Портал - волк волков

— А это всё останется в квартире, когда вы уедете?

— Конечно,- ответил пузатый мужичок.

— Мне надо подумать.

— Здесь есть над чем подумать.- сказал Александр Павлович.

Когда они вышли из подъезда, Ленка спросила Александра Павловича:- А когда мы сможем посмотреть ту двухкомнатную квартиру?

— А зачем вам на неё смотреть. Она всё равно пойдет потом под размен. И разменять «двушку» в «хрущёвке» на окраине Москвы на две однокомнатные без доплаты в Москве всё равно не получиться.

— А кто сказал, что без доплаты? Я могу доплатить.

— Ну, хорошо. Завтра покажу.

На следующий день Ленка, проснувшись, бросилась звонить Екатерине. Она всю ночь не могла заснуть от впечатлений от этой квартиры.

Екатерина сказала: — Если нравиться, бери!

— А не получиться так, что этот еврей никуда не уедет?

— Лена, ты на самом деле то получаешь не квартиру, а прописку. А квартира тебе достаётся приятным довеском к московской прописке. А, вообще, Палыч «кидаловом» не занимается. Если он говорит, что еврей уедет, значит, есть на то основания. При любом раскладе ты получаешь московскую прописку и возможности при обмене жилья. Проблемы нужно решать по мере их поступления. А кто не рискует, тот не пьёт шампанское.

— А как мне сообщить Александру Павловичу, что я согласна?

— Я сама ему позвоню.

Так Ленка стала москвичкой. Через Палыча Ленка купила ещё и дом в подмосковной деревне, где и жила почти год, пока её липовый супруг не укатил в Израиль. Она не стала снимать квартиру, потому что в деревенском доме проще было спрятать её капиталы. Первые полгода, начиная с осени, Ленка пахала на Екатерину, мотаясь в Литву за мутоновыми шубами и сбывая их оптом указанным Екатериной людям на Урале и в Сибири. Екатерина предложила ей эту работу таким образом, что она не смогла отказаться. У Ленки, вопрос с квартирой завис на неопределённое время, до отъезда еврея в Израиль. А Екатерина обещала ей помочь, в случае если возникнут трудности с завершением этого процесса. По крайней мере, в случае какого-нибудь форс-мажора, возврат денежных средств. Хотя сделала оговорку, что покупала то Ленка прописку, а квартира ей шла бонусом. Но учитывая, что в этой ситуации еврею нужны были деньги именно в качестве компенсации за утраченную квартиру, а Ленке нужна была именно квартира, а не прописка, то Екатерина, в случае не решения этой проблемы, сможет помочь ей вернуть деньги назад. Ленке было крайне важно довести начатое до конца, и она включилась в работу. Два раза в месяц она моталась в Каунас и столько же в восточном направлении. Работа оказалась ещё и невероятно прибыльная. В Литву она везла деньги из расчёта шестьсот шестьдесят рублей за шубу, а на востоке она от перекупщиков, которые её встречали прямо на вокзале или в аэропорту, получала по восемьсот рублей за шубу. Сто рублей с прибыли забирала Екатерина, а сорок рублей за риск получала Ленка. Риск заключался в том, что если бы при обмене товара на деньги её прихватил бы ОБХСС, то Ленка поехала бы в лагерь (НЕ В ПИОНЕРСКИЙ!) за спекуляцию. Квартиру бы она потеряла, так как была бы из неё выписана. А домик в деревне (вместе со всеми спрятанными в нём капиталами) пошёл бы под конфискацию. Куда ни кинь, всюду клин. Но Екатерина заверила её, что люди, с которыми ей придётся работать, надёжные и проверенные. Так что риск здесь минимальный. Зато за месяц у неё будет набегать около двух тысяч. Деньги совершенно не вероятные. ' Ну, да' — думала Ленка, когда соглашалась на это предприятие. — «Это для тебя они невероятные. А я могу потерять больше, чем заработаю». Но сказать вслух она этого не могла. Одно радовало. Она будет всегда следовать через Свердловск. Соответственно, будет встречаться с мамой. Маршрут следования поезда в города Западной Сибири шёл транзитом по всем крупным городам Поволжья и Урала, где её уже ждали люди. А рейсы в города Восточной Сибири и Дальнего Востока осуществлялись самолётом из Свердловска. Так что с мамой Ленка видеться стала часто. И даже при помощи мамы наладила свой маленький бизнес. В один из рейсов Ленка взяла в Каунасе одну шубу на свои деньги, и попробовала сдать её перекупщикам. Но перекупщики брать шубу, выше оговоренного по количеству лимита, отказались. И она оставила шубу маме в подарок. Шуба оказалась на размер больше маминого. Мама огорчилась

— Ничего. — сказала Ленка. — Ты эту шубу продай. Я её за восемьсот брала. Она на самом деле у вас дороже стоит. Мне отдашь восемьсот, всё что выше — твоё. Я тебе в следующий раз твой размер привезу.

— Да кто же её возьмёт то за такие деньги!- удивилась мама.

— Не переживай мама! Возьмут!

Ленка подала в газету объявление, указав мамин телефон, и на маму обрушились звонки с одним вопросом: «шуба стоит больше тысячи или меньше».

— Девятьсот,- выдавила из себя мама.

Шуба была продана в тот же день, оставив маму в недоумении «как легко её зарплата может вырасти в полтора раза».Ленка, выслушав маму, в следующий раз привезла маме две шубы, затем три…

Мама была довольна, что у её дочери складывается так удачно жизнь. Ленка была довольна, что она помогает маме, да и ей капает лишняя копеечка. Недовольным оказался только Стрельцов. Увидев маму в новой шубе, Стрельцов был несколько удивлён, что благосостояние народа растёт такими темпами. Мама похвасталась успехами дочери. На что, Стрельцов прочитал маме лекцию о не трудовых доходах, и пригрозил, что если мама не прекратит заниматься спекуляцией, то он её отмазывать не будет.

Наступила весна, и поездки у Ленки закончились. Не сезон. Шубы нужны только зимой. Ленка выдохнула с облегчением. Она жутко устала мотаться по вокзалам с сумками и баулами. А летом и еврей освободил квартиру, уехав в Израиль. Ленка переехала в свою квартиру. Сделала там уборку после отъезда еврея. Села на кровать, и душа её возликовала. Ей безумно нравилась эта квартира. Год назад она и представить себе не могла, как может измениться её жизнь. Ей было жалко, что мама не может разделить с ней эту радость. Не может она маму пригласить в гости в эту квартиру. А вдруг она проболтает адрес отцу. А чтобы отец знал место её пребывания, она не хочет.

В конце августа Екатерина вызвала Ленку на