Заповедная долина - Александр Николаевич Скуридин

Она сняла висящие в сенях на стене удила и поводья, подняла лежащее в углу седло и вышла к сохатому.

Вскоре девушка сидела на лосе. За её спиной примостился лук, которым амазонка прекрасно владела. Мария, как и все жившие до неё люди Заповедной Долины, охотилась на уток, глухарей и тетеревов всегда за пределами Купола. Охота на территории долины была запрещена изначально.

Но не охота была целью Марии. Все её мысли в последнее время крутились вокруг… Гвена!

Клон-корусиец, сменивший не одно тело с момента аварии «Небесного Чертога», всегда находился рядом с ней, начиная с самого момента рождения. Более того, мама часто уходила на звездолёт, оставляя дочку на попечительство Кулькатли. Пращур, который часто утверждал, что ему не совсем комфортно под Куполом, мол, это ограничение свободы его, духа Шайтан-камня, охотно занимался воспитанием девочки. Правда, Мария догадывалась, что память духа бередят далёкие воспоминания, когда он сам был амазоном. Но в эти странные мамины исчезновения Кулькатли появлялся сразу же, причём дед вёл себя не совсем обычно. Он как бы извинялся за отсутствие мамы и говорил, успокаивая девочку: «У твоей родительницы там, в “Чертоге”, важные дела». Мария, повзрослев, стала замечать особые взгляды, которыми обменивались мама Люда и командир разбитого звездолёта. Гвен, по сути, был для Марии отцом. Родного папу она совсем не знала, тем более что Николай погиб, как она подозревала, до её рождения. Правда, о точном времени смерти отца Марии как-то странно молчали не только мама с Гвеном, но и Кулькатли. И вот вчерашнее, совсем уж необычное поведение клона, когда она, Мария, сказала, что ей больше нравится не Дария, а именно Корус ощущением полной гармонии жизни. Корусиец так странно посмотрел на неё…

Яшка, шагающий уверенной поступью, легко перешёл через ручей. Лось и наездница минули большую поляну в ельнике и вышли к той самой проплешине, где в прошлый раз и повстречали Кулькатли.

Яшка первым заметил духа и предупредил об этом фырканьем наездницу, занятую своими мыслями. Девушка слегка натянула поводья. Лось остановился. Мария легко соскочила с него и по звериной тропке вышла к месту встречи.

Глава 23

– Она всё поняла, Малышка! – произнёс Гвен с явными нотками отчаяния в голосе.

Девочка на пространственном экране тихо рассмеялась:

– Что с тобой, командир? Из-за этой неразрешённой ситуации ты совсем потерял голову. Откройся Марии и скажи честно, как и подобает мужественному корусийцу, всю правду. Старый шаман Кулькатли тебе это тоже советовал?

– Да, и причём неоднократно, – сознался Гвен.

Его разговор с искусственным интеллектом проходил в носовой части «Небесного Чертога», где Гвен давно уже обжился в роли командира. Правда, вся эта «роль» сводилась к беседам с Малышкой и распоряжениям, которые он дистанционно посылал биороботам. Серые вели не только всю хозяйственную деятельность в Заповедной Долине – на их долю выпало регулирование численности основных видов животных под Куполом. Когда случался переизбыток, некоторые представители фауны «выводились» за Купол, как шутила Мария, «под белы ручки».

Мария…

Девушка – основная головная боль Гвена в последнее время. Сейчас, когда явственно назревало её замужество, амазонка стала намного чувствительней и подозрительней. А ему, командиру «Небесного Чертога», было что скрывать от девушки.

После нелепой гибели отца старшего сына Виктора в стане амазонки сложилась трудноразрешимая ситуация.

По всем канонам Людмиле требовался новый муж для того, чтобы обязательно родить девочку, так как женская линия в Заповедной Долине не должна прерываться. Людмила была в отчаянии. Просто так привести кого-либо сюда, под Купол, она не имела никакого права. Во всех древних предписаниях говорилось, что в отношениях амазонки и будущего амазона должна главенствовать любовь.

Гвен, будучи клоном, имел возможность по личному желанию обрести собственную душу. Это оговаривалось контрактом, который когда-то заключил корусиец, поступая на службу в Звёздный Флот Дарии. Кроме того, согласно инструкции, вступив в должность командира, Гвен имел на это полное право. Теперь он был не просто главным инженером, всё-таки, по сути, исполнителем, а намного выше рангом!

А душа корусийца всегда присутствовала рядом, исподволь наблюдая из Тонкого Мира за всеми перипетиями жизни физического плана. Поэтому Малышка не только легко согласилась на полное восстановление Гвена, но и развеяла все его сомнения по поводу такого будущего шага, чётко изложив соответствующие положения Устава.

«Установка возврата» была настроена искусственным интеллектом. Гвен лёг в капсулу, крышка закрылась. Командир «Небесного Чертога» погрузился в полудрёму, точнее в пограничное сознание. Из этой «полудрёмы» после раскрытия капсулы в звездолёте появился полноценный корусиец!

О!.. Всё в «Небесном Чертоге» засияло для «одушевлённого» новыми, яркими красками и впечатлениями.

Когда Гвен принёс Людмиле букет полевых цветов, амазонка изумилась.

– Что с тобой случилось, Гвен? – спросила она, прижимая к груди скромный дар.

Командир «Небесного Чертога» рассказал любимой женщине о решении, принятом им и Малышкой ввиду неординарного случая. Нет, не отсутствие амазона у амазонки явилось тем самым «случаем», а требования Устава Звёздного Флота и соответствующие инструкции. Полноценным командиром являлся лишь тот, кто имел… душу!..

О том, что Людмила очень напоминала ему бывшую жену, корусиец умолчал. Впрочем, всё это было не так важно. Присутствие души у Гвена и подаренные цветы расположили амазонку к инопланетянину, который был необыкновенно галантен и предупредителен, исполняя малейшие её желания. Так, например, Людмила пожелала, чтобы её пояс был приведён в полнейший порядок. Как уже было известно Гвену, это был знаменитый пояс Ипполиты, тот самый, который и явился поводом одного из известнейших подвигов Геракла. Реликвия была добыта одной из амазонок, не примирившихся с падением власти государства женщин более двух тысяч лет назад. Пояс, изготовленный по преданию самим Гефестом[38] с соблюдением должных магических ритуалов, давал Ипполите не только власть, но и удачу во всех делах.

А в итоге легендарная царица добровольно отдала его, покорившись мужскому приоритету.

У золотого артефакта выпал один из изумрудов. Гвену Людмила поручила отремонтировать реликвию. Но самому командиру «Небесного Чертога» не следует видеть пояс. Ремонтом артефакта должен заниматься наиболее подготовленный в ювелирном деле биоробот. Таковой имелся в подчинении корусийца.

Людмила передала пояс, завёрнутый в чёрную материю, клону. Амазонка, потупив глаза, добавила, что Гвен не должен ни под каким предлогом увидеть «этот предмет».

Как догадывался командир звездолёта, обычай требовал, чтобы мужчина, который должен стать мужем амазонки, не видел артефакт до… свадьбы! Гвен понял, что любим.

После починки