Графиня и графины - Андрей Анатольевич Пошатаев

В просторном зале сельского клуба с изящными колоннами и большими окнами, закрытыми плотными занавесками, горел яркий свет. На сцене стоял Инспектор в большой фуражке с золотистым козырьком и красной кокардой в виде скрученного в восьмерку лунного пейзажа. Он был одет в ярко-синий китель с черными пуговицами. Он стоял словно каменная статуя и только зрачки глаз показывали, что перед вами живой человек.

В зале было немало народу. У сцены стояла группа стражников с длинными копьями. Далее располагалась группа людей, которых Виталик знал лично или видел однажды. Директор Клуба Михаил Кузьмич в красной униформе с погонами и такого же цвета фуражке, его молоденькая жена Клавдия в легком воздушном платье леопардовой окраски. Рядом с ними располагались работники сельского магазина в золотых пиджаках с широкими плечами. Рядом с ним стояла продавщица Зина в широком темно-коричневом платье. На груди у неё были массивные золотые украшения.

Заведующая сельской школы также была одета весьма странно. На ней был корсет, закрывающий часть торса. Ниже была ультракороткая юбка гофре с вышитыми узорами на краях.

На сцене позади Инспектора заиграл оркестр и в ритм мелодичной музыке задвигались начищенные блестящие трубы и большие барабаны музыкантов. Выделялась пронзительная партия скрипки, на которой играл конюх цыган, одетый очень неожиданно в ярко-желтый смокинг с шляпой цилиндром на голове. Туфли у него были начищены и блестели, отражая свет ламп и всё остальное содержимое.

Звуки музыка взлетели со сцены и ударили по толпе в центре зала, которая сначала вздрогнула, а затем начала двигаться в её ритме. Настроение всем задавал Инспектор, который стоял на сцене не двигаясь, но издавая неразличимые снаружи звуки. Виталик сразу узнал голос майора, но не мог поверить, что это он. Вся эта вакханалия в совхозном клубе напоминала новогодний маскарад. Но было начало осени и до новогодних праздников ещё ой как далеко. Чтобы всё это могло значить мучительно задумался молодой парень, стоя на столе у двери в подсобке клуба.

В центре зала тем временем показалось странное создание в костюме шута с нелепыми ушами на голове с бубенцами и мягких туфлях с блинными носками. Одежда была синего цвета и облегала тело. Создание кривлялось и перепрыгивало с ноги на ногу, задирая при это другую ногу высоко вверх. На лице его была гримаса улыбки смешанной с отчаяньем. Толпа расступилась перед выплясывающим персонажем, а сам персонаж продвигался в сторону сцены, на которой стоят Инспектор. Взгляд Инспектора медленно сдвинулся с мертвой точки и глаза постепенно начали перемещаться в попытке оценить степень опасности происходящего.

Шут допрыгал до самой сцены безостановочно что-то бубня себе под нос и остановившись напротив Инспектора спросил его:

– Что скажете достопочтенной публике, уважаемый правитель нашего поселения?

Правитель прокашлялся, вновь смотря куда-то в пустоту перед собой, и громко произнес, обращаясь к залу:

– Рад приветствовать вас всех на нашем, ставшем регулярным собрании жителей поселения. Надеюсь никому не было скучно, во время этого яркого и запоминающегося шоу.

Окрестр заиграл другую, более торжественную мелодию и через минуту снова затих, а Инспектор продолжил:

– Мы славно потрудились, получили высокие урожаи, надои, освоили новую целину, построили много чего. Сбор дикоросов, грибов и лесных яго у нас вообще удался н славу. Ну вы сами знаете, что тут говорить. А вот дисциплина у нас хромает!

В этот момент шут начал прыгать на одной ноге, изображая хромого на обе ноги человека. В этот момент Виталик наконец-то смог узнать за маской фельдшера Григория Семеновича. "Никогда бы не подумал, что наш врач может быть таким несерьезным" крутилось у него в голове.

– Но! Были и неприятные моменты. Директор клуба Михаил Кузьмич не смог привезти популярную комедию в наш поселок, о которой так мечтало население, тем самым подорвав доверие и сорвав план по выручке, что вообще ни в какие ворота не лезет.

"Что он городит, какая выручка, кака комедия? Никаких комедий уже несколько лет не завозили. Только тоскливые агитки"

– Если бы не помощь соседей, то мы не смогли бы даже провести это мероприятие. И чтобы тогда было?

У Виталика внезапно начались спазмы в животе от выпитой до этого воды из вазы с цветами. Он стал кашлять прямо на стекло. В ту же секунду он заметил пристальный взгляд в его сторону сельского фельдшера в образе шута. Он в несколько прыжков приблизился к двери и пристально посмотрел на Виталика.

– Похоже у нас гости! – крикнул он так, что музыка остановилась, а все гости застыли на месте. Инспектор же стал медленно приближаться к двери. Витали сообразил, что у него есть единственный шанс остаться неузнанным гостем этой странной вечеринки – это бежать что есть сил от этого места. Он с с силой оттолкнулся от стола и сразу оказался на ступеньках, ведущих вниз к узкому проходу в подвал соседского дома. Несколько раз ударившись головой и изрядно перепачкавшись он как черт из табакерки выскочил из подвала перед лицами изумленных друзей.

– Ходу! Ходу! Ходу! – Кричал он им, увлекая друзей за собой к двери из комнаты. Они тут же повиновались и побежали за ним роняя предметы интерьера. Первой бежала Вика, благодаря отменной реакции она быстрее остальных поняла, что всё пошло не по плану и рванула к входной двери быстрее перепачканного в грязи Виталика. Но к третьему пряжку Виталик вырвался чуть вперед и первым открыл входную дверь дома, где тут же остановился как вкопанный. Виктория воткнулась в него, остальные тоже прижались и образовали небольшую кучу молу в прихожей, стоная и проклиная всех.

В дверях стояла пугающая фигура Инспектора. Его звезды на погонах поблескивали под светом луны, а фуражка была в правой руке. Левая рука держала длинную палку. Ею-то он и крепко приложился сначала по спине пытавшегося отскочить в сторону Виталика, а затем и по другим частям тел попадавших на пол ребят.

– Ишь вы. Устроили тут. Дома пустующие обчищаете? Сейчас я вас живо проучу. – за его столами последовало ещё несколько крепких мужских ударов и стоны пострадавших.

Уже через пару минут вся частная компания стояла у дверей клуба связанная в одну цепь длинной веревкой, которую тут же предложили заботливые сельчане в лице директора клуба и фельдшера.

– Поймали воришек? – Спросил Директор.

– Да,