Архивы Дрездена: История призрака. Холодные дни - Джим Батчер

Мэб целую минуту изучала меня с моими «товарищами по играм», не произнося ни слова, и в гулкой тишине было слышно только капанье сукровицы и слюны, падающих с Драной Башки на ледяной пол.

Мэйв повернулась к матери и отпила из фужера. Она не произнесла ни слова, черты лица ее выглядели спокойно-расслабленными, но внутренняя презрительная ухмылка ощущалась почти физически.

Только тогда я сообразил: первая попытка Мэйв впутать меня в стычку при дворе была лишь способом отвлечь внимание. Она хотела, чтобы я целиком сфокусировался на ней, хотела вывести меня из равновесия своей высоковольтной телепатической феерией сексуальных игр. Тогда я не смог бы мыслить достаточно ясно, чтобы отреагировать на появление Красной Шапки с его сюрпризом.

Еще одну минуту Мэб не отрываясь смотрела на Зимнюю Леди. Потом улыбнулась и сделала легкий кивок в сторону дочери – жест одобрения.

– Хорошо разыграно, – пробормотала Мэб.

Она не повышала голоса, в этом не было нужды. Весь лед зазвенел ее словами.

Ее взгляд переместился на меня, и, хотя она находилась слишком далеко, чтобы можно было различить детали ее мимики, я все-таки знал, что выражало ее лицо: я сам позволил втянуть себя в эту неразбериху. Значит, мне самому и предстояло из нее выпутываться.

Я был предоставлен сам себе, и ни на чью помощь рассчитывать не приходилось.

Мэб снова перевела взгляд на присутствующих в зале:

– Сегодня, празднуя день рождения нашего нового Рыцаря, мы приветствуем всех и каждого из вас, Лорды и Леди Зимы. Мы рады снова принимать вас в нашем доме. Как мы видим, празднование идет уже полным ходом.

Она откинулась на спинку трона и приложила палец к губам, словно очарованная всем увиденным:

– Мы умоляем вас не позволять нашему появлению прерывать веселье. – Она вяло взмахнула рукой. – Повелеваем вам продолжать празднование! Очень весело.

Я повернулся лицом к Красной Шапке, краем глаза наблюдая за его подручными, и попытался придумать что-нибудь – что угодно! – что вытащило бы нас с Сариссой из этой передряги.

Драная Башка снова присел на корточки, явно готовясь к атаке. Его разнокалиберные когти в предвкушении царапали пол. Огр развел свои лапищи и снова сомкнул их – это прозвучало словно хлопок поджарившегося попкорна. Красная Шапка уже выпрямился и без всяких усилий утаскивал за собой Сариссу.

А я был в смокинге.

Адские погремушки!

Понятное дело, если я хочу пережить этот вечер, мне нужно активизировать свою игру. Голос Мэб прозвучал гортанным мурлыканьем:

– Музыка! Мы желаем видеть танцы.

Глава 7

Шансы были неравны. Более чем неравны. Все трое смертоносных фэйри готовы к атаке, и кем бы из них я ни занялся в первую очередь, положение Сариссы от этого не улучшится. Зазвучала музыка, тихо, медленно, очень медленно усиливаясь и становясь все более заметной.

Мне срочно требовалось какое-то преимущество, что-то, что изменит правила игры. По сути…

Изменение правил было единственным, в чем я нуждался.

Фэйри всегда прибегают к мошенничеству и подвохам – факт, который я прозевал пару минут назад. Но у них имеется еще одна черта, абсолютно неизменная: они обожают игры.

– А что, если нам сделать это поинтереснее? – громко сказал я. – Думаю, вы не станете возражать, если мы превратим наш спор в увлекательную игру?

Хоп! Все в помещении мгновенно умолкли, словно тысячи танцующих одновременно сделали вдох и напряженно замерли. Я физически ощутил волну воздуха, когда эти существа одновременно наклонились в мою сторону, а их внезапно обострившееся внимание заполнило пещеру. Изменился и темп музыки: осталось только напряженное звучание струнных и приглушенный пульс ударных.

Я почувствовал, как волна эмоции прокатилась по мне, эмоции чуждой, абсолютно не моей: для этого она была слишком прямой, слишком первобытной, и от нее мое тело вновь затрепетало каждой клеточкой – одобрение, которым удостоила меня Мэб, оказалось нечеловечески интенсивным.

– Однако же, чародей, – сказал Красная Шапка, – мы уже играем в игру. Нельзя менять правила только потому, что ты проигрываешь.

– Но игрок может повышать ставки, – ответил я. – Что, если твой выигрыш больше, чем ты ожидал?

Красная Шапка прищурился:

– А что более ценное, чем собственная жизнь, ты можешь проиграть?

Я одарил его, как мне казалось, покровительственно-снисходительной усмешкой и сказал:

– Погоди. К чему вести разговор с марионеткой, а не с тем, чьи руки дергают за ниточки?

Я повернулся спиной к Красной Шапке, сглотнул и посмотрел Мэйв прямо в лицо:

– Я предлагаю вам приз, Зимняя Леди. Согласны ли вы выслушать меня?

Глаза Мэйв засверкали ярче, чем драгоценности на ее… животе. Она подошла к краю платформы и остановилась там, не сводя с меня взгляда.

– Если выиграет он, – я кивнул в сторону Красной Шапки, – то я пойду с вами. По доброй воле.

Мэйв наклонила голову:

– А если выиграешь ты?

– Сарисса получит свободу. И вы уйдете с миром.

Мэйв оттопырила нижнюю губу:

– С миром… Это неинтересно. – Подняв руку, она лениво поиграла с прядью своих волос. – Насколько я понимаю, приз у меня уже есть, смертный. Я хочу видеть, как мать смотрит на струйки пара, поднимающиеся хотя бы над одним свежим трупом, здесь, в ее собственном дворе.

– Вы абсолютно правы, Мэйв, – сказал я. – Вы меня подловили, и мастерски. – Я подмигнул ей. – Но какой интерес в игре, которая выиграна заранее? И зачем соглашаться на столь эфемерный, хотя и достойный приз, если вы можете отобрать у Мэб ее Рыцаря в присутствии всего Зимнего двора?

Это ее зацепило. Я физически ощутил внезапную волну амбициозной жажды, сотрясшей Зимнюю Леди, и клокочущую ярость во взгляде, который она бросила в направлении Мэб, восседавшей на своем троне.

Рот Мэйв искривился в гримасе, которая более походила на улыбку акулы. Она щелкнула пальцами – щелчок прозвучал как выстрел из малокалиберного пистолета, – и к ней тут же поспешили два сидхе, ведя с собой мускулистого парня. На лице парня застыло ошеломленно-полубессознательное выражение. Мэйв не дожидалась его. Она просто села. Одновременно сидхе с силой толкнули парня, заставив его встать на четвереньки как раз вовремя, чтобы Мэйв опустилась на его широкую спину.

– Надо отдать вам должное, Мать, – сказала она, не глядя на Мэб. – Вы берете на услужение интереснейших из смертных.

Ухмылка Мэб была красноречивее любых слов. Она не пошевелилась и не проронила ни звука.

– Миледи… – начал было Красная Шапка за моей спиной.

– Цыц, – рассеянно произнесла Мэйв. – Я хочу посмотреть, что произойдет. Что у тебя на уме, чародей?

Вместо ответа я