Невеста для хозяина - Игорь Черемис

Надо так надо – Руслан послушно вернул щит в прежнее положение, переступил ногами, чтобы привыкнуть к напору воздуха. Его начало сносить назад, прямо с землей и травой, пришлось делать что-то вроде рывка вперед, во время которого он очень боялся, что его снесет...

– О, пошла, пошла, родимая! – это снова Коротыш.

Руслан не понял, про что он, но подумал, что он всё делает правильно – и снова сделал короткий шажок вперед. И ещё один.

– Да, да! Дави её, гадину, сильнее дави!

Боги знают, что имел в виду этот мелкий ублюдок, но Руслан послушался – и давил, проталкивая щит на сантиметр-два, выигрывая миллиметры и тут же их проигрывая. Но он всё же продвигался вперед – изрытая каблуками земля осталась чуть позади, ему приходилось снова и снова разбивать дёрн, чтобы закрепить свой невеликий успех.

В какой-то момент Руслан понял, что это занятие было похоже не на прыжок с парашютом, а, скорее, на силовое соревнование, в котором соперником выступал гусеничный трактор. И чем дольше продолжалось это противоборство, тем меньше шансов на победу было у представителя хомо сапиенс. Сил ему придавало только понимание того, что у головы не может быть бесконечный запас воздуха, что когда-нибудь этот воздух закончится – и главное дожить до этого момента. Вернее, даже не дожить, а просто достоять.

– Есть! Есть!

Поток воздуха иссяк как-то разом – только Руслан приноровился сделать ещё один шажок вперед, как противодействие исчезло, и он полетел вперед, вслед за тяжелым щитом. Он каким-то чудом ухитрился сбросить тяжелую деревяшку с руки и упасть не на собственный нос, а на ладони, слегка спружинив и откатившись в сторону – словно за спиной был весь остальной взвод, что прыгал вслед за ним. Но там никого не было, был только радостный крик Коротыша. Руслан поднялся на ноги и огляделся.

Вопреки словам Коротыша, голова не опрокинулась. Она, конечно, сместилась назад и повернулась, лицо смотрело чуть вбок и вверх, но шея твердо покоилось на земле – правда, в стороне от прежнего места. Там не было ни травинки, только черная земля, словно голова выделяла какие-то едкие химические вещества, убивающие любую растительность – но что это могли быть за соединения, Руслан даже предположить боялся. И на краю этого черного круга уже стоял Коротыш, который уже прекратил кричать и с каким-то детским изумлением смотрел вниз.

– Что там? – спросил Руслан.

Тот не ответил.

Руслан подошел поближе. В круге действительно лежал меч – насколько он мог судить, это был простое одноручное оружие безо всяких украшений и в очень скромных ножнах, перемотанных кожаными ремнями. Простая крестовина с короткими плечами, рукоять, замотанная шершавой на вид кожей, простое навершие в виде шара. Ни украшений, ни драгоценностей, ни позолоты, которые он видел на мечах Дюка и Потыка. Да и у других стражей оружие выглядело побогаче – длинная ручка булавы Коротыша, например, была покрыта очень тонкой резьбой, а на шипастой насадке был заметен черненый узор.

– Выглядит неказисто, – сказал Руслан просто так, лишь бы не молчать.

Коротыш с трудом оторвал взгляд от лежащего на земле меча, с каким-то неприятным выражением покосился на Руслана – и отступил на пару шагов.

– Понимал бы чего, – недовольно буркнул он. – Бери свой... своё оружие – и пошли к братьям. А то Святогор скоро обратно приползет... у него это быстро.

Руслан не стал ничего спрашивать у насупившегося карлика. Он вышел в круг, подхватил меч за середину ножен и поспешил вслед уходящему на заставу Коротышу. По дороге подхватил и отброшенный щит – хотя подумывал оставить его тут, прямо на месте схватки. Но это показалось Руслану неправильным – всё же он выстоял именно благодаря щиту. Ну и своим ногам.

Уходя, он не выдержал и оглянулся – голова и в самом деле уже занимала половину земляного пятачка, но попытка заметить, как она двигается, провалилась. Когда Руслан на неё смотрел – та лежала на одном месте. Он пожал плечами, плюнул и отвернулся.

«Ползи уж, недоразумение природы».

***

Все стражи стояли тесной гурьбой, лишь Потык и Коротыш вышли вперед. Потык как-то неприятно гладил рукоять своего длинного меча, который пока