Сovert Netherworld. Бесконечность II. Медальон погибшей принцессы - Андрей Волков

– Приветствую вас – сказал генерал – вижу, что вы в отличной форме. Что привело любителя моря и золотого песка на встречу со мной, скромным военным бюрократом?

Трэверс проглотил смешок. Прибедняется генерал. Как же офшорные счета в Панаме и Сингапуре? Да и не будем забывать скандал годовой давности о двух уволенных секретаршах, за отказ в близости. По нынешним временам – это серьезное преступление. Впрочем, Трэверс приехал не запугивать, а дружить.

– Мне бы крайне не хотелось беспокоить вас – учтиво сказал Трэверс – однако кое-кому из моих друзей, которые не хотят афишировать себя, нужна ваша помощь в одном деликатном деле. Я думаю, что наше с вами тесное знакомство могло бы помочь им.

Тайберт потер руки. Он не нервничал и был абсолютно спокоен.

– О какого рода помощи идет речь? – спросил он – надеюсь вы понимаете, что если мы коснемся военных…

Трэверс замотал головой.

– О нет-нет, заверю вас, что речь не об этом – сказал он – просто моих друзей интересует энный груз, который оказался на дне местных вод. Если бы вы помогли достать его…

Тайберт алчно улыбнулся.

– Подводная лодка капитана Долматова, не так ли? – хмыкнул он – вас ведь она интересует? У нас тоже есть свои, надежные, источники.

Трэверс развел руками.

– Не сомневаюсь – сказал он – и раз так, вы должны понимать, какая цена для будущего человечества заложена в нашу операцию.

– Что вы хотите? – спросил Тайберт, не вдаваясь в экзистенциальные дискуссии.

– Должно быть вы уже знаете, о небольшом происшествии, которое имело место в Петерштадте. Побег из тюрьмы одной высокопоставленной заключенной.

– Я слышал об этом – кивнул Тайберт – весьма дерзкая попытка, но что в ней интересного для меня?

Трэверс улыбнулся.

– О, я безусловно заинтересую вас – сказал он – полет на конвертоплане через городские кварталы, уничтожение эскадрильи гиперзвуковых беспилотников… только один пилот способен на такое безрассудство – капитан Алин Авонамйелус.

Тайберт сверкнул глазами.

– Бывший капитан – напомнил он – её разжаловали и осудили.

– О да – бросил Трэверс – однако вместе с лишением звания и наград, нельзя лишить талантов пилота. Только она может так летать. Помогите нам задержать Покровскую и получите Авонамйелус. Вы ведь были следователем по её делу, не так ли?

Трэверс почти с удовольствием обратил внимание, как генерал потирает шею – то место, в которое Алин Авонамйелус ранила его, когда Тайберт пытался её изнасиловать во время допроса.

– Думаю, вы хотите поквитаться с ней, за то, что она когда-то избежала законного правосудия – продолжил Трэверс – теперь у вас будет такой повод. Вы арестуете её и её друзей, за нарушение государственной границы. Вы отдадите мне Покровскую, а я оставлю вам Авонамйелус. Это будет честная сделка.

Тайберт кивнул.

– Думаю, дружба с вами принесет мне куда большую выгоду, чем я рассчитывал – учтиво сказал генерал.

Как легко повернуть человека на свою сторону, пообещав ему исполнение потаённых желаний, подумал Трэверс, но также легко и потерять его. Верность за выгоду, конечно, самая хрупкая, но самая эффективная, в краткосрочной необходимости.

* * *

Известный радиоведущий одной из радиостанций Великоруссии Рудольф Галкин был сейчас далёк от своего лучшего настроения. Он сидел на черном мягком кресле в одном из номеров столичной гостиницы «Four Seasons», и искоса, с большой опаской поглядывал на стоящую возле него девушку, одетую в закрытое чёрное платье с длинными перчатками. Галкина даже беспокоила не столько девушка, сколько её правая рука, расположившаяся очень близко от его плотной шеи. Галкин знал, что вылетает из этой руки, если человеку, к которому он пришел, что-либо не нравится в ответах подчиненных. А о том, что болтают ещё про этих девушек обыватели и думать было страшно.

– Мы изучили ваш доклад, по ситуации в Йемене, господин Галкин – с другой стороны гостиничного номера, отозвался его собеседник – и пришли к выводу, что мы можем выделить ту сумму, которая нужна бунтовщикам, чтобы свергнуть правительство. Комитет по чрезвычайному положению примет соответствующее обращение.

Галкин почти раболепно склонил голову.

– Я благодарю за доверие – сказал он, надеясь, что его голос не дрожит – но я не понимаю, почему вы сюда приехали лично?

Неизвестный смерил ведущего оценивающим взглядом. Галкину на секунду показалось, что рука девушки скользнула чуть вниз. Интересно стали бы его ещё люди слушать на радио с таким же доверием, если бы увидели, что гроза-ведущий, сейчас сам трясется, как осиновый лист.

– Это вызвано необходимостью – ровно проговорил человек – о которой я и буду с вами сейчас говорить.

Галкин энергично закивал и его маленькие, как две бусинки глаза энергично забегали.

– Я весь внимание – сказал он.

Лица собеседника Галкина видно не было, виден был только зеленый мундир ГРУ, но было понятно, что он, наоборот, сохранял хладнокровное равнодушие ко всему происходящему, в отличие от ведущего.

– План близится к своему завершению – произнес неизвестный – ваш друг Школьников, оказался весьма полезен, хотя он и до ужаса труслив и туп, но именно такие и нужны в нашем деле, верно?

Галкин вновь энергично закивал.

– О да – сказал он – вы абсолютно правы.

– Это был риторический вопрос – заметил неизвестный.

Радиоведущий съежился и бросил взгляд на девушку рядом, на её лице выступила презрительная усмешка.

– Теперь к сути – продолжал неизвестный – Сегодня Школьников получил прокатное удостоверение на свой фильм и теперь ваш черёд. В ближайшее время мы устроим несколько акций, которые будут направлены на то, чтобы сорвать прокат фильма. Ваша задача обращать внимание на эти акции и всячески их осуждать. Вы должны в своих передачах сделать акцент, что появилась секта воинствующих монархистов, которая действует в интересах западных спецслужб. Их цель новое разделение страны и нарушение санитарных норм, которые введены для общенародной борьбы с вирусом. Особое внимание уделите персоналии Натальи Владимировны Покровской. Вы должны сообщать вашим слушателям, что Покровская агент иностранных разведок и все её действия по отношению к закону о едином цифровом распределителе преступны, кроме того, у неё совершенно помутился рассудок на почве болезненной любви к последнему царю Великоруссии. Вам понятно поручение?

Поручение было достаточно простым и понятным для любого политического журналиста. Тебе платят, и ты кого-то восхваляешь