Падшие - Елена Фили

– Солнечная, – Олег возбужденно привстал, – есть на этом первом Архипелаге место, где всегда светит солнце?

– Есть там такие места, не всегда солнце, но климат подходящий. Три дня и одна ночь. Если батарейка солнечная, то разрядиться за ночь не успеет. Зим там вообще не бывает, только лето и три месяца муссонов. То есть и замерзнуть не может. Буду искать. И это. Мне пора, парни. Спасибо за Днюху. За все спасибо вам.

И Толстый поднялся, чтобы уходить.

– Погоди. Надо выяснить кое-что.

Юра тоже поднялся и встал напротив Сергея.

– Что нам сказать Маринке? Вы же с ней были парой?

– Ничего ей не говорите. Нет меня. Все. Пусть забудет. Посмотри на мое лицо. И вспомни ее. Разве мы пара? – в каждом слове Толстого слышалась горечь.

– Тогда я должен тебе сказать. Я ее люблю. И если ты от нее отказываешься, то я добьюсь, чтобы она осталась со мной.

Сергей почувствовал, как гнев затопляет его разум, поднимается ураганом, выплескивается и несется к другу. Глаза подернулись багровой пеленой, он оскалился и зарычал. Юра рухнул, он извивался, бился головой о камни, вставал на четвереньки, но молчал. Ни стона, ни крика не услышал Толстый. Перед глазами мелькнул кулак, хрустнула челюсть, и Сергей сам упал на пол, рядом с Юрой. Из разорванного от удара о землю кармана высыпались эффектной горкой алмазы.

– Так, мужики. Про Марину не забыли? А она чего хочет? – Олег помял отбитый о зубы Толстого кулак и продолжил, – решим вот что. Пока не скажем ей ничего, дальше посмотрим. Как пойдет. Пожмите друг другу руки, что ли? Хорош драться. Еще ничего не случилось. Успеете. Дело важнее. А что это высыпалось?

– Алмазы, забыл совсем.

Толстый быстро поднялся и протянул руку Юре. Тот встал самостоятельно, отряхнулся и мстительно выпалил, глядя Сергею в глаза:

– Мы с Мариной назовем сына Толстый. В честь бывшего друга.

И отпрыгнул подальше, увидев, как «бывший друг» начал опять скалить зубы.

– Ты говорил, что торопишься, – напомнил Олег, прерывая начавшуюся заново ссору, достал из кучки камней один, крупный, покрутил в пальцах.

– Алмазы я набрал на Леке. Они там под ногами валяются. С неба сыплются, когда дождь идет. Кстати, чувствительно, если по голове попадает. Продать бы как-нибудь? И поделить на всех. А я потом еще принесу.

– Есть у меня клиент. Ювелир. А у него есть мраморный дог. Болеет часто, – задумчиво глядя на камни, протянул Олег и кивнул Сергею, – сделаю.

– Тогда я ухожу. Встретимся через три дня. В это же время.

Он не спрашивал, смогут ли братья, просто приказал. По привычке. И ушел в темноту портала. Братья переглянулись.

– Хир, – философски заметил Олег, – но план правильный. Этот портал, как бомба замедленного действия. Нужно обезвредить, пока не рванула.

Глава 11. Марина

Марина выскочила из дверей медицинского центра и радостно сощурилась: солнечные лучики теплыми брызгами осыпали довольное лицо. Лето Марина любила больше всего. Особенно июнь. Листва чистая, ярко-зеленая, молодая. Трава сочная. Вся природа тянется к солнышку, и люди тоже. Июль тоже отличный месяц. Клубника, черешня, абрикосы. Вот август…

– Марина! Подожди!

Она обернулась. Юра, ловко лавируя между машинами, которые стояли в тупике обычной в это время дня московской пробке, махал ей рукой.

– Есть новости!

– У меня тоже!

– У меня новости про Толстого!

– У меня тоже!

Они засмеялись и пошли вдоль шоссе, направляясь к кафе, со смешным названием «Пельмешка Хаус». Дождавшись заказа, так и не обменявшись новостями, накинулись на еду. Марина сегодня отказалась от обеда, очень хотелось закончить проект. А Юра с утра носился по поручениям Олега, ему было просто некогда. После кофе Марина торжествующе уставилась на друга.

– А я! Наконец-то подобрала спектр нужного облучения для определенной группы генов! Когда Сережа вернется, я договорюсь в лаборатории, мы проведем ряд опытов, и он снова станет нормальным. Только внешне. Ништяки вроде телепатии и телепорта останутся. Потому что я не знаю, какие гены за это отвечают. А у тебя что?

Она откинулась на спинку стула и насмешливо ждала, что ответит парень. Какие у него могут быть новости про Толстого? Еще один засохший цветок? Юра грустно усмехнулся: на что он надеется, идиот? Какой сын со смешным именем «Толстый»? И нехотя выдавил, предполагая реакцию:

– Мы вчера с Сергеем встретились. В метро. В пещере. Он алмазы принес, представляешь?

– Что? Что?! И ты молчал? Дурак! Где он? Пойдем сейчас же!

– Тихо, тихо. Мы не одни, оглянись. Он сразу обратно ушел. На Харанг. Он теперь там главный военачальник. Прикинь.

– Я что-то ничего не понимаю,– жалобно пробормотала Марина. Злость схлынула, оставалось только обидное недоумение. Братья встречаются с Сергеем? А что вообще происходит? Почему она не в курсе? Сережа… не хочет ее видеть? Как же так?

Глаза набухли слезами, Марина отвернулась к окну, рассматривая спешащих по своим делам прохожих сквозь мутную пелену.

– Марин.. ну, чего ты… Он знаешь какой страшный стал? Морда вся зеленая и куски волос торчат, вот здесь,– Юра, пересел ближе, обнял Марину за плечи, погладил дрожащие пальцы и показал на своем лице, где именно, – и здесь.

Марина повернулась и улыбнулась несмело.

– Он меня стесняется, да? Он так сказал?

Юра опустил голову, помолчал, потом с силой сжал Маринины пальцы и посмотрел ей в глаза.

– Он приказал не говорить тебе о нем. Понимаешь? Так и сказал. Пусть меня забудет. Он прав. Какое у вас может быть будущее, ты подумала? Ты же медик! У вас не может быть секса, вдруг ты заразишься? А сможешь ли ты иметь