Сын папиного графа. Том 1 - Тимофей Тайецкий

— Хорошо, поехали.

Я, Шарлотта, Станислав и Артур — садимся в карету. Рыцари сопровождают нас к руинам.

Внутри кареты наступает неловкое молчание, так как нам нечего обсудить. Я не экстраверт и не знаю, как начать разговор.

— Почему так долго едем? Странно как-то, — пытаюсь привлечь внимание Шарлотты, чтобы разрядить обстановку.

К моему удивлению, она уже давно ушла в свои мечты, опираясь головой на моё плечо. Моя рубашка становится мокрой от её слюны. Обычно по вечерам она оставляла на другой части моего тела.

«Ну что ж, неудивительно, что ей хочется спать. Ведь она так взволнована руинами, что даже почти не высыпается».

Шарлотта — единственная, кто осмеливается на такие фишки по отношению ко мне.

— Ты и вправду ей близок, да? — нарушает молчание Станислав.

— Наверное, так. Почему ты спрашиваешь?

— Я видел множество молодых дворян в моей жизни, но ни один из них не обращался со своей личной служанкой так… лично, как ты.

— Наверное, они рассматривают их как инструменты, — отвечаю.

— Инструмент? Как именно? — ему действительно интересно узнать, как другие дворяне устраивают свою жизнь. — Мои обязанности заставляют меня общаться с остальными дворянами довольно редко. Единственный случай, когда я нахожусь в контакте с ними, — это банкеты, устраиваемые Виноградскими. Но по одному такому случаю сложно судить о их характере.

— Они используют своих служанок как им угодно. Для них служанки — просто игрушки, которых они могут менять как перчатки. Ведь всегда можно найти новую. Среди обычных людей их множество.

— Понимаю. Никогда не думал, что такое поведение так распространено.

— Это обычное дело, особенно в Высокграде, Фосфорном и Барко. Там такое поведение поощряется, чтобы укрепить уверенность их детей. Странное воспитание, скажу я вам.

Станислав кивнул:

— Согласен. Ваша компания заставляет меня ценить, что в нашей империи ещё остались благородные семьи, которые не смотрят на людей как на животных.

— Возможно, это связано с тем, что моя семья Виноградских имеет связи с простыми людьми.

— Может быть. Надеюсь, что вы не изменитесь, если достигнете большой власти. Я видел, как многие меняются, когда они начинают командовать.

— Обещать не могу. В конце концов, я — обычный человек, не такой выдающийся, как вы меня видите.

— Ха-ха, слишком скромно, господин Ренар. Мне впервые довелось услышать, как дворянин называет себя «обычным».

— Показуха — в их крови, им не нужно её учить. Они интуитивно знают, как вести себя высокомерно.

Вдруг разговор нарушил рыцарь, постучавший в окно кареты.

— Что случилось? — спросил я.

— Мой господин, мы прибыли.

— Отлично. — Я осторожно покачал тело Шарлотты.

— Ммм… — Она неохотно открыла глаза. — Что происходит?

— Мы прибыли на руины, — сообщил я Шарлотте.

Глава 17

Сокровища эпохи драганов

Глаза Шарлотты моментально засверкали, как только речь зашла про руины. Она спешно вышла из экипажа.

Станислав, Артур и я последовали за ней.

Я оглядел окрестности и обнаружил, что в карьере не было ни одного рабочего. Так как я отправил их на цементные заводы и попросил временно присоединиться к стройкам.

Чудесная черта этой эпохи заключается в том, что работники не жалуются, пока им платят и не заставляют выходить за рамки.

Артур медленно приближается к входу в руины. Он начинает теребить рукой красную стену, пытаясь определить, из какого материала они сделаны.

Не удовлетворившись этим, Артур вынимает один из красных кирпичей из стены и измеряет его размеры.

Мой взгляд перемещается к символам, вырезанным над дверным проемом.

«Пфухх…» — сдуваю пыль с символов.

Историк ученый не удовлетворяется этим и достает щетку из сумки, аккуратно смахивая пыль.

Скоро очертания букв становятся более четкими.

Артур снова заглядывает в сумку и вынимает книгу. Он пролистывает ее, пытаясь найти персонажа, похожего на тот, что изображен на руинах.

Я и другие ждем Артура целый час, прежде чем он, наконец, открывает рот.

— Исходя из красного кирпича, использованного для постройки этого сооружения, а также символов на стене и его местоположения, я уверенно утверждаю, что это форт, построенный в эпоху Драганов. Что касается его назначения, мне понадобится провести дополнительное исследование.

— Ты уверен, что это из эпохи Драганов? Это было так давно, — спрашиваю я.

— Да, без сомнений. Руины Драганов, сохранившиеся до наших дней, можно пересчитать по пальцам. Это важное открытие для историков и археологов.

— Так ты говоришь, что все это относится к более чем 3000-летней давности?!

— Да, именно так. Теперь, милорд, вы понимаете его ценность?

Я медленно киваю, еще переваривая факты.

Понятие эпохи в этом мире отличается от Земли. Календарь зависит от влиятельной нации в определенный период. Эпоха начинается с основания самой могущественной нации на континенте Авразии.

Эпоха Драганов названа в честь самой могущественной нации того времени — Империи Драганов, существовавшей 1800 лет. Все это время называется эпохой Драганов, и другие нации используют это в своих календарях.

После упадка Империи Драганов ее сменила Империя Фексов, которая существовала 1530 лет. Календарь был переосмыслен, используя Империю Фексов как точку отсчета, и это стало известно как эпоха Фексов.

Как и другие империи, Империя Фексов пережила взлеты и падения. Затем ее сменила Империя Эйна. Эта смена была значимым поворотом, принеся с собой перемену власти и долгожданные перемены. Прошло уже три столетия с начала эры Эйна.

Империя Эйна просуществовала лишь сто лет. Когда-то она занимала территорию, которая ныне входит в состав Империи Инглуланд, и частично Великого герцогства Каверия. Она эффективно контролировала южные земли материка Авразия.

После падения Империи Эйна в Авразии сформировались три равных по силе империи: Сидна, Инглуланд и Винерция. Ни одна из них не может одолеть остальные, тем самым создавая патовую ситуацию.

В связи с этим каждая нация решила сохранить календарь, отражающий период Эпохи Эйна.

Шарлотта обратилась ко мне:

— Итак, вы хотите сказать, что мы должны найти какую-то часть дракона или что-то, связанное с ним? Говорят, что даже одна его чешуя может стоить целое состояние.

— Возможно, но смогут ли это позволить себе люди? — спросил я.

Когда дело касается Империи Драганов, они символизируют мифических драконов. Во времена Эпохи Драганов драконов было много. Причина этого явления остается загадкой, но члены королевской семьи Драганов утверждали, что они являются потомками драконов и в их венах течет кровь драконов.

Я, конечно же, не мог поверить в это. Я знаю, что многие правители искали повод придать своей власти божественное происхождение. Они либо претендовали на связь с божественной сущностью, либо указывали на свое происхождение от представителей высших родов. В большинстве случаев это были просто вымыслы, созданные для укрепления их власти над людьми.

То же самое справедливо для Империи Фексов — синонима фениксов. Они исходили из аналогичных утверждений, как