаными поясами, у одного за плечами виднелась рукоять меча, а светлые волосы были перехвачены кожаным шнурком. Мужчины обнимались, похлопывая друг друга по плечам, шумно выражая свою радость от встречи.

- Вы посмотрите на него, сияет, как золотой в чужом кармане! Торкеш, бродяга ты этакий, неужто ты в Харлахе обосновался? Да нет, не может быть, мы бы тебя уже встретили не раз! Или ты недавно пришел сюда?

- Сегодня утром прибыл из Фрайма, а вы-то откуда тут? И только втроем или из отряда кто-нибудь тоже здесь?

- Отряд распался, как только Харим погиб, кроме него никто так не мог держать всех в кулаке, часть ушла на север, там у Гномьих гор всегда люди нужны, мы вот решили тут поискать, кому наши мечи нужны, ты же знаешь, мы долго не сидим на одном месте, да и караваны надо охранять всегда. Да что мы стоим, пошли в трактир, посидим за кувшином доброго вина, расскажем друг другу все новости, что знаем!

Я уже завязала проклятый шнурок и стояла поодаль, не вмешиваясь в разговор. Знаю уже немного местные порядки, надо подождать, когда они обернутся, а то и на грубость можно запросто нарваться.

- Торкеш, да что ты стоишь, как вкопанный, пошли давай! Ребята, берите свои мешки, идем! - рявкнул один из наемников. Мужики подхватились и вся четверка двинулась к дверям, из которых доносились волны обалденных запахов еды и нестройный гул голосов. Торкеш сперва вроде как хотел обернуться, неуверенно дернулся пару раз, схватился за меч у пояса, но первый приобнял его за плечи здоровенной лапищей.

- Ты что, бабу снял себе, что с нами сидеть не хочешь? Так баб еще много будет, одна лучше другой, только помани! - гулко захохотал наемник, обернувшись. - На жену не похожа...да чтоб Торкеш в храм сходил, мир перевернется скорее! Эй, девка, - заорал он на всю площадь, - сегодня он с тобой не пойдет, он встретил боевых друзей! А ты ищи себе другого на ночь, слышишь! Пошли, ребята!

Последний наемник, с мечом за спиной, неожиданно развернулся и остановился на полпути, рассматривая меня в упор светлыми глазами.

- А ты ничего...Откуда ты будешь? У Лейры живешь? Скажи хозяйке, чтобы ни к кому тебя не посылала, я завтра приду, поняла? Скажешь, Андер приказал.

Мужчины уже скрылись в полутемном проеме, а я буквально приросла к месту, огорошенная происшедшим. Что это было? Я чего-то не понимаю в этом мире? Я произвожу впечатление шлюхи, что эти мужики разом припечатали меня? Но самое непонятное - Торкеш, еще час назад мы с ним...вспоминать противно даже, а тут он не сказал своим ...друзьям ни слова против, когда на площади мне просто плюнули в лицо... и еще этот ...застобил койку на завтра....Хотелось смеяться и плакать одновременно, плеваться от злости и топтать ногами свою шляпку. Но ярость - плохой советчик, надо успокоиться и вернуться на двор к Файзату...кстати, туда еще и добраться надо, я ведь дорогу не запомнила, а уже сумерки сгущаются!

Все-таки местные боги хранили меня, спасибо им за это, и до двора торговца я добралась относительно быстро, спросив только один раз дорогу. Вот и калитка, знакомый двор...обозники Джанира сидят за столом под навесом во дворе, лениво травят байки, около них вьется Килита, а из кухни слышно бесконечную трескотню женских голосов. Скорее всего, на помощь Лидде пришла Галата и они перемывают косточки всем, кому только можно.

- Здорово, мужики! Ужина ждете?

- Рина, присаживайся с нами! В город ходила?

- Где бегала, рассказывай!

Доброжелательное отношение было приятно, а сейчас - в особенности, когда я получила от Торкеша такой плевок в лицо. Рассказала о своей встрече с гоблинами, играющими в шахматы, о самих шахматах, об источнике Ирхана - кто-то пожалел, что никогда не видел этого источника, другие пообсуждали шахматы, зато все хором стали вспоминать, как у костра Торкеш рассказал о гоблинах в моем пересказе. Подошел Файзат, ему все кинулись рассказывать эту историю еще раз, причем каждый добавлял от себя все новые подробности и в конце концов получилась очередная легенда в стиле "как генерал выиграл в карты тыщу рублей". Утешало одно - смеялись беззлобно, ну весело людям, пусть радуются, а я переживу. Файзату история с гоблинами тоже пришлась по душе, зато пристроившийся в темном углу Сайнир плотоядно улыбался, предвкушая новую каверзу.

- Рина, а Торкеша не видела? - вспомнили, не к ночи будь помянут.

- Видела, днем.

- Да придет, куда он денется, не маленький.

А вот это правильно, когда этот гад пошел в кабак, он не думал, как я доберусь сюда, хотя знал, что я первый раз в Харлахе! Не пропадет, их там четверо...

Народ поел, посудачил и пошел разбредаться по жилью. Тускло зажглись магические шарики светильников, но по крайней мере было видно ступеньки. Прошмыгнула Килита в сторону конюшен, где остановились мужчины. Мареш воровато выглянул из дверей кухни и потрусил за ней. Дождется он от своей супружницы по первое число!

- Надира! Нади-и-ира! Надира-а-а! - орали сверху, завывая на все лады.

Судя по голосу, Сайнир, его трудно перепутать с кем-нибудь. Чего там такое случилось, что он так вопит? Надира выскочила из кухни и кинулась было наверх по лестнице, подбирая подол длинной юбки, но вдруг с другой стороны стола появился хозяйский сын собственной персоной. Надира застыла на середине лестницы с занесенной ногой, все, еще сидящие за столом, разом замолчали.

- Надира, - деланно тревожным голосом позвал парень. - Ты тоже это слышала?.

Девушка закивала головой и вцепилась обеими руками в перила лестницы так, что побелели пальцы.

- И кому ты веришь, мне или ему? - в мертвенной тишине громкий шепот произвел впечатление разорвавшейся бомбы.

Надира визжала так, что у меня чуть не лопнули барабанные перепонки, отовюду начали сбегаться наши и чужие мужчины, Лидда вылетела их кухни с ножом в руке, а с улицы раздался громкий стук в калитку и в образовавшуюся щель заглянула чья-то любопытствующая рожа. Сверху появился Файзат, поддергивающий штаны и в одном шлепанце.

- Что тут происходит? - рявкнул глава семьи, - Надира, закрой рот, что случилось?

Девушка вся тряслась, не произнося ни слова, только закрывала и открывала рот, как рыба, потом с размаху уселась на ступеньку и заревела во весь голос. Выскочившие во двор тревожно пересматривались, кто-то запустил сапогом в рожу из калитки, а Файзат рявкнул еще раз на всех, требуя объяснений. Наконец, путаясь в показаниях и перебивая друг друга, свидетели объяснили обстановку, как только торговец услышал, что говорил Сайнир, он затопал ногами и пообещал утопить сына в бочке с вином, если тот не перестанет шкодить и пугать народ. Сынуля уже благоразумно свалил от греха подальше, я так и видела перед глазами картину, как он давится от смеха где-то в темноте. Когда до всех дошло, что это был очередной розыгрыш, раздался осторожный смешок, другой, третий - и опять весь двор безудержно хохотал, держась за животы. Вслипывающая Надира тоже стала потихоньу хихикать, вытирая все еще катящиеся слезы. Файзат погрозил в ночь здоровенным кулаком с зажатым в нем шлепанцем и ушел к себе. Ну денек выдался...