Пуля в голове - Ольга Олеговна Погожева

Рядом с Мэйовин сидел сухонький пожилой господин, взиравший то на лорда Энтони, то на его сына с почти болезненной гримасой. Судя по всему, он прибыл с лордом Ллойдом, но, исходя из костюма и выправки, приходился ему слугой или сопровождающим, но никак не равным.

Впрочем, редкий счастливец мог похвастать равенством с лордом Энтони

Ллойдом.

Диана замерла на миг, рассматривая человека в центре гостиной. Лорд Энтони оказался мужчиной среднего телосложения и без выдающихся внешних данных, однако он с лихвой компенсировал это безупречным костюмом, тщательно уложенными волосами и той особой манерой держаться, когда каждый жест имеет значение. Для своих лет лорд Ллойд выглядел подтянутым и моложавым, что явно играло ему на руку в политических играх.

Диане он, пожалуй, понравился.

— Лорд Ллойд, — мягко обратилась она, вытягивая цепочку из-за воротника. — Вы хотели увидеть кольцо моей матери. Прошу вас…

Диана сняла цепочку с крестом и кольцом через шею, протянула отцу Джона. Улыбнулась, качнув ладонью.

— Простите, я не дождалась приглашения, — извинилась она, не опуская руки. Лорд Ллойд не спешил забирать цепочку из её ладони и будто окаменел, разглядывая Диану чуть расширившимися глазами. — Мне показалось, нам нужно встретиться. Я очень хотела вас увидеть… Хотя бы для того, чтобы извиниться, если вы проделали такой долгий путь зря.

За её спиной судорожно выдохнула Эвелин Ллойд.

— Отец, — прочистил горло Джон. — Позволь тебе представить. Это…

— София, — вдруг потрясённо выдохнул лорд Ллойд, шагая вперёд.

Диана вздрогнула, когда сухие ладони лорда Энтони тяжело легли на её плечи. Крепкие пальцы болезненно впились в кожу, пока лорд Ллойд напряжённо вглядывался в её лицо внезапно увлажнившимся взглядом.

В гостиной вдруг наступила абсолютная тишина. Диана и впрямь не слышала других звуков, кроме тяжёлого дыхания лорда Энтони, треска поленьев и стука собственного растревоженного сердца.

— Меня зовут Диана, — тихо проронила она. — Софией звали мою маму. Так дуэнья говорила. Остальные вспоминали её, как сеньору Флорес…

Лицо Энтони Ллойда исказилось такой гримасой ярости и боли, что Диана едва не отшатнулась. Не посмела. Только судорожно выдохнула, когда пальцы лорда Ллойда впились в её плечи ещё крепче.

— Мне знакомо имя Флореса, — с силой, которую ощутила даже Диана, выдохнул лорд Энтони. — Я поэтому сорвался с места. Мерзавец оказывал Софии знаки внимания на курорте в Испании… почти тридцать лет назад…

— Мне исполнилось всего четыре, — тихо раздалось со стороны. Диана узнала голос Джона, но так и не решилась отвести взгляда от его отца. — Вы с мамой уехали в Испанию вдвоём, а вернулся ты один… и напрочь перестал меня замечать…

Лорд Энтони дёрнулся, как от удара. Пошатнулся…

А в следующий миг Диана обнаружила, что прижимается лицом к груди лорда Ллойда, вдыхая холодный, незнакомый аромат его парфюма. Крепкие руки обвили её плечи, а волос касались жёсткие, неумелые губы, разучившиеся целовать.

В стороне болезненно усмехнулись.

— А меня ты так не обнимал…

Лорд Энтони так же резко отстранился, обхватил ладонями лицо Дианы, вглядываясь в неё ищущим, почти лихорадочным взглядом.

— Я не видел тебя тридцать лет… — только и проронил гроза британского парламента. — София… жива ещё?..

— Мама умерла, когда мне исполнилось четыре, — едва слышно ответила Диана. — Инфлюэнца. Тогда пол-Хуареса выкосило… Вот, — тихонько напомнила Диана, поднимая руку. — Кольцо и крест…

Лорд Ллойд наконец оторвал от неё тяжёлый взгляд, посмотрел на снятые украшения. Глаза его оказались красными и сухими; напрасная надежда умерла, едва родившись.

— Как же, помню, — горько усмехнулся Энтони. — День, когда я надел Софии это кольцо. И крест, который она не сняла даже на свадебной церемонии. Твоя мать была истовой католичкой… Вот и Джона крестила тайком. И сама так и не перешла в англиканскую церковь… Я ругался, ведь род Ллойдов — потомки британских элитаров… близкие к короне… София только отшучивалась, и я сдался. Мягкая, но неуступчивая, когда речь шла о том, во что она верила… А ведь это именно из-за церкви я и потерял её в тот день.

Диана пошатнулась, и лорд Ллойд наконец очнулся, обводя взглядом присутствующих. На удивление, минута слабости никак не повлияла на способность менталиста если не подчинять, то запугивать людей: Мэйовин вздрогнула и уткнулась взглядом в коробку с украшениями, старый слуга на диване тяжело вздохнул, промокая скупую слезу белоснежным платком, Эвелин плотнее прижалась к Джону, храбро выдерживая сверлящий взгляд свёкра.

Джон даже не прятал больные, влажные глаза.

— Значит, ты всё-таки любил…

— Софию любили все.

Диана опустила взгляд, рассматривая носки собственных лаковых туфелек. Кажется, то же самое можно было сказать и о ней. Даже дон Флорес её не обижал, а уж остальные…

Сегодня Диана не планировала прогулок, а потому оделась просто и элегантно, рассудив, что не замёрзнет в осенних туфлях. С порога — в автомобиль, из автомобиля — в управление, оттуда — снова в салон… Джанфранко предупредил, что задержится на Уолл-Стрит, а потому за ней заедет Луис: уже вторую пятницу они ужинали вне дома. В этот раз Франко обещал ей необыкновенные виды и просил одеться потеплее.

Кажется, придётся его разочаровать. Ресторан, похоже, отменялся.

— Расскажи, отец, — негромко попросил детектив. — Как произошло, что я лишился матери?

Лорд Энтони помолчал, принимая удар, затем медленно кивнул и, не выпуская ладонь Дианы, прошёл к креслам. Даже сидя рядом со взрослой дочерью, лорд Ллойд не отпускал её руки.

Между их пальцами перекатывалось обручальное кольцо, и грелся старый серебряный крест.

— София уговорила меня проведать родственников в Испании, — заговорил лорд Ллойд, когда все расселись. — Мы уже пять лет не покидали Англии, и я согласился. Джона оставили дома в последний момент. Ты заболел ветрянкой, сын, и София переживала, что путешествие тебя ослабит. Мы провели чудесный отпуск на испанском побережье и уже собирались домой, когда случилось несчастье. Так мы тогда подумали… София с кузиной отправились на вечернюю службу в крохотную часовню у порта. Я не переживал: это считалось респектабельным местом. Частная бухта, дорогие яхты, приличная публика. Мы с её отцом оставили сестёр на службе и отправились по своим делам…

Диана невольно переглянулась с