Сотни украденных жизней - Ирен Ресс

В квартире раздался звонок телефон. Я думала, нам его уже давно отключили за неуплату. Вскоре послышался скрип двери. Мама взяла трубку. Я слышала разговор:"Да. Ты решила позвонить мне спустя несколько лет только чтобы спросить деньги? У меня их нет. Ясно. Я не смогу приехать, прости. Положи ему цветы за меня. Пока мам. Не звони мне больше." Следующие минут десять в комнат было тихо, потом послышались медленные шаги туда-сюда. В конце концов входная дверь в квартиру захлопнулась. Я осталась дома одна.

На следующий день я вышла не рано, но около дома меня никто не ждал. Я пришла в школу и сразу заметила первые признаки смены власти: в гардеробной наконец-то убрали и поставили туда дежурных. Теперь одежду могли вешать только они, остальным вход был запрещён. Эта идея мало кому понравилась. Я же беспокоилась только за то, что дежурить могут заставить и меня. Трудно представить более нудное занятие. На уроках тоже кое-что изменилось, меня почему-то спросили по целым двум предметам. И, казалось, чем больше меня спрашивали, тем больше начинали замечать. Это мне не слишком нравилось.

От шума и хаоса на одной из перемен, я решила спрятаться в библиотеке. Именно там школьники появляются реже всего, если не считать верхних этажей. Я встала посреди шкафов и перебирала все самые пыльные книги. Так как их долго никто не отрывает, в них часто можно найти что-то интересное. Как-то я нашла в одной оставленный кем-то рисунок букета пионов. Попадался также и набросок стихов, на вырванной из тетради странице. Это было понятно по написанным с обратной стороны примерам. Даже в таком городе и в такой школе случается застревают интересные люди. Что же сейчас с авторами рисунка и стиха?

Мои мысли прервал скрип двери. Через щель между шкафами я посмотрела, кто вошёл. Там была библиотекарша и какой-то ученик.

– Так ты придёшь? Вечером, хорошо? – улыбнулась она, а потом отошла к столу.

Я разглядела лицо парня, стоявшего рядом. Это был тот самый Артём. Удивительно иногда получается. Долго не замечаешь человека, а стоит один раз обратить внимание, и он уже всегда мелькает где-то рядом с тобой. Валерия Дмитриевна, взяла какую-то книгу и отдала её ему.

– Прочти, обсудим потом вместе.

– Обязательно, – с самой глупой и неловкой улыбкой на лице ответил Артём. Библиотекарша вышла, а парень ещё некоторое время стоял, рассматривая полученную книгe, но вскоре я снова осталась одна в помещении. Меня очень встревожила эта ситуация. Несмотря на не самый приятный опыт общения с Артёмом, я чувствовала необходимость его предупредить.

Я приоткрыла дверь и посмотрела по сторонам, после выбежала и отправилась искать грубого парня. Предсказуемо, он был на лестнице и поднимался в класс. Я догнала его.

– Нужно поговорить.

Он хоть и немного удивился, но ответил сразу же.

– Я не знаю, зачем ты тогда это сказала, я не просил и благодарить не буду. Свои слова тоже обратно не беру. Я не буду тебя трогать, если ты никого не будешь.

– Да, отлично, но я не об этом. Ты серьёзно веришь, что я ведьма?

– Он перестал строить из себя крутого и посмотрел как испуганная овечка.

– Если ты правда в это веришь, то не приближайся к Валерии Дмитриевне.

Он понял, что я не собираюсь демонстрировать магические способности, так что немного успокоился.

– И с чего бы мне тебя слушать?

– Мы с ней из одной ведьмовской группировки, и она гораздо опаснее меня. Я честно тебе говорю, не оставайся с ней наедине. Это не просто опасно, а даже жизнеугрожающе.

– Разве она может быть такой же как и ты? По тебе сразу видно, ты жуткая. Людмила Николаевна самая молодая и добрая из всех школьных работников. Ты ей завидуешь?

– Меня взбесила эта детсадовская идея, что я обязательно кому-то завидую. Я почувствовала, что сейчас мне нужно поговорить с устрицей, и успех разговора будет зависеть от того, насколько просто и убедительно я буду звучать.

– Не суди людей по внешности. Ты сам видел мои способности, может быть я умею видеть будущее и пытаюсь спасти тебя от смерти.

– Или скорее лишить меня свидания с симпатичной учительницей. Мы уже договорились. Я не знаю откуда ты об этом узнала, но не лезь не в своё дело.

Он попытался уйти. Я взяла его за рукав пиджака, чтобы остановить. Моя голова начала экстренно генерировать что-нибудь убедительное. Нужно было сказать хоть что-то. Я не могла допустить повторение чего-то ужасного. Но всё было бесполезно, Артём ударил по моей руке так, что я даже пошатнулась, и быстро удалился.

– Отвали от меня, – услышала я, уже где-то выше на лестнице.

Я почувствовала ужасную беспомощность. Я знала об опасности, но не могла объяснить другим, откуда. Если бы там был Давид, возможно, он бы проследил за ним. Нет, это ничего бы не решило. Я слишком сильно на него полагаюсь. Я не знала, ни где они хотят встретиться, ни когда. Это было просто ужасно.

В муках и раздумьях, я отсидела оставшиеся уроки. Мне нужно было ещё раз попытаться, но я догадывалась, что Артём может опять устроить что-то. Не хотелось быть снова запертой. Расстроенная, я пошла домой. Было немного одиноко, и не хотелось возвращаться в квартиру. Я сидела то на одних качелях, то на других, ходила кругами, гладила бездомных кошек, но тревога никуда не девалась. Мне захотелось кому-то высказаться. Впервые я почувствовала такое ясное желание поговорить: привыкла к хорошему.

Всё-таки мне пришлось зайти домой. Было пусто. Я кинула вещи на пол и сразу же написала Давиду. Я пыталась сформулировать сообщение нормально, но получилось лишь беспомощное: "Где ты?" Я сама говорила ему, что он может не приходить. А теперь отправила это, но я не могла не написать. Он ответил быстро: "Извини, что не пришёл. Я потом объясню. У тебя всё хорошо?". Он ведь тоже мог быть занят. С чего бы ему вообще тратить так много времени на меня? Я ответила: "Всё хорошо. Жду тебя завтра."Я оставила телефон на комоде, а сама упала на кровать. У меня совершенно не было сил.

Следующим утром я несколько раз подбегала к окну, чтобы увидеть его сразу и не заставлять ждать. Всё же, мои надежды оправдались. Я заметила, как он подошёл к подъезду,