Архивы Дрездена: История призрака. Холодные дни - Джим Батчер

Я покачал головой:

– Я наживаю новых врагов. Опасных врагов. Я бы снова и снова втягивал друзей в свои разборки. Я знаю, что они сказали бы: «Это не имеет значения». Но я не ведаю, что еще мне предстоит сделать. Мэб, похоже, тебе доверяет. А чем ты для нее полезна, если не секрет?

Сарисса слабо улыбнулась:

– Я вроде проводника-шерпа[14], посредника между ней и человечеством, – сказала она. – При всем ее могуществе и знаниях Мэб не всегда понимает людей. Задает мне вопросы. Иногда мы с ней смотрим телевизор, ходим в кино или слушаем музыку. Я брала ее на рок-концерты. Мы ходили на каток. На шопинг. Тусовались по клубам. А однажды даже ездили в Диснейленд.

Я заморгал от удивления:

– Погоди… Так твоя работа… Ты лучшая подружка Мэб?

Сарисса внезапно рассмеялась. И хихикала до тех пор, пока глаза не стали мокрыми от слез.

– О-о-о… – произнесла она, продолжая хихикать. – Я никогда не представляла это в таком свете, но… Господи, а ведь, похоже, так оно и есть. Мы каждые выходные чем-нибудь занимаемся.

Она покачала головой, приходя в себя. И потом спросила:

– А у тебя есть особенно близкий человек? Там, дома?

Кэррин.

Но я не решился произнести ее имя. Никогда не знаешь, чьи уши тебя слышат.

– Может быть, – сказал я. – Все это… вроде как начиналось, когда я ушел. Не знаю, куда бы нас это завело. Я предпочитаю думать, что… – Я пожал плечами. – В общем, время было неудачным – по самому большому счету. А у тебя?

– Ничего серьезного, – сказала она. – Если бы кто-то был со мной близок, то… тут же стал бы мишенью для врагов Мэб, которыми, как мне иногда кажется, являются практически все в Феерии. Убийство возлюбленного смертной любимицы Мэб стало бы оскорблением, весьма непрямым, а на такое очень трудно ответить. – Она глубоко вздохнула и посмотрела на свои руки. – Я видела, как ты говорил с ней на танцполе. Видела твое лицо. Кого она приказала тебе убить?

Я заколебался:

– Я… Уверен, что мне не следует этого говорить. Такая информация навлечет на тебя неприятности.

Я поднял взгляд вовремя, чтобы уловить вновь появившуюся в глазах Сариссы настороженность.

– А, – сказала она. – Тогда, полагаю, наш небольшой обмен откровенностями закончен.

Она закусила нижнюю губу и спросила с наигранным спокойствием:

– Это… меня?

Вопрос застал меня врасплох.

– Э-э-э… что? Нет. Не тебя.

Несколько мгновений она не шевелилась.

– Понятно… – Она подняла глаза и одарила меня приятной и насквозь фальшивой улыбкой. – Что ж… Уже поздно. А тебе все еще требуется отдых – при любой возможности.

– Сарисса, подожди, – начал я.

Она встала, выпрямив спину. Плечи ее были напряжены.

– Думаю, мне пора в свою кроватку. Эм… Если, конечно, ты не предпочитаешь…

Я тоже поднялся.

– Не думай, что я против этой идеи в принципе. Ты умница, ты мне нравишься, ты поразительно красива. Но нет. Не так.

Она снова прикусила губу и кивнула:

– Спасибо тебе за это. За понимание.

– Ясное дело, – сказал я.

Затем подал ей руку и повел к выходу из своей берлоги. («Берлога» гораздо свободнее укладывалась в моей голове, чем «апартаменты».)

Уже в дверях она посмотрела на меня:

– Могу я задать вопрос?

– Разумеется.

– Ты собираешься подчиниться Мэб?

Мой мозг бессвязно затарахтел и забегал кругами при одной мысли о том, что просила меня сделать Мэб. Но я заставил его сесть, подышать кислородной подушкой и уже потом задуматься на секунду.

– Может быть, да. А может, нет.

– Почему? – спросила она.

Я отшатнулся. Ощущение было таким, словно одно это маленькое слово врезало мне промеж глаз бейсбольной битой. Сарисса попала точнехонько в то, что больше всего беспокоило меня в приказе Мэб.

Почему? Почему сейчас, а не полгода, или год, или сто лет назад? Почему сегодня, а не завтра? И черт подери, почему именно я должен это сделать? Единственная причина, по которой Зиме и Лету требуются Рыцари, заключалась в том, что Королевам фэйри запрещено собственноручно убивать любых смертных, для этого им и нужен киллер. Но Мэйв – отнюдь не смертная. Поэтому для Мэб Маленькая Мисс Сверкающая Промежность была вполне законной мишенью.

– Тогда почему?

– Пока не знаю, – сказал я. – Но будь я проклят, если не выясню.

Глава 9

– Кот Ситх, – позвал я, как только Сарисса ушла.

Прямо за моей спиной раздался голос:

– Да, сэр Рыцарь?

Я дернулся, но не стал озираться, как напуганный подросток. Я повернулся весьма изысканно, в стиле Джеймса Бонда (смокинг обязывал!), пристально посмотрел на него и сказал:

– Адские погремушки! Ты всегда приходишь вот так?

– Нет, – ответил малк. Он восседал на спинке дивана, который мы с Сариссой только что освободили. – Обычно я вообще не прихожу. Я просто появляюсь.

– Тебе известно о моем задании? – спросил я.

– Я знаю, что тебе был отдан приказ. Я здесь, чтобы способствовать его исполнению.

Я кивнул:

– Мне нужно вернуться в Чикаго. Сейчас же. А еще мне нужна машина.

Кот Ситх развернулся и мягко спрыгнул на пол коридора, ведущего в мою спальню. Он остановился возле двери бельевого шкафа и, хлестнув хвостом, посмотрел на меня:

– Очень хорошо.

Я нахмурился. Потом подошел к шкафу и открыл дверь.

Осенний воздух, влажный и удушливый по сравнению с воздухом Арктис-Тора, хлынул в мою берлогу. Яркие огни сияли по ту сторону двери, и мне пришлось проморгаться как следует, чтобы понять, что ослепили меня обычные уличные фонари. Внутри моего шкафа прямо под ногами начинался тротуар, а затем Мичиган-авеню, простиравшаяся до витрины магазина напротив.

Я моргнул еще несколько раз. Ситх открыл путь между волшебной страной и Чикаго.

Мир духов, или Небывальщина, непредставимо огромен. Владения сидхе – всего лишь его фрагмент, занимающий по большей части те сферы мира духов, что наиболее приближены к миру смертных. География мира духов ничуть не похожа на географию реального мира. Просто различные области мира духов соединяются с областями реального мира, имеющими схожую энергетику. Таким образом, темные и жуткие места Небывальщины сцеплены с темными и жуткими местами мира смертных.

И мой долбаный бельевой шкаф в Арктис-Торе оказался напрямую сцеплен с Чикаго, а конкретно – с Мичиган-авеню, готическим каменным зданием напротив старой водонапорной башни. Стояла ночь. Время от времени по улице проезжали машины, но, похоже, никто не обращал внимания на портал, открытый в самое сердце Зимы. Арктис-Тор был изолирован в Небывальщине, и без помощи изнутри добраться до него было весьма проблематично. Даже используя Пути, затратишь немало времени, а я рассчитывал на прогулку в