Безобидное хобби - Татьяна Андрианова

– Леди, вам нехорошо? – кажется, вопрос задал Нарб, и я была искренне благодарна ему за участие. С другой стороны, увидев подобное, вряд ли кто-то может чувствовать себя хорошо, если, конечно, он не полный извращенец.

Я вскинула на охотника потрясенный взгляд. И тут окружающий мир пошатнулся, я судорожно зажала рот рукой и метнулась в сторону, подальше от могил.

Тошнило меня долго и мучительно, до головной боли и звона в ушах. Вот уж не думала, что придется порадоваться отсутствию плотного завтрака. Если с одного чая так выворачивает, то еда точно меня прикончила бы.

Когда спазмы прекратили настойчиво сжимать мой далеко не нежный желудок, я прислонилась к шершавой коре одинокой трогательной березки и попыталась собрать в кучу разбежавшиеся во все стороны мысли. Первым отрывистым стуком в неожиданно пустой голове было: «Интересно, а меня теперь привлекут к ответственности за осквернение могил?»

Затем я чихнула. Это прочистило мозги окончательно, потому что вдруг пришло осознание случившейся катастрофы. Нураг мертв. Мертв окончательно и бесповоротно. Сердце выдрали и утащили с собой или прикопали где-то поблизости, не суть. Главное, что в отсутствии этого мышечного органа ни один даже очень древний вампир существовать не может. В довершение всего голову тоже оторвали. Понятия не имею, кто мог сотворить подобное, но он явно знал, что делает, чего не скажешь обо мне. Если я расскажу о своих трениях с покойным малознакомой команде по расследованию убийств вампиров, они почти наверняка с большим удовольствием повесят на одну слишком сознательную некромантку всю серию и умоют руки. С другой стороны, если Баркиарок узнает о случившемся, первой подозреваемой наверняка стану я. Всегда мечтала быть первой, только не в этом случае. Ситуация дрянь, как ни крути.

Я судорожно втянула воздух и закашлялась. Срочно нужно вытереть губы, а еще хорошенько прополоскать рот. Ни платка, ни фляги с водой, понятное дело, под рукой не оказалось, а виноват в их преступном отсутствии, разумеется, капитан стражи, некстати прервавший мое омовение и не давший толком собраться. Конечно, выходя из дома, я не каждый раз прихватываю флягу с водой. Ладно. У меня ее вообще нет. Но кто-то же должен быть виноват, и Роланд для этого прекрасно подходит.

Медленно, слегка пошатываясь на непослушных ногах, я направилась к мужчинам. Оказалось, они ссорились. Охотник с магом дружно честили капитана за то, что тот приволок хрупкую неподготовленную девушку на место убийства и показал, что значит «расчлененка» на практике. Любого курсанта готовят к такому месяцами, если не годами, а тут сразу такое нервное потрясение. Признаться, тут мои голубые глаза увлажнились слезами благодарности. Я готова была кинуться мужчинам на шею и крепко расцеловать, когда до слуха донеслись резкие слова Рэнделла:

– Вместо того чтобы прогуливать девушек по кладбищу, лучше бы некроманта нам привел, что ли.

Услышав упоминание о своей второй ипостаси, я споткнулась и буквально рухнула в объятия Нарба. Карие глаза брюнета взглянули на меня с нескрываемой тревогой.

– Леди, с вами все в порядке? – заботливо поинтересовался он.

Ну как тут устоять провинциалке перед столь галантным обхождением? Я затрепетала длинными ресницами и улыбнулась как можно лучезарнее:

– Практически да. Еще бы немного воды и платок, чтобы привести себя в порядок.

Тут же взгляд уперся в пыльные сапоги стоящего рядом Роланда. Мол, понимаю всю нелепость просьбы, стыжусь, но вот такие мы, женщины, слабые существа.

Нарб и бровью не повел, словно каждый день в его объятия падают растрепанные блондинки, молящие о воде и клочке ткани. Мужчина тут же всучил требуемое и даже заботливо поливал на руки, пока я мыла лицо.

– Большое спасибо, – расцвела я улыбкой, возвращая Нарбу одолженную вещь.

Платок на его месте я бы выбросила.

– Может, прекратим изображать заботу о беспомощной девице и займемся наконец делом? Для разнообразия, например, – сварливо поинтересовался Роланд. – Нам еще опись составлять и улики сортировать.

По вытянувшимся лицам мужчин стало ясно: уликами заниматься не хотел никто. Оно и понятно, испытывать радостный трепет от того, что раскладываешь по холщовым мешкам, пропитанным специальным составом, замедляющим разложение, части чьего-то изуродованного тела, может только законченный маньяк.

– Кстати, а зачем вам понадобился некромант? – поинтересовалась я, стараясь не выдавать слишком сильной заинтересованности ни словом, ни жестом. – Вы считаете, что в преступлении замешан зомби?

На меня посмотрели так, словно я предложила взяться за руки и станцевать вокруг убиенного зажигательный танец. Впрочем, Роланд быстро нашелся. Видимо, сказался многолетний опыт работы в страже.

– Зомби не могут нанести таких повреждений. Они сильные. Но у них нет ни достаточно острых зубов, ни когтей.

– Это смотря какой зомби, – многозначительно хмыкнула я.

Но моих слов всерьез почему-то никто не воспринял. Все-таки иногда трудно быть миниатюрной блондинкой невысокого роста. Вот мужчинам проще, отрастил бороду – и сразу выглядишь как умудренный опытом муж. А если я отращу на лице густую длинную растительность, боюсь, эффект будет далеко не тот.

– Ну, раз понятно, что зомби тут ни при чем, тогда и некромант вам вроде и ни к чему. Некроманты – они же только на зомби специализируются, – гнула я свое.

– Рэнделл говорит, что два знака в магическом круге вокруг жертвы явно некромантского происхождения.

– Зачем ты все ей рассказываешь? – зашипел на стражника маг, и у меня создалось впечатление, что его мантия вот-вот задымится и пойдет магическими всполохами от переизбытка чувств.

Ну просто детский сад, честное слово! Если ты маг – держи себя в руках. Так ведь кто-то и пострадать может.

– Все просто. – Напряженная улыбка на лице капитана свидетельствовала о том, что просто как раз ничего не было. – Вампиры сделали мне предложение, от которого сложно отказаться. Ключевым условием поставили участие прекрасной леди Ангеллы в расследовании.

Маг и охотник дружно обратили внимание на мою скромную персону. Во взгляде Рэнделла Щена читалось неприкрытое омерзение, причем он явно искал следы укусов на моей лилейной шее, чтобы мысленно заклеймить «кровавой шлюхой». С милой, открытой улыбкой не изуродованной интеллектом провинциалки я позволила насладиться зрелищем моей открытой шеи. Максимум, что ему удастся на ней обнаружить, – пару царапин и синяк. Впрочем, на шее не единственная жила, из которой может пить вампир, просто самая доступная и известная. Но если этот длинноволосый попытается раздеть меня, дабы убедиться, что я чиста от вампирского влияния, Всевышним клянусь, он увидит свои цепкие ручонки в последний раз.

В отличие от более юного мага, Нарб Крат выражал эмоции скупо. По его окаменевшему лицу нельзя было понять, к каким выводам он пришел, и это нервировало гораздо больше, чем открытая неприязнь Рэнделла.

– А можно взглянуть?

Прекрасно понимаю, что в глазах окружающих выгляжу либо склонной к мазохизму извращенкой, либо полной дурой. Второе, кстати, более вероятно.

– На что? – заинтересовался капитан стражи.

«Огласите весь ассортимент, пожалуйста», – чуть не брякнула я, но вовремя опомнилась и прикусила язык. Хотя на что здесь смотреть, кроме места преступления, осталось не ясным.

– На магический круг, разумеется. Очень уж любопытно на него взглянуть.

И добавила к словам чистый взгляд голубых глаз, не испорченных даже слабым намеком на присутствие интеллекта.

Обуреваемый сомнениями Роланд воззрился на меня с плохо скрытым злорадством. Видно, ему хотелось раз и навсегда отбить у навязанной клыкастой нежитью девицы всякую охоту путаться под ногами, но не знал, как на это прореагируют вампиры. Вдруг расстроятся, когда зареванная блондинка пожалуется на суровые будни дознавателей по убийствам вампиров.

– Дорогая, – деликатно кашлянул он, – вы уверены… – Капитан запнулся, подбирая нужные слова.

На помощь ему пришел Нарб Крат, ловко приняв словесную эстафету:

– …что у вас не начнется внезапное обратное пищеварение и вы не запачкаете нам все улики?

– Да ладно вам! – милостиво махнул рукой Рэнделл. – Все, что надо, я уже перерисовал, а что касается тела, так нам еще по предыдущему трупу заключение не дали. Надо полагать, и сейчас торопиться не станут, значит, не расстроятся, в каком бы виде мы его ни представили.

«Какие добрые ребята, – мысленно умилилась я. – Главное, не расплакаться от преизбытка благодарности. Забота их просто распирает». Вслух, понятное дело, этого я не сказала. Зачем вводить мужчин в грех гордыни? Вместо этого пришлось отделаться «милой» улыбкой и «нежным» девичьим взглядом.

Помнится, какой-то деятель искусства, изваяв золотого льва невиданной красоты, отложил инструменты, окинул свое творение влюбленным взглядом и сообщил миру, что глядя на сие произведение искусства, можно увидеть либо материал, из которого выполнена скульптура, либо самого льва. Так и сказал: «Увидишь золото, не увидишь льва. Увидишь льва – не увидишь золото». Мудрость этого изречения я познала, когда подошла к магическому кругу, начертанному неизвестным убийцей.