Заповедная долина - Александр Николаевич Скуридин

Яшка понял свой промах и повиновался натяжению поводьев, однако выразил свою обеспокоенность сохранностью головного украшения лёгким предупреждающим фырканьем. Мария ослабила поводья, давая возможность животному успокоиться.

– В чём дело, Яшка? – спросила девушка.

Её звонкий голос разлетелся по весеннему лесу, дробясь на обертоны стволами деревьев.

Лось не умел говорить, но прекрасно владел телепатией и ответил хозяйке:

– Там, на поляне!..

– Что?.. – попыталась уточнить девушка, но осеклась.

Из-за пышной, приземистой ели, одиноко стоящей на краю лесной проплешины, показался… Кулькатли![2] Бывший легендарный шаман, а ныне дух места, Хранитель не только знаменитого Шайтан-камня, но и святынь, спрятанных в недрах этой священной скалы.

Кулькатли одет в камуфляж – светло-зелёный маскировочный костюм с тёмными пятнами-разводами на ткани. Казалось, что через кусты в лесной ложбинке продирается старый охотник или грибник. Но у «человека» в камуфляже не было с собой ни ружья за плечами, ни лукошка в руке.

– Дедушка! – радостно выдохнула Мария.

Она соскочила с лося и устремилась навстречу Хранителю Шайтан-камня. Лось пошёл за ней, издавая приветственный трубный звук. Но умное животное не трубило во всю свою лосиную глотку. Яшка прекрасно знал, что в лесу надо вести себя тихо. Это не гон, когда самцы забывают об осторожности и для выявления счастливого обладателя самки сходятся в настоящем бойцовском поединке.

– Привет, Маша!.. Я так рад видеть тебя! – произнёс бывший шаман, раздвигая в стороны руки.

– Я тоже рада, прапрапрапрадедушка!

– Обойдёмся, внучка, без всяких там многих «пра», – сказал Кулькатли, принимая девушку в свои объятия.

Ради этой встречи дух Шайтан-камня и принял вполне осязаемый физический облик. А дело у Кулькатли к своей «кровинушке» было очень важное, но весьма деликатное. Вот поэтому дедушка и решил встретиться с внучкой не в Заповедной Долине, надёжно охраняемой энергетическим Куполом, а в обычном уральском лесу, где Маша часто любила ездить в седле на своём верном Яшке.

Когда дед-дух вдоволь пошлёпал прапрапраправнучку по спине, он отпустил её из своих рук и обернулся к лосю:

– А ты, Яшка, скучал по мне?

Зверь с видимым удовлетворением издал нечто похожее на коровье мычанье.

– Вижу, ты тоже рад, старый шельмец, – проговорил Кулькатли, почёсывая шею животного.

Лось замлел от ласки.

– Ну хватит нежностей, рогатый парень, – сказал шаман, убирая руку. – Тебя нельзя слишком баловать, а то ты совсем перестанешь ловить мышей.

– Лоси что, обязаны их ловить? – засмеялась Мария.

– Это идиома…

– Что-что?

– Ну… оборот речи, устоявшееся, часто употребляемое выражение.

Девушка покрутила головой:

– Ну, дед, ты меня не перестаёшь удивлять. Такие слова знаешь, иностранные…

Кулькатли начал оправдываться:

– У меня там, на скале, такого наслушаешься, что дух захватывает, особенно в разгар туристического сезона.

– Захватывает дух у духа! – засмеялась наездница.

Яшка тоже, казалось, понял суть сказанного хозяйкой и, как шаману показалось, противно осклабился, обнажая крупные жёлтые зубы.

– И этот, надо же, ехидно ухмыляется… – прокомментировал реакцию лося Кулькатли и слегка развил обозначенную им тему: – Дух он и в Африке дух. Между прочим, древние греки называли таких, как я, гением места, это тебе, внучка, не какой-то среднестатистический лох в физической форме, который кроме своего узкого мирка ничего не видит. А я узреваю всё во многих мирах!

– Да я хорошо понимаю твою роль, дедушка. Просто ты иногда такое выдаёшь… Гений!..

– Я иногда этих назойливых субъектов с вершины Шайтана сгоняю, чтобы побыть в полном покое. Место-то у меня, сама знаешь, весьма значимое для всего Урала! – сказал бывший шаман и вполне миролюбиво предложил: – Давай сядем.

Дед и внучка уселись на поваленный буреломом ствол ели, поросший мхом. Рядом с хозяйкой примостился Яшка, положив голову девушке на колени.

– И как ты это делаешь, ну, гоняешь туристов? – спросила Мария.

– Очень просто: насылаю на любителей громко и бесцеремонно поболтать холодный, пронизывающий ветер.

– И-и-и…

– Всех этих говорунов-пустозвонов как рукой сметает вниз, к подножью камня.

– Ну да, – согласилась девушка, – Шайтан-камень не любит глупой и пошлой болтовни.

Весенний лес наполнился птичьими голосами. Вот яростно заверещала кедровка, оповещая всех и вся о потенциальной опасности. Её клёкот подхватили тревожным посвистом сойки.

– Косолапый спустился в распадок за Медвежьим ручьём, – определил причину переполоха птиц Кулькатли.

– Мишка Меченый обход своих владений делает, – уточнила Мария.

– Мишка Меченый? – удивился Кулькатли.

– Так в совковое время называли сановного пустозвона Михаила Горбачёва, которого, как и твоих туристов, сдуло ветром с поста президента Союза. Не ты ли к этому приложил свою руку, дедушка?

– Нет. Горбачёва с вершины власти сдула сама история. Давай-ка вернёмся к нашему Мишке. Почему он Меченый?

– У него подпалина на голове.

– А-а-а… Что твой знакомый в распадке делает?

– Там малинник знатный. Вот Меченый после зимней спячки туда и повадился.

– Так ягоды ещё не уродились! – удивился Кулькатли.

– Он молодые стебли ест. Они сочные и немного сладкие, сама пробовала.

Птицы успокоились, поняв, что косолапый не намерен пересекать ручей, служащий естественной границей для обитателей ельника.

Девушка гладила шею лося у подбородка. Яшка от избытка нежности даже прикрыл глаза. Но уши животного стояли торчком. Яшка уловил, что люди ведут речь о медведе. Правда, косолапый мог напасть только на старого, совсем обессиленного лося. К тому же хозяйка всегда телепатически очерчивала границы своего передвижения на Яшке. Даже стая голодных волков не посмела бы приблизиться к Марии, часто выезжающей за охранный Купол и зимой. Лось хорошо понимал людскую речь, в которой не было ни тени беспокойства. Но ухо держал востро́…

Мария знала, что далекий её предок явился сюда, в лес, не просто так. Под Купол он приходил, правда, не совсем охотно, мотивируя это тем, что в Заповедной Долине для него «нет надлежащего простора».

– Но Купол же над долиной совсем не виден и вообще ещё никому не помешал! – возразила как-то девушка.

– Он не виден для людей, а вот животные прекрасно его чувствуют.

– Я тоже умею это ощущать, – возразила Мария.

– Ты слишком близка к природе, поэтому тебе, Маша, нечего делать среди людей, – ответил Кулькатли и вздохнул. – Но замуж тебе, красна девица, выйти надо…

Все разговоры о замужестве и рождении ребёнка девушка так страстно отвергала, что дед-шаман перестал заводить их. И вот теперь Мария нутром ощущала, что он намерен вернуться к этой теме.

Но хозяин Шайтан-камня не спешил приступать к столь щекотливому для внучки разговору.

– Ты совсем как героиня мультика «Маша и Медведь»! – сказал он и коротко хохотнул.

– Не поняла? – удивилась девушка и спросила: – У тебя там, на Шайтане, телевизор, что ли, есть?

– Ну да, появился! – Хранитель