Охота на Горностая (сборник) - Вадим Панов

Сбивчивый рассказ Кнопки окончательно запутал Красных Шапок, но убедил Полено в том, что положение нешуточное. Связавшись с великим фюрером и вкратце пересказав ему услышанное, Шибзич внимательно выслушал ответ и объявил, что лидер семьи вызывает к себе уйбуев из Фюрерского совета для срочного совещания. Остальным дикарям было велено сидеть внизу и не шуметь. Исключение сделали только для Кнопки – входящий в Совет Кошелёк решил, что боец может вспомнить ещё что-то важное, и взял его с собой.

– Явились, крикуны? – поприветствовал уйбуев недовольный Кувалда. – Почему орём и к своему лиферу посрефи ночи ломимся? Фавно я вас не вешал?

Его привычных телохранителей – Иголки и Контейнера – в ту ночь в Форте не было – уйбуй Копыто взял бойцов с собой в роскошный ресторан, чтобы показать «как, в натуре, гуляют миллионеры и настоящие диссиденты». Поэтому фюрера защищал верный Полено. Лидер семьи не доверял до конца своим советникам и в общем-то правильно делал.

– Кто первым крикнул про зомбов? – допытывался великий фюрер.

Дыня мстительно выпихнул вперёд Кнопку.

– Вот этот вредитель очкастый! И шум, в натуре, поднял, и уродов мычащих позвал! Сам сознался, предатель!

– Кнопка первым крикнул, твоё высокопревосходительство, – подтвердил Кошелёк. – Да и как, в натуре, не крикнуть? Настоящие оживш… мёртвые… тьфу, то есть дохлые, но ожившие, – сформулировал он мысль. – Твари де Рипа, мля, о которых Баян рассказывал.

– Старика уже из казармы выпускать нельзя – кажфой байкой смуту сеет! – Высказавшись, одноглазый глянул в окно, внимательно рассмотрел слоняющихся внизу чудищ, а затем сплюнул. Взять фюрера на испуг было непросто, а соображал он гораздо лучше большинства Красных Шапок.

– Значит, говорите, – обратился он к уйбуям, – у этих зомбов не течёт кровь? Прямо, как будто у големов?

– Лично стрелял, – поклялся Кошелёк. – Поганая тварь хоть бы почесалась, в натуре!

– Хофят они еле-еле и смотрят тупо, словно големы, – продолжал рассуждать одноглазый.

– Ты всё видишь, великий фюрер! – с благоговением протянул глуповатый Дыня, не понимая иронии лидера.

– А сейчас они топчутся под окнами, как слепые… или как тупые големы!

– Так и есть! – радостно подтвердили уйбуи.

– Так, может, это всё-таки големы, мать вашу! – взорвался Кувалда.

– Какие големы? – Члены Фюрерского совета были потрясены логикой лидера.

– Беглые, мля! – В своё время Иголка с Контейнером рассказывали великому фюреру подробности памятного похода за золотом, и он знал, что боевые куклы теряются не так уж редко и иногда ведут себя очень странно. – Фо сих пор не поняли, ослы лопоухие? Какой-то кретин, врофе вас, прозевал боевых кукол, и их закинуло в Форт. Обычных безмозглых кукол! А вы мне тут байки из склепа травите!

До Кошелька, Булыжника и ещё пары уйбуев начало доходить, и они неуверенно заулыбались. Но нашлись недоверчивые.

– Может, это всё же зомбы? – спросил Дыня. – Всё, типа, сходится одно к одному! История Баяна, Халловин грядущий, трупы с перекошенными лицами…

У Полено зачесались кулаки – так ему захотелось врезать идиоту, усомнившемуся в правоте великого фюрера. Но сам Кувалда внезапно сказал:

– Не веришь, значит? Тогфа фавай проверим! Есть офин верный способ.

Прогуливающиеся под башней «мертвецы» подняли головы и с недоумением уставились наверх. Одно из окон здания распахнулось, и из него принялись спускать на верёвке упирающегося Кнопку. Тот вопил, ругался, выгибался и хватался за верёвку, словно пытался по ней же забраться обратно. Из окна тоже неслась отборная ругань – Полено с Кошельком несколько раз чуть не уронили дергающегося бойца.

Один из монстров проявил любопытство и остановился прямо под Шибзичем. Кнопка болтался в трёх метрах над его головой. «Зомби» обиженно замычал и уткнулся лбом в стену. Потом отошёл и снова уткнулся, бессмысленно двигая вытянутыми руками. Он не пытался поднять их и попробовать достать дикаря – просто таранил стену под успокоившимся Кнопкой. Другие «зомби» вообще не приближались к башне, поглядывая на бойца издали.

– Голем, адназначна, – вынес вердикт Булыжник. – Он ещё тупее, чем зомбы из того кина!

– Или Кнопка невкусный совсем! – упорствовал Дыня. – Надо ещё кого-нибудь попробовать!

– Давайте Дыню им кинем! – предложил Полено. – Без верёвки! А то чё он с великим фюрером спорит?

– Не хочу, мля! – попятился уйбуй. – Я зомбов боюсь! Они мои мозги сожрут!

– Было бы что жрать! – заржал Булыжник. – С тобой они от голода подохнут, адназначна!

– Ах ты… – засучил рукава Дыня.

– Молчать! – прервал дискуссию Кувалда. – Пофнимайте умника обратно! Всё с вашими куклами ясно. Проваливайте теперь из моего кабинета и не беспокойте фо утра! А как солнце встанет, мы избавимся от этих пугал огорофных!

Уйбуи поспешили оставить своего лидера в покое и побежали к лестнице. Остались с Кувалдой только Полено и Кошелёк. «Денежное чутьё» подсказало последнему, что приблудившихся големов можно не просто уничтожить, но и использовать с выгодой для себя. Оставалось только договориться с одноглазым.

– Твоё высокопревосходительство, разреши вопрос задать!

– Ты ещё зфесь? – недовольно глянул на Кошелька Кувалда. – Зафавай и выметайся!

– Как избавляться-то от кукол будем?

– Чего тут фумать? За нас фавно прифумали Службу утилизации. Позвоню им, и они всю нежить из моего Форта уберут! А я потом меры приму, чтобы нароф больше не пугался. Холую твоему очкастому, к примеру, пофозрительные фильмы показывать запрещу, а Баяну язык вырву, чтобы трепать нечем было!

– Правильно говоришь, твоё высокопревосходительство! – признал Кошелёк. – Только Служба за спасибо работать не станет. Големов отловят, пересчитают, счёт нам выпишут и уйдут, в натуре, не попрощавшись! Но если мы этих зомбов сами схватим, а потом найдём хозяина и предложим вернуть за большое вознаграждение…

– Голова! – уважительно кивнул великий фюрер. – Из всего умеешь феньги фелать! Уже прифумал, как поймать урофцев?

– Есть одна мыслишка, твоё высокопревосходительство. Ты только прикажи остальным, чтобы не высовывались и моей десятке не мешали! Мне, типа, и без сопливых скользко будет!

Частный жилой дом

Москва, улица Короленко

29 октября, понедельник, 06.50

В доме на улице Короленко с раннего утра бушевала буря и гремел гром. Пока ещё – в переносном смысле слова, но взбешённой Варваре очень хотелось запустить в стену «Шаровую молнию». За фатой по комнатам таскались причитающий кнец и Раиса, которая страдала не столько от мук совести, сколько от похмелья.

– Как это могло случиться? – в который раз воскликнула Варвара. – О чём вы думали?

– Варенька, успокойся и не кричи, – попросила Раиса. – Может, всё ещё обойдётся?

– Обойдётся? После того, как Птиций поднял меня в шесть утра и сообщил, что так и не получил свой проклятый заказ? – злилась фата. – Признавайся, дуреха, куда ты послала кукол?

– По нужному номеру, – поджала губы девушка. – Тот мужик, который мне ответил, был каким-то странным, но я же не думала…

– Надо думать! Ты не Красная Шапка – от литра выпивки в желудке умнее не станешь!

– Девочки, не ссорьтесь! – попытался утихомирить сестёр кнец. – Она ведь и вправду не…

– Не лезь, Фунций – ты тоже виноват! – сразу забыла про Раису Варвара. – Почему я только сейчас узнаю, что ты остался без телефона? Когда он пропал?

– Вчера вечером. Сразу после ужина он точно был – я назначал свидание очаровательной Магдалене. Золото, а не женщина. Хотя до тебя, Варенька, ей очень далеко.

– Я спрашиваю, когда пропал телефон? – Варвара была слишком раздражена, чтобы поддаваться природному обаянию ко́нца и выслушивать его лесть.

– Не знаю! Магдалена была столь приятной и умелой дамой, что я совсем забыл о таких мелочах! Я бы и не хватился телефона, если бы не муж моей Магдалены, вернувшийся в неурочный час. Он у неё рыцарь-узурпатор, а значит, убил бы меня с особым наслаждением, застав в своей постели!

– Думаю, ты бы легко отделался, – заметила Варвара. Она буквально кипела от возмущения, но злилась не только на Раису и Фунция.

«Больше никогда не буду работать с Птицием! Затейник чёртов! Неужели он не мог обойтись без проклятых зомби?»

Просьба создать големов с внешностью разлагающихся мертвецов из человских фильмов сразу не понравилась фате. Дело в том, что управляющий собирался с помпой отметить пришедший из-за океана праздник Хэллоуин и в честь него переделывал интерьеры своего клуба. Новый стиль был мрачно-готическим: тёмные стены, свечи и масляные светильники вместо ламп, свисающая с потолка искусственная паутина и, конечно же, несколько центнеров тыкв с характерными рожицами. Персонал был под стать обновлённой «Ящеррице»: скелеты-официанты, вервольфы за барной стойкой и танцовщицы-мумии, «прикрытые» полупрозрачными бинтами. Ну а зомби, по замыслу Птиция, должны были стать по-настоящему пугающей изюминкой тематического представления.