Вздох - Дмитрий Александрович Горюк

– Это же замечательно, – сказал я, поглаживая рожки.

– Нравится, да?

– Что нравится? – спросил я. – А, прости, это уже как-то бессознательно выходит, – отстранился я.

– Я же говорила, что не против, – подалась она навстречу и ткнулась макушкой мне в ладонь.

– Верно, но сейчас я хотел потренироваться.

Я взял себя в руки и смог перестать наглаживать девушку.

– Можно я тоже попробую, как это делается? – загорелась она.

– Я не против. Правда, не знаю, получится ли у тебя. Начнём с медитации…

* * *

Закончив медитировать, Лиза открыла глаза. Юноша, сидевший напротив, был погружён в себя, расслаблен, лицо спокойно, а его грудь размеренно вздымалась. И фоном звенела разлитая вокруг сила, она ощущалась потрескиванием озона и, казалось, волнами распространялась от Леонида.

Дар, передающийся в её роду, многие ошибочно полагают некоей вариацией современных вычислительных машин, но на самом деле он позволяет воспринимать эманации чужих способностей и в определённой мере управлять собственной энергетикой. На основе этого было построено благополучие её рода. Из-за этого её отец был одним из лучших дуэлянтов своего времени, ведь можно не только предугадать, куда направлен удар, но и укрепить тело.

Достигнутая же за поколения опытов и тренировок возможность расширенного мышления достигается с помощью особой подготовки с самого детства и прямым питанием мозга вырабатываемой энергией. Это, безусловно, опасно. Это хранится в строжайшей тайне. Ведь ребёнку, с трудом управляющемуся с собственным даром, требуется постепенно насыщать кровь энергией, а когда придёт подходящий момент, взвинтить насыщение до максимума, что перегрузит мозг и введёт его в состояние, подобное коме. И после случившегося есть буквально пять минут, чтобы суметь реактивировать мозг. И никто не поможет, есть только сухое, максимально подробное описание практики, дополняемой при необходимости каждым, прошедшим через подобное преобразование.

Процесс восстановления и адаптации заслуживает отдельного описания. Он может занять до года, проведённого в постели в тёмной тихой комнате. Разрешены минимально возможные раздражители, и, по сути, всё это время занимает заново нарабатываемая способность воспринимать окружающий мир. И стоит ли говорить о том, что на подобное способны только дети? Подготовка занимает по меньшей мере три месяца – компромисс между экономией времени и наработкой навыков. Если дар не пробудится до семи лет, то, даже пройдя через ритуал, возможности вернуться к нормальной жизни не будет. Попросту не получится сформировать привычку к новому восприятию раздражителей.

В своё время её отец прошёл через это в шесть лет. Она управилась на восемь месяцев раньше. Если отцу больше давалось физическое усиление, то у неё, наоборот, с детства высокие когнитивные способности.

В первый же день она успела оценить и составить мнение о всех встреченных людях, будь то новички, старшекурсники или преподаватели. Наблюдения, разговоры всех со всеми – всё это откладывалось в подкорку и находило своё место в её разуме. По пути в аудиторию она уже успела выработать приемлемую линию поведения с поправками на личность каждого и не сразу заметила, что из её внимания выпала личность соседа. Поняла она это, буквально натолкнувшись на него, когда занимала место.

Необычность случившегося сбила её с толку, и первое, чем она занялась, это проанализировала собранную информацию, пытаясь составить мнение и продумать следующий шаг. И каково же было её удивление, когда выяснилось, что во всей собранной информации напротив личности соседа зиял провал, пустота. Не то что выводов – не было ничего, как будто и не сидит рядом с ней живой человек.

Что она ему сказала? Его поступки и слова словно окружены прозрачным пузырём отторжения и попросту не воспринимаются без личного участия. Она слышит, видит, может обдумывать всё это, но только собственными усилиями. Как будто на краткий миг рядом с ним она стала обычной девушкой, не имеющей понятия, о чём думает и что собирается делать собеседник. Опыт общения с этим парнем просто не встраивается в выработанную систему восприятия и реагирования.

Такой элемент неожиданности стоит изучить и держать поближе к себе, решила она тогда. Потому и предложила стать её заместителем, хотя таковой ей попросту не требуется. И пусть он отказался, но, заинтересовавшись им, она и сама смогла заинтересовать его и стать немного ближе. Наблюдать за ним было интересно уже просто потому, что требовало напряжения собственных сил. Беседы, невинные уколы и реакция на них – подобное она испытывала только рядом с отцом, прекрасно знающим, как противостоять собственной способности.

И он говорит, что он самый обычный парень? Три раза ха! Ни один простой человек, будь он даже сыном известного высокопоставленного боярина с известным семейным даром, на такое не способен. На текущий момент только она уже выяснила, что он владеет чем-то совершенно отличным от привычного для Кошкиных чтения запахов. Имея необходимые познания, очень просто проверить, обладает ли человек подобным даром, с помощью банальных духов, приятных для обычного человека и неприятных для существ, обладающих более острым обонянием. Никакой реакции.

И вот это сочетание внешней обычности и внутренней загадки её буквально захватило, заставляя строить теории и предположения, для проверки которых требовалось оказаться ещё ближе. Интересный парень. А ведь в бумагах отмечен только факт наличия дара, без указания ранга.

Давление энергии продолжало возрастать, и Лиза почувствовала, как температура в комнате начала расти. Кто же ты такой, Леонид Кошкин?

Глава 8

Фух. Хоть физически устать во внутреннем мире невозможно, но психологически я вымотался. С чего бы начать? Пожалуй, с самого мира. До того, как там обосновалась Мелисса, он выглядел как у остальных. Тут я ориентируюсь на распространённые описания. Погружение в себя – это, по сути, основы медитации. Внутренний мир, как ясно из сказанного, небольшое пустое пространство, в которое можно попасть с помощью медитации. Кто-то способен изнутри влиять на тело, кто-то способен на другие фокусы, для кого-то это просто возможность отрешиться от суеты мира и большего он добиться не может, но если отбросить разные вариации, то это, по сути, комнатка, где тебе никто не мешает.

Со временем мир может измениться, стать чуть больше, там могут появиться отражения дорогих тебе вещей, но вот про превращение внутреннего мира в нечто столь похожее на кусок реальности… Про такое я не слышал. А ведь тут помимо островка травы с девушкой, прикованной к вторичному ядру, и исполинского основного ядра вдали теперь и небо есть. Или что-то похожее. В общем, верх голубого цвета, прямо как небо. Так что пусть будет небо. И сдаётся мне, что оставшаяся пустота,