The smart, the stupid and the dead - Анна Игнатенко

Ближе к полуночи мои спутники уснули, даже Вильгельм оказался под одеялом. А я решил проверить, как там наш артефакт.

И не нашел его. Ни там, где я его положил, ни где-либо еще. Он потерялся. А это значило только одно — что мы нашли его незаконно. А это значило, что…

— Вильгельм! Какого черта! Что было в завещании?!

Антуан и Вильгельмина, наверное, подумали, что я сошел с ума, но мне было все равно.

— Что было в завещании?

Последний Император плавал надо мной безмолвным облачком.

— Кому вы завещали Корону?

— Никому. Я подарил ее жене.

Я уселся на землю и обхватил голову руками. Вот так вот. Подарил. И то, что нет никаких письменных доказательств, — неважно. Корона знает, что у нее сменился владелец, и точка.

— А почему тогда спрятали ее?

Призрак понурился:

— Я не прятал. Она просто оставалась в Летнем дворце, когда меня убили. Ну и я подумал, что наверняка ее там и бросили — ведь никто не верил, что это всерьез.

Да. Тогда это могло быть не всерьез. Но теперь пришли эльфы…

— Все ваши наследники являются также наследниками вашей жены?

— Нет. У нас не было детей. У серафидов с этим вообще сложно. Они все наследники моего сводного брата.

Вильгельмина завозилась. Лунный луч упал на ее лохматую шевелюру и высветлил острое ушко.

— Говорите, — я в упор смотрел на девушку, — говорите!

Она поморщилась:

— Это только легенда…

— Ты не права, — это вмешался Антуан, — мы же находили документы, помнишь? Пока леди Эльза не разнесла в пух и прах библиотеку.

— Что за документы?

— Там говорилось, что вдовствующая Императрица вышла замуж за одного из родственников покойного мужа. И родила нескольких детей. Кто-то из них умер, но некоторые могли и выжить!

— И где вы нашли эти записи?

— В дневнике леди Эльзы.

Я кивнул им и себе. Наверняка все потомки имеют право на Корону. А вот Император уже не имеет. Он свое право подарил…

— А что тогда за карта была у вас под головой?

— Столицы. После отречения только этот город оставался моим.

Хотелось ругаться, но я не стал. Условия изменились, а значит, надо переписать документы и попробовать что-то придумать.

Откуда-то издалека донесся крик ужаса и восторга. Я поморщился. Что ж, приходится признать, что нехорошая леди опять нашла свою вожделенную Корону. Но она все еще не могла до нее добраться. И обязательно потеряет ее через сутки.

Так что просто начнем все заново.

Полдня мы прятались по тростникам, а потом мне это надоело. В конце концов, кто здесь власть? Документы я переписал, правильные формулировки подобрал. Еще полдня, и Корона опять потеряется — надо просто пойти и забрать ее сейчас!

Так что мы выплыли на открытое пространство и, старательно отталкиваясь от дна, двинулись в сторону растянувшегося каравана леди Эльзы.

— Помощник шерифа! Какая встреча!

— И вам хорошего дня, мэм.

— Мне кажется, или вы нас преследуете, помощник?

— Преследую, мэм, — согласился я.

Дама слегка удивилась:

— И зачем же?

— Хочу попросить вас отдать мне незаконно найденную вещь.

Мертвая леди заулыбалась. Я мужественно повторил ее оскал. Блин, ну в зеркало посмотрелась бы! Куда с таким лицом улыбаться!

— Я имею право на эту вещь! По праву наследования. По прямой линии!

Я кивнул.

— Имеете. Но не только вы. К тому же вы не оформили разрешение на поиски, так что нашли ее в любом случае незаконно. И в конце дня обязательно опять потеряете. А мне потом искать…

— А вот и нет! — леди Эльза даже подпрыгнула. — А вот и не потеряю! Я вот что сделала!

И она распахнула плащ.

Господитыбожемой! Дорогие будущие мертвецы! Если вдруг вас однажды похоронят лет на триста, а потом предоставят послежизнь, то подумайте — стоит ли показывать свои… кости и то, что на них осталось, живому человеку. Даже если он представитель власти.

Даже если к этим самым костям вы примотали самое дорогое, что у вас есть — шкатулку с Короной Последнего Императора.

Который, кстати, не выдержал представившегося нам зрелища и тихонько уполз мне за спину. И, кажется, там икал. Или призраки не могут икать?

В общем, зрелище было отвратительное. Но я опять улыбнулся:

— Нет, леди Эльза, это не поможет. Артефакт все равно потеряется.

Но дама только подпрыгивала, размахивая полами плаща. Кажется, она решила, что я говорю это лишь потому, что сказать мне больше нечего.

Я пожал плечами и, поклонившись, перепрыгнул обратно на свою плоскодонку. Мы отплыли в сторону, но все равно продолжали преследовать противников.

Время покажет, кто прав.

Время показало.

После полуночи к нам приплыл Марикий Снорлдинсонс и сообщил, что леди Эльза потерялась. Вместе с артефактом.

Признаться, муж взбалмошной дамы понравился мне намного больше, чем она. У него были приличные манеры джентльмена старой школы, он не злоупотреблял руганью и, более того, искренне беспокоился за жену, а не за пропавший артефакт. На который, как оказалось, тоже имел право — они с Эльзой были довольно близкими родственниками. Впрочем, среди аристократов подобные браки не редкость даже сейчас.

Леди Эльза нашлась перед рассветом. Она сидела на верхушке единственного на все болото дерева и в упор смотрела на шкатулку, находящуюся от нее в паре метров. Разжать руки и дотянуться до вожделенного приза леди, естественно, не могла — в десяти метрах над землей-то!

В Атлантиду мы возвращались общей группой. Франциск успел добраться до берега раньше нас, так что по прибытии на место меня ждал эскорт и обещание разъяснений. Отправив неожиданно помирившихся наследников в гостиницу, я полночи просидел над бумагами.

Утро выдалось жарким. Посетителей у меня оказалось много, и все такие настойчивые!

— Но Ричард, это наша Корона!

— Нет, Вильгельмина. Это не ваша Корона.

— Значит, это наша Корона!

— Нет, леди Снорлдинсонс, это не ваша Корона.

— Может, она все же моя?

— Нет, господин Император, вы ее подарили еще при жизни, она не ваша никак.

— Тогда чья же она? — мертвый Император был самым спокойным из всех моих сегодняшних посетителей, только иногда дергался. У меня даже промелькнула мысль, что вот та дымка, которая проникла в мое окно этой ночью и зависла над бумагами, была неспроста.

— Она принадлежит вашей жене Лишии.

— Но она черти когда умерла! — это, не выдержав, закричал сэр Марикий.

Я виновато развел руками:

— Видите ли, сэр, по законам этого штата данное утверждение может быть оспорено кем угодно и в какой угодно момент. А так как речь идет об очень древней и дорогой реликвии, возможно, обладающей неизученными возможностями, я не могу объявить ее ничьей собственностью. А вдруг кто-то вернет Императрицу Лишию к послежизни? И она потребует свое имущество? Я не могу так рисковать!