Арес - Даниил Аксенов

Антипов пришел к трем выводам: во-первых, этот Кеаль, похоже, миролюбив и настроен на получение помощи, во-вторых, бог обмана узнал больше, чем ему собирались сообщить, а в-третьих, нужно обо всем рассказать Аресу. Пусть тот сам разбирается и решает, что делать. Рикста же так и не понял до конца, с кем они общались.

– А как барон нас встретит?

Паренек вскоре переключился с арнепов на другую тему. Он не мог подолгу говорить о чем-то одном, а Виктор успел застращать его жестоким владельцем замка.

– Не знаю, – честно ответил воин. – Сначала надо бы расспросить кого-нибудь, выведать обстановку, узнать, что именно случилось с осадой, а уж потом заходить в замок. К тому же перед этим нам кое-куда нужно заехать. На одну поляну в лесу.

– Так вас барон любит или нет? – Рикста задавал на редкость резонные вопросы.

– Скорее нет, чем да. Его реакция мне как раз известна, а вот что думают люди, нужно выяснить. От этого все зависит.

Упоминание людей изменило направление мыслей молодого воина. Теперь он уже размышлял не о Кеале, а о словах Аренеперта. По всему выходило, что жрец был прав. Арес принесет в этот мир войну и ничего, кроме войны. А его жрец ему поможет в этом. Подобные мысли совершенно не нравились Виктору. Он, конечно, связывал с Аресом надежды на светлое будущее, но не такой ценой!

Антипов начал нервно покусывать губы, как бывало всегда, когда думал о неприятных ему вещах. Разумеется, ему нисколько не хотелось ввергать мир в пучину войны даже ради своего собственного блага. Поэтому он решил поговорить об этом с Аресом. Возможно, даже обсудить такой важный вопрос первым делом.

Терзаемый тягостными думами, Виктор в молчании двигался дальше, а вот Рикста болтал без умолку, размахивая руками и ногами, отчего бедная лошадь временами не могла понять, чего хочет ее всадник.

– Так когда мы остановимся? – вопрошал он. – А вы помните все-таки, как я ловко зацепил пилой ногу тому дуралею? А кто был этот странный тип, который потом к нам подсел? Зачем мне его покровительство? Почему вы отказали? А когда мы пойдем на очередное дело?

Когда вопросы двинулись по третьему кругу, Антипов перестал предпринимать даже попытки ответить на них. Слугу это нисколько не волновало – он продолжал тараторить, а Виктор был так озабочен текущей ситуацией, что шум ему не мешал.

Вообще же Антипов считал, что со слугой не прогадал. За несколько дней тот сильно привязался к нему. У Риксты не было родителей, поэтому паренек нуждался в примере для подражания. А Виктор проявил себя во всем блеске, коварно обеспечив восхищение и преданность со стороны подопечного.

– Я думаю, что мы не будем останавливаться в деревне, – сказал воин. – Заедем сразу на полянку и проведем там время до утра. У меня вопросы накопились к тому, кто там обитает.

– Лесник живет, да? – с интересом спросил Рикста.

– Лесник, – кивнул Виктор. – Всем лесникам лесник. Отшельник! Я тебя с ним познакомлю. Ты с него скульптуру делать будешь… может быть.

– Ну это я умею.

– Главное – чтобы похоже получилось. А то он, знаешь, разборчивый очень.

– Все будет в лучшем виде, господин!

– Излишняя самоуверенность укорачивает жизнь.

Наступила глубокая ночь. Ни луна, ни звезды не были способны полностью осветить дорогу, поэтому путешественники продвигались в полутьме. Но лошади шли резво и уверенно, в связи с чем Виктор со спутником не особенно волновались, что въедут в какую-нибудь канаву.

Минуты складывались в часы, и наконец, когда до утра еще было довольно далеко, вдали показались очертания деревни.

– Подъезжаем, – сказал Антипов. – Если я не ошибаюсь, за тем леском будет развилка – нам нужно повернуть направо.

Они миновали спящие дома, достигли искомой развилки и выбрали нужную дорогу.

– Скоро свернем к поляне, – комментировал путь Виктор. – Подумать только, не был здесь всего ничего, а такое чувство, что прошла вечность!

– Вы здесь родились? – поинтересовался Рикста.

Антипов открыл было рот, чтобы ответить, но ему помешал громкий и тягучий звук. Он, хотя и доносился издалека, закладывал уши и вызывал дрожь в теле. Лошади моментально дернулись и всхрапнули. Виктор обернулся, чтобы посмотреть, откуда идет этот вой, но паренек опередил его.

– Арнепы! – прошептал Рикста. – Близко!

В его словах сквозила паника. Воин попытался хоть что-то увидеть на темном горизонте, и это ему удалось.

– А что это там светится? – спросил Антипов. – Какие-то странные огни. Еще одна деревня? Я ее не помню.

– Это они! Арнепы! Мне рассказывали, что они светятся в темноте! – Рикста трясся как осиновый лист.

У Ролта была точно такая же информация, но Виктор ей не поверил. С чего бы это местным недоволкам светиться? Они ведь не собаки Баскервилей, а по соседству не живет знаток болот, выдающий жену за сестру. Но сейчас логические доводы Антипова отступили перед неумолимостью факта. К ним действительно приближалось нечто мерцающее, и приближалось быстро, учитывая неуклонное нарастание странного сияния.

«И чего меня понесло ночью! – Виктор мысленно негодовал на самого себя. – Один раз повезло – так нет, нужно испытывать судьбу! Но кто же знал! Они так редко встречаются…»

– Вот что, поступим так. – В тоне воина не было и намека на ту внутреннюю растерянность, которую он испытывал. – В деревню вернуться вряд ли успеем. Поэтому попытаемся прорваться на поляну. Там, может быть, получим помощь…

– От лесника? – быстро спросил Рикста с надеждой в голосе.

– От лесника. Не перебивай! Если он нам не поможет, то бросаем лошадей и лезем на дерево. Хочется верить, что арнепы не умеют по деревьям скакать.

Всадники дали шпор коням и устремились по дороге вдоль леса. Они поминутно оглядывались, предполагая, что арнепы отстанут или свернут, но, к большому разочарованию, хищники, видимо, уже наметили себе цель. Расстояние между ними и будущими жертвами сокращалось стремительно.

«С какой скоростью они бегут?» – задавал себе вопрос Виктор. Но точного ответа не было, только приблизительный – с потрясающей скоростью, учитывая то, как резво они догоняют скачущих во весь опор лошадей.

– Сворачиваем в лес! – скомандовал Антипов. – Не спешиваемся! И пригнись к гриве, а то оставишь свой скальп на какой-нибудь ветке.

Они ломанулись прямо через заросли. Возможно, деревья раздирали шкуру лошадей, но Виктор чувствовал, что лично он поверхностными царапинами не отделается, хотя возбуждение заглушало боль. Звуки преследования были уже слышны вполне отчетливо. За спиной раздавалось хриплое дыхание множества глоток и тяжелый топот.

– Скорее! Скорее! – торопил Антипов.