Портал - волк волков

Только они двинулись в сторону автовокзала, ворота вновь приоткрылись и женский голос произнес:

— Подождите- ка ребята.

В створе ворот стояла женщина средних лет.

— Цена вопроса?

— Сколько скажете, столько и заплатим.- радостно затрещал Вадик.

Женщина назвала цифру, которая несколько обескуражила Вадика. За эти деньги можно было вернуться в родной городок. То есть за эти сто километров им предстояло заплатить столько же, сколько за две тысячи километров на поезде. Вадик впервые пожалел, что не договорился с дедом, чтобы он их встретил. Уж дед бы точно не стал бы платить такие деньги.

Женщина, заметив его замешательство, терпеливо объяснила:

— Ребята. Вас дешевле туда никто не повезёт. Дорога туда вся разбитая.Ехать туда по бездорожью — машину гробить. УАЗиков здесь ни у кого нет.

— Согласен, — выдохнул Вадик.

— Приходите завтра в восемь утра.

— Нам надо сейчас. Нам ночевать негде.

Женщина, немного подумав, произнесла:

— Хорошо. Приходите через час.

— Нам нужно ещё в магазине продукты купить. Мы успеем до закрытия магазина?

— Успеем. Приходите через час. И учтите,деньги я возьму вперёд. Чтобы вдруг не оказалось, что у вас всей суммы нет.

Выехали уже под вечер. Дорога действительно была отвратительная. Когда добрались до места, наступили уже сумерки. Дед, услышав звук подъезжающей машины, выглянул из окна и, узнав в приехавших любимого внука, выбежал встречать.

— А я и не ждал вас сегодня,- приговаривал он, обнимая внука. — Да ты не один. С друзьями?

— Да это же Андрей, внук твой. Не узнаёшь что ли?

— Андрей? Да как же я его узнаю то? Ведь я его последний раз вот таким видел.- продемонстрировал дед рукой в пол метре от земли.- Что же ты, внук, к деду так долго собирался?

Андрюха в ответ виновато улыбнулся и пробормотал: — Здравствуй, дед.

— Ну, в дом проходите, гости дорогие.

Ребята подхватили сумки и поднялись. Дед засуетился, собирая нехитрую снедь на стол.

— Подсаживайтесь к столу. Ужинать будем.

Старуха у деда померла ещё лет десять назад. Так дед и жил, бобылём. Обстановка в доме была скромная, если не сказать убогая. Четверть дома занимала печь, в углу стояла железная кровать, вдоль окон длинный стол, по краям лавки, за шторкой кухня.

«Да-а, -подумал Андрюха,- где же мы спать то здесь будем». Тем временем дед водрузил на стол большую бутыль с какой-то прозрачной жидкостью. «Хм-м, литра полтора»,- подумал Андрюха, и все остальные мысли ушли как-то на второй план, а может быть даже и на третий. И уже сидя за столом, когда весело забулькала жидкость по стаканам, он услышал долгожданную фразу: — Ну, с приездом внуки.

Жидкость оказалась как минимум сорокоградусной, а, вполне вероятно, что этих градусов там было даже больше шестидесяти.

— Крепкий напиток.- выдохнул Андрюха. И жизнь внутри сразу забурлила после трёхдневного воздержания. За эти три дня он употребил всего лишь девять бутылок пива. Вадик в дороге подарками его не сильно радовал, а своих денег у него не было уже пару лет как. Как то не складывалась у него дружба с зарплатами. И свои деньги у него появлялись только, когда кто-нибудь одолжит ему их, по недопониманию и, соответственно, безвозвратно.

— Вы там привыкли всё виноградное пить. А у нас вот винограда здесь нет. Только вот такое. Непривычно, да?

— Да нам всё привычно, дед. Как же я рад то тебя видеть. Дай-ка я тебя обниму. Ведь сколько лет не виделись,- обрадовано зачастил Андрюха.

Дед растрогался от такого прилива чувств.

И вновь забулькала жидкость по стаканам. Снова выпив, язык у Андрюхи развязался.

— А ведь мы к тебе дед по делу.

— Это ж по какому такому делу? На сенокосе что ли помочь? Из первоочередных дел только вот это.- опешил старик.

— Сенокос — это само собой. Это мы конечно поможем. Потом. Позже. Вот как только все свои дела утрясём, так мы тебе и сенокос, и силос, и навоз. Сколько надо тебе центнеров с гектара, столько и сделаем,- весело затараторил Андрюха.- Ты про золото нам расскажи. Где тут, чего, сколько?

— Да вы что, ребятишки. Это же подсудное дело. Это же до высшей меры. Это при Сталине можно было. И золотоприёмные кассы были в области. А Хрущ это дело запретил. Тогда и участковый по деревням ездил, наказывал, что если кто старателей в тайге заприметит, чтобы ему сообщали. Опоздали вы ребята лет этак на пятьдесят.

— Это ты дед отстал от жизни. В этом году указ вышел свеженький. Разрешили золотодобычу. Сейчас в России живём. Всё,что нельзя было в Советском Союзе, в России можно, -проговорил Вадик.

— Вона как, — удивленно проговорил дед, — слышал я, что нет больше Союза, однако не верится мне. Это вроде как революция. «Капитализьм», значит.

— Ну, давай дед, наливай и рассказывай нам про золото. Твои золотые слова дед, мне прямо как бальзам на душу, — умильно выговорил Андрюха.

— Так про золото то что рассказывать? Я ведь его не добывал.

— Постой дед. Ты же сам мне рассказывал, что тут у тебя и золото, и изумруды,- проговорил Вадик.

— Эк ты загнул. Золото- то есть, но вот «тут», (как ты сказал), только вот это.

Дед подошел к иконе в углу и, пошарив рукой за образами, вытащил полотняный мешочек. И, развязав его, вытряхнул содержимое на стол. На стол брякнулись три не больших самородка размером с двухкопеечную монету.

— Ну вот. А то меня чуть инфаркт не хватил,- с облегчением сказал Вадик, поднимая со стола самородки, -сколько тут грамм?

— А здесь тебе не магазин, чтобы граммами мерить. Это мне память от моего деда досталась,- огрызнулся дед.

— Так это дед твой золото мыл?

— И дед не мыл. Нашел он их, когда экспедицию искал. Тут в тридцатых годах уполномоченный в деревню приезжал. Я тогда ещё совсем мальчонкой был. Дескать, экспедиция пропала. Не видел ли кто их? Ну вот дед мой и вспомнил, что ещё в двадцатых, во времена НЭПа, километрах в шестидесяти артель старательская работала. Каждый сезон несколько лет приезжали. В деревню приходили. Муку, картоху покупали. За деньги. С деньгами то, тогда худо было. И им хорошо, и нам подспорье. И туда, и обратно шли через нашу деревню. Наша деревня к ним самая близкая была. Так вот в последний раз, обратно- то они не проходили.