Бал в небесах - Джон Макдональд

– Почему?

– И какого ответа ты ждешь на свой вопрос?

Дейк немного подумал.

– Не будет ли это главным вопросом-откровением Уоткинса?

– Да.

– Где он сейчас?

– В бегах, как и ты. Может быть, он уже вернулся. Он убежал не от страха смерти, а из-за болезни никогда не узнать правильного ответа.

– Ты можешь дать мне ответ?

Мэри долго смотрела на него.

– Я должна убедиться в том, что ты готов, Дейк. Я должна быть уверена, что ты сможешь принять его. Возьми меня за руки.

Они повернулись, глядя в лицо друг друга. Ее губы медленно задвигались.

– Убери экраны, Дейк.

Он совершенно потерялся в ее глазах. Исчез. И оказался в удивительном месте. Он ощутил невиданную близость, слияние с другим существом, такую теплоту, существование которой он и представить себе не мог. Это была близость, далеко превосходящая близость слияния тел. Это было слияние разумов, когда души стали одной душой; высокое невероятное переживание, поднявшееся над временем и пространством.

Потом он почувствовал, что они отпускают друг друга, снова разделяясь на два различных существа.

– Я так давно этого ждала, – мягко сказала она. Ее голос дрожал, а глаза были полны слез. – Я знала, что все у нас… получится.

– Теперь я готов?

Ее губы искривились.

– Главный ответ будет совсем не таким, Дейк.

– Мне кажется, я предчувствовал это. Может быть, очевидные ответы всегда разочаровывают.

– Подожди. Это история, Дейк. Человеческая история. История галактического человека, его борьбы с окружающим миром, с вырождением. Галактическая цивилизация насчитывает более ста тысяч лет. Когда-нибудь ты сможешь подробнее ознакомиться с ней. Это часть обучения на Второй Ступени. Центральные миры росли, учились, воевали друг с другом, объединялись, заключали мирные договоры, поглощали планеты и целые звездные системы, пока, наконец, не достигли культурной зрелости. Каждая гуманоидная культура сделала свой вклад. Для простоты, будем называть весь союз – Империей. Теперь, что касается термина "гуманоид". Если уж говорить по существу, я не должна была бы использовать именно это слово. Во всей Галактике отличия среди обитателей разных планет очень невелики. Мы все люди. Ты видел несколько видов на тренировочной Базе Т.

– Они вели себя немного… подобострастно.

– Естественно. Одна культура, которая является частью Империи, называется Сенарианской. Именно они смогли развить математику до такого уровня, что появилась возможность предсказывать будущее: совершенство экстраполяции, неизбежный конечный результат всей математической науки. Время шло. Много тысяч лет назад Сенариане пытались решить проблему, которая становилась все более серьезной. А началось все очень просто. Было замечено, что когда новые культуры начали входить в состав Империи, главные административные посты Империи, где требовалось принимать важнейшие решения, стали занимать представители тех культур, которые последними вошли в состав Империи. После смены нескольких поколений мирного и спокойного существования, новички теряли вкус к конкурентной борьбе, и больше не годились не ведущие роли. Все шло хорошо, пока оставалось достаточное количество новых цивилизаций, еще не вошедших в Империю: они обеспечивали достаточный приток новых лидеров, жизненная энергия которых позволяла избежать стагнации. Но Сенариане спросили у своих огромных компьютеров, что будет, когда приток новых лидеров из новых миров истощится?

Ответ оказался обескураживающим для Империи. Лидеры не могут появится там, где царит мир и благоденствие. Настоящие лидеры формируются только там, где существуют конфликты, процветают невежество, насилие, ненависть. Только там, где есть борьба за выживание, конкуренция, могут возникнуть новые лидеры. В Империи нет конкуренции. Скоро в Империи не останется людей, способных достойно управлять ею. Прогресс прекратится.

Тогда был задан следующий вопрос. Каковы будут результаты прекращения прогресса? Уничтожение, распад Империи. Чуждые жизненные формы из других галактик уничтожат нашу цивилизацию. С ними невозможно будет вступить в контакт, настолько чуждой окажется их культура. Только движение вперед обеспечит необходимое увеличение мощи Империи, которое позволит защитить нашу Галактическую Цивилизацию.

Тогда компьютеру был задан третий, последний вопрос: что можно сделать? На сей раз машине потребовалось на размышление гораздо больше времени. И логика последнего ответа была несокрушимой. Нужно оставить одну из планет в варварском состоянии. Поддерживать на ней непрекращающиеся конфликты. Исключить проникновение любой информации о существовании Империи и о назначении самой планеты. Но в тоже время не давать ей уничтожить саму себя. Не дать ее обитателям выйти в космос далее их собственной солнечной системы. И пусть на планете не прекращаются бесконечные бессмысленные конфликты, и тогда она обеспечит Империю лидерами. Берете тех мужчин и женщин, которые будут оказываться в самом горниле кипящего котла конфликтов, изымайте их, обучайте их, – и вы получите настоящих лидеров для Империи.

Дейк в молчании долго смотрел на нее.

– Значит все эти… тысячи жертв, на протяжении всей нашей истории… это просто результат вашей деятельности? Питомник для выведения нового вида? Тренировочная площадка?

Мэри гордо посмотрела на него.

– Много больше, Дейк, много больше. Земля – сердце Империи. Правитель. Судьба всей Галактики. Люди Земли правят бесчисленными звездами. Они правят справедливо, твердо, безжалостно. Под предводительством Земли Империя движется вверх по бесконечной лестнице прогресса, набирая силу и мощь, которые сделают нас свободными навсегда.

– Почему для этих целей была выбрана именно Земля?

– Потому что, здесь люди сильнее, чем где бы то ни было. Все естественные условия сложнее, гравитация выше нормы, климат изменчивее, природа более жестока.

– Но я…

– Хватит, Дейк. Не сейчас. Ты должен обдумать все, что я тебе рассказала. Ты должен понять, что твоя лояльность теперь должна принадлежать людям Империи, а не людям Земли. Но ты всегда должен гордится и Землей, и своим происхождением. Мы поговорим с тобою позже, когда ты все спокойно обдумаешь.

Глава 16

Он одиноко и бесцельно шел куда-то. Он стоял на вершине холма и смотрел, как красное солнце садится за далекими голубыми скалами. То, что он узнал, полностью перевернуло его представления об окружающем его мире, его политические взгляды и мораль, как будто кто-то сжав его мозг, могучими руками, выжал его, как губку.

Все теперь в его убеждениях нуждалось в уточнении и переосмыслении.