Неклассический некромаг (СИ) - Двинская Мария

Атаковать кочевники начали с позднего утра. Сначала развели костры и плотно позавтракали. Потом, как-то вразнобой с нескольких сторон, но не согласованно, понеслись верхом к заставе. Не доезжая с половину полёта стрелы, разворачивались, успев сделать пару выстрелов. Стрелы зажигали от костров, за каждой возвращались отдельно, будто целью была не атака, а желание показать свою удаль.

Деревянные постройки загораться не спешили, и обмотанные чем-то горюим стрелы особого вреда не наносили. От обычных стрел людей и живность защищали высокие стены. Недаром накануне зарядили все имеющиеся амулеты и артефакты. Среди них немало было и от пожара. Штатный маг приезжал раз в месяц и особо не усердствовал, так что наша помощь пришлась весьма кстати.

В ответ с заставы тоже стреляли, но без азарта. Так, для острастки, чтобы сильно не наглели и не подъезжали близко. Развлечение продлилось до вечера и, после плотного ужина кочевники разлеглись у своих костров. Между ними сновали на вид более молодые. Наверно, передают, что и как делать завтра. Странно, что не собрались вместе и нормально не обсудили планы. Но и на это нашёлся ответ.

— Так то кочевники. У них каждый род сам по себе. Сколько костров, столько родов и пошло в набег. Они ещё и подраться могут, если решат, что кто-нибудь на себя шкуру тянет.

Второй день осады мало отличался от предыдущего. Кочевники также подъезжали к крепости, выпускали несколько стрел и возвращались к своим. Защитники также вяло остреливались. Стрелы не бесконечны, а цели не подбирались достаточно близко, чтобы выстрелы были эффективными.

— Жаль, не скинула, — досадливо произнёс дан Лерн, когда один из атаковавших кочевников всё же смог успокоить лошадь, в которую попала стрела из заставы.

— Да, обидно, — я поддержала мужчину. — Хоть одним противников, но меньше было бы.

— Не одним, — возразил дан Лерн. — Минимум пятерых. Сейчас старшие показывают свою удаль, а падение с лошади для них большой позор и младшие воины могут уйти, если старший так опозорится.

— А это идея! Артефакт для пугания лошадей создать не смогу, это время требует на разработку, а вот кое-что другое должно сработать.

Получив разрешение делать всё, что посчитаю нужным, если это не принесёт вреда осаждённым, приступила к действию. Парни принесли шкуры щенков влаков и нарезали тонкими полосками. Половину ночи Крыс бегал от заставы до полей, раскладывая эти ленты. Лошади обязательно почуют запах хищной нечисти. Сомневаюсь, что кочевники их тренируют его игнорировать. Это мой Пончик только недовольно фыркнет, даже если целого влака ему на морду положат. Привычный уже ко всякому. Рабочие лошадки из телег и те еле сдерживались от желания побежать со всех ног. Кочевые же полудикие, их на работу из табуна арканом ловили.

План сработал. Когда ближе к обеду кочева опять начала свою джигитовку, их лошади недвусмысленно отказывались приближаться к заставе. Наездники с ними справились, но четверо всё же не удержались в седле. Люди от их костров, как и говорил дан Лерн, ушли с первых рядов стойбища. Трюк со шкурами уже на следующий день перестал работать. Старые выветрились и потеряли запах от утренней росы, перестав быть сильно страшным для лошадей, к тому же кочевники уже крепче держали лошадей и даже свеже подложенные шкурки не вызывали должного эффекта.

Вскоре развлечение с обстрелом закончилось и началась активная осада со штурмом. Отбивались вполне успешно. На близком расстоянии мои истребители с некромагами неплохо помогали обороняться с помощью магии. Но все понимали, что долго так не продержимся. Застава — не крепость, на долгие затяжные бои не рассчитана. Сбежать даже глухой ночью и поодиночке уже не было возможности. Кочевники полностью окружили заставу.

Через несколько дней, когда мы уже готовились к прямому бою после падения ворот, пришла долгожданная подмога. Военный отряд на армию не походил, но, подкреплённый боевыми магами, представлял серьёзную угрозу кочевникам. После стремительного боя степняки отступили. Они пришли грабить, а не сражаться, и на заставу нападали больше вынужденно и под влиянием азарта.

Торговец уехал сразу же, как освободилась дорога, даже не стал ждать лишний день, чтобы уйти с утра. Я же решила дождаться, когда отряд окончательно прогонит кочевников и вернётся на заставу. Вдруг, у него есть новости о ситуации с гильдией магов?

Отряд вернулся к вечеру, не став далеко преследовать противника. Бой дался им нелегко, заметно много раненых. А командир так вообще, распластался в седле. И как только держится? Его сняли с коня и на руках торопливо отнесли внутрь здания. Вскоре ко мне прибежал посыльный с просьбой прийти в лазарет.

В небольшом помещении, где я совсем недавно латала солдат из гарнизона, на кровати лежал командир отряда спасения. С первого же взгляда даже несведущему в лечении становилось ясно — его дела плохи. Мужчина тяжело дышал, кожа приобрела землистый оттенок с какими-то тёмными пятнами, одежда густо залита кровью.

— Ты же некромаг? — сипло спросил он, когда я подошла ближе.

Из специальности секрета уже не делала, дан Лере уже знал и вполне мог сказать об этом ару Синану. Имя командира я уже узнала, когда они ещё только начали сражаться с кочевниками.

— Можешь, когда я помру, чтобы не мог встать?

— Отрубить голову некромаг не нужен, — я пожала плечами и выдала первый пришедший в голову вариант. Иногда так делали крестьяне, если не было возможности провести обряд и были сомнения, что мертвец не встанет.

— Я не преступник, чтобы голову рубили! — несмотря на слабость и явную боль, он даже попытался возмущённо встать.

— Простите, не подумала, — всё же тела здесь стараются не уродовать перед захоронением. — Есть ритуалы, после которых ни самому не встать, ни никому не поднять.

— Проведёте? Заплачу, сколько скажете!

— Так вроде, не помер ещё, — я внимательней посмотрела на него. Раны целитель может вылечить, они не настолько серьёзные, чтобы человек умер с работающим амулетом, а он сейчас исправно отрабатывал. Вот от яда может и дух испустить, но от него тоже есть средства. С моей точки зрения, командир имел все шансы дожить до следующего боя.

— Ещё, — повторил ар Синан. — У этих кочевников стрелы были отравлены. До утра не доживу.

Целитель, что стоял рядом с койкой, согласно и сочувственно кивнул.

— От яда бурозуба нет противоядия.

— Он нейтрализуется ядом зелёной подколодки, а от неё противоядие сть, — возразила я, вспомнив давние лекции лича. — Но надо рассчитать точную дозировку.

— У вас он есть? — явно формально спросил целитель даже без надежды в голосе.

— Нет. И здесь не добыт. Подколодка в поддужных районах живёт, а мы сейчас на темени. Но можно же очищение крови и организма сделать, — я искренне не понимала, почему целитель сразу не очистил организм от яда. Ведь, чем раньше это сделать, тем меньше последствия. Не может же маг быть неучем при королевском отряде, а это был именно такой, если судить по гербам.

— Я запускал исцеление, — устало произнёс целитель. — Но против этого яда оно малоэффективно, и, к тому же, уходило на заживление ран.

Странно, что он мне это говорит. Обычно некромагов ни во что не ставят, а тут звучит едва ли не оправданием.

— Я не про исцеление, а про очистку. Крови, или, что сейчас актуальней, уже все организма.

— Понимаете, дарра Ренато, — обратился ко мне целитель, почему-то глядя в сторону. — Ар Синан умирает не от яда. Вы правильно сказали. Можно использовать очистку крови, хоть и не понимаю, откуда вы можете их знать, они только для целителей высокого уровня. Дело в том, что у него в кишках гнилостное воспаление, а оно неизлечимо. Всё, что я мог, как целитель — немного облегчить страдания. Потому, пусть умрёт к утру от яда, чем будет агонизировать несколько дней.

— Это моё решение, — подал голос раненый. — Дар Кистор не виноват. Если бы я сам обратился к нему, когда только начало болеть… Прошу, не говорите никому, пусть я для всех умер от яда после боя.