Антиквар - Ольга Богатикова

– Я пришел, чтобы предложить свою помощь, – будто услышав мои мысли, произнес чародей.

– Помощь? – удивилась я. – Какого рода?

– Любого, – на лице мага появилась грустная улыбка. – Видите ли, в чем дело… Неделю назад во время землетрясения была разрушена деревня Тивип. В прошлом году в эту деревню переселились двое моих старших братьев со своими семьями. Возможно, вы слышали о них. Они не владели силами колдовства, зато были отличными кузнецами.

Я задумчиво кивнула. Недавно муниципалитет подарил госпиталю новую кованую ограду, и один из устанавливавших ее рабочих заметил, что над ней работали двое кузнецов из Тивипа.

О!.. А ведь этой деревни больше нет. Она оказалась в эпицентре бедствия, и теперь на ее месте лишь груды камней и бревен.

– Мои братья, их жены и дети погибли в первые минуты землетрясения, – продолжал Эфлер. – Я приехал из столицы, чтобы их похоронить. За годы своей жизни мне довелось многое повидать, госпожа Сиил, однако то, творится сейчас в окрестностях Татема, воистину чудовищно. С разрешения местного бургомистра, я принимал участие в разборе завалов и поиске пострадавших людей. Теперь мои услуги в этом деле не нужны, и я пришел к вам, чтобы предложить помощь в уходе за ранеными.

Я слушала его с возрастающим изумлением. Темный маг желает помочь светлым волшебникам? С его стороны это очень мило, но слишком уж чудно.

Вражда темных и светлых чародеев длится на Даламане почти тысячу лет. Никто не помнит, с чего она началась, однако история сохранила упоминания как о мелких стычках, так и полноценных войнах, которые они вели друг с другом на протяжении многих веков. Сейчас мы уже не воюем, между нашими ковенами установлен нейтралитет, но приятелями темная и светлая сторона так и не стали. При встрече в лицо друг другу мы, конечно, не плюем, однако стараемся, по возможности, ходить разными дорогами. Если же возникает необходимость в общении, то причина этой необходимости должна быть очень и очень веской.

Бывали случаи, когда темным и светлым магам приходилось работать вместе, однако это происходило редко и непременно при посредничестве королей, выступавших между ними связующим звеном.

Неужели смерть родственников и разрушения, устроенные землетрясением, потрясли господина Эфлера настолько сильно, что он решил перешагнуть вековые предубеждения, и по собственному почину предлагает нам свои услуги? Хорошо, если так. Тем не менее, его отзывчивость может быть вызвана приказом главы темного ковена, задумывавшего какую-нибудь гадость.

Последнее наиболее логично и вероятно, если бы не одно но. Большей гадости, чем та, которую нам устроило землетрясение, и придумать-то сложно. Татем – маленький провинциальный городок, а наш госпиталь – крошечное объединение светлых целителей, коих великое множество во всех регионах королевства. У нас нет ничего такого, что могло бы заинтересовать не то что темного мага, а даже самого рядового разбойника. Есть только проблемы с поставками перевязочных материалов и толпа раненых людей, которая с каждым днем становится больше.

Что и говорить, помощь нам очень нужна, и мы находимся не в тех условиях, чтобы хоть как-то ею пренебрегать.

– В госпитале много дел, а рабочих рук катастрофически не хватает, – сказала я гостю. – Однако я не знаю, что вам предложить, господин Эфлер. В первую очередь, нам нужны целители. Вы же исцеляющей магией наверняка не владеете.

– Не владею, – согласился чародей. – Зато могу составлять лечебные зелья. Я знаю новейшие рецепты отличных отваров и мазей, которые стали бы вашим магам хорошим подспорьем. Зельям все равно, какого цвета мантия у зельевара, верно?

Я слабо улыбнулась.

– Вы выглядите уставшей, госпожа Сиил, – заметил Эфлер. – Позвольте вам помочь.

Прежде чем я успела что-либо сказать, чародей подсел ближе и взял меня за руку. Едва его пальцы коснулись моих, как в кожу будто бы впились десятки крошечных иголочек, а потом в меня мощным потоком хлынула магия.

Несколько секунд – и мой магический резерв был полон под завязку, а я сама чувствовала себя такой бодрой и отдохнувшей, что, казалось, могла в одиночку свернуть любую горную вершину.

Эфлер отпустил мою руку не сразу. Поток магии иссяк, а он все еще держал мою ладонь и внимательно смотрел в глаза. Убедившись, что из них пропали последние следы бессонной ночи, мужчина медленно разжал пальцы и отсел на прежнее место.

– Это был щедрый подарок, господин Эфлер, – улыбнулась я. – Благодарю.

– Буду признателен, если вы станете называть меня Элероном, госпожа Сиил. И сумеете отыскать место в вашем госпитале.

– Я назначу вас вторым зельеваром, – ответила ему. – Мази и отвары нашим лекарям очень нужны, а ответственный целитель попросту не успевает готовить их в нужном объеме. Однако вы должны понимать: мне нечем заплатить за ваш труд. Единственное, что я могу – это предоставить комнатку для ночевок. Если, конечно, она вам нужна.

– Деньги мне не требуются, а вот комната пригодится, – кивнул чародей. – Все городские постоялые дворы заполнены крестьянами из разрушенных деревень. Волонтеры, вроде меня, вынуждены ночевать в конюшнях или прямо на улице.

– Крышей над головой я обеспечу вас без проблем. А еще горячей едой – если не побрезгуете сесть за один стол со светлыми магами.

– Благодарю, госпожа Сиил.

– Называйте меня Леонорой, Элерон, – улыбнулась я, поднимаясь на ноги. – Вы готовы приступить к работе прямо сейчас?

– Да, конечно.

– В таком случае, прошу за мной. Я познакомлю вас с остальными целителями и покажу новое рабочее место.

***

Элерон Эфлер провел в госпитале ровно месяц. От рассвета до поздней ночи он стоял у кипящего котла, помогал транспортировать больных и даже несколько раз помогал мне составлять списки умерших и излечившихся пациентов.

Прочие целители Светлого пламени отнеслись к появлению мага с молчаливой настороженностью. В другой ситуации чародеи наверняка бы возмутились и потребовали прогнать его прочь, однако сейчас, в условиях жесточайшего аврала, они были рады любой помощи, и неважно от кого она исходила – от темного колдуна или демона преисподней.

В то, что Эфлер искренне желает помочь пострадавшим от землетрясения, не поверил никто. Чародеи его ковена столь редко бывали замечены в подобных поступках, что нового зельевара скорее бы заподозрили в желании добить несчастных людей, нежели облегчить их страдания.

Элерон, между тем, вел себя безукоризненно. Он быстро и со знанием дела выполнял свои обязанности, не выражал ни малейшего недовольства ненормированным трудовым днем, и старательно не замечал косых взглядов новых коллег.

Его работа оказалась для нас отличным подспорьем, поэтому дальше подозрительных взглядов недовольство целителей не пошло. Все они внимательно наблюдали за его работой и поведением, при этом никто из них не сделал ни одной попытки подружиться с темным магом. Эфлер тоже не горел желанием навязываться кому-либо в приятели, а потому единственным человеком, с которым у него завязалось некое подобие