Антиквар - Ольга Богатикова

– На совете я, конечно, выступлю, – кивнул Элерон. – Однако, можете мне поверить, Леонора, толку от этого не будет.

– Почему? Думаете, чародеи не поверят, что источник существует на самом деле?

– Чародеи, может и поверят. Дело вовсе не в этом. Воспользоваться его силой нам не даст Теодор Вуур.

– Он в курсе, что под городом находится небесный колодец?

– Разумеется, в курсе. Он знал о нем всегда. Беда в том, что Теодор никому в этом не признается. А если признается, то придумает сотню способов оставить источник на его нынешнем месте. Знаете, почему? Потому что он помогает Алоиру оставаться могущественным и цветущим.

Я удивленно приподняла бровь.

– Алоир поддерживают живущие здесь светлые маги, – возразила ему. – А еще мощные артефакты. Небесный колодец тут не при чем.

– Силы чародеев с каждым годом слабеют, Леонора, – покачал головой Эфлер. – Артефакты же активно используются на протяжении многих столетий. Они давно должны были иссякнуть, однако продолжают работать. Что же их питает, госпожа Сиил? Пески? Или, быть может, горячее солнце? Кстати. Обратите внимание: в других регионах континента тоже есть колдуны и артефакты, но ни один из них не может похвастаться магическим и природным благополучием. Кроме столицы и Алоира. Со столицей все понятно – она накрыта защитным куполом, на страже которого находятся темные и светлые чародеи. У Алоира такого купола нет. Город цветет благодаря Колодцу небесного огня, Леонора. Это он превратил чахлый оазис в сказочный уголок. Сам колодец находится под землей, но он не изолирован от нас до конца – жалкие крохи его потока пробиваются на поверхность. Именно они питают здешнюю землю, воду, растения и людей. Представьте, Леонора, какой силой обладает этот источник, коль слабые отголоски его волшебства способны поддерживать целый город! Если мы поднимем колодец на поверхность, он не только исцелит Даламан, но и увеличит личный ресурс каждого мага. Вот только этого не случится. Теодор Вуур ни за что не согласится поделиться таким могуществом. Поверьте, это не пустые слова. Я несколько раз заговаривал с ним об этом – пытался намекнуть, что реальности могли бы помочь альтернативные магические ресурсы. Но старик постоянно обрывал меня на полуслове и категорически отказывался поддерживать эту тему. Вуур – страшный гордец и печется только о своем благе. Завтра вы увидите это сама.

– Хорошо, – кивнула я. – Допустим, я вам поверила. Каков план ваших действий, Элерон?

– Тот же, о котором я говорил вам в Татеме. Мне нужно, чтобы вы помогли отпереть волшебный тайник. Все остальное я сделаю сам.

Я покачала головой.

– Вы бесстрашный человек, Элерон. И очень легкомысленный. Что, если я расскажу Вууру или главе нашего ковена, что вы не тот, за кого себя выдаете? Что проникли сюда с опасным замыслом и полгода водили за нос местных чародеев? Неужели вы этого не боитесь?

– Не боюсь, – усмехнулся он. – Во-первых, вы этого не сделаете. Для предательства и интриг вы слишком добры и чисты, Леонора. А во-вторых, вам все равно никто не поверит. Величайшие светлые маги – величайшие гордецы. Они привыкли считать себя самыми умными и прозорливыми, поэтому скорее признают вас сумасшедшей, чем поверят, что колдунья из захудалой провинции видит и знает больше, чем они.

А ведь он прав. Снова и снова, тысячу и тысячу раз.

Я отставила в сторону пустую тарелку.

– Сейчас я не могу ничего вам ответить, – честно сказала ему. – Мне надо подумать. И послушать, о чем будут говорить на следующих заседаниях совета.

– Я вас не тороплю, – улыбнулся маг. – Но хочу, чтобы вы понимали: пока господа чародеи ведут беседы, находясь под защитой огненного колодца, Даламан сотрясают землетрясения, цунами и ураганы. Подумайте и об этом, Леонора.

Ужин был окончен. Эфлер расплатился по счету, и мы вышли из ресторана на мостовую. Молча прошли вдоль сверкающих окон и витрин, миновали шумную толпу гуляющих горожан. Сворачивая на соседнюю улицу, я обернулась и еще раз посмотрела на выставку картин. Теперь полотен было гораздо меньше – художники собирались домой и укладывали их в большие короба.

– Вы позволите проводить вас до гостиницы, Леонора? – спросил мой спутник.

Я отрицательно качнула головой.

– Не стоит, господин Лорри. Вы здесь личность известная, и если нас увидят вместе, это наверняка породит волну пересуд.

Эфлер кивнул, а потом взял меня за руку и, склонив голову, коснулся губами моих пальцев.

– Я был рад повидать вас, Леонора, – сказал он. – Искренне надеюсь, что таких встреч у нас будет немало.

Попрощавшись, мы разошлись в разные стороны. Элерон вернулся обратно, а я неторопливо пошла вперед, изредка сверяясь с магической схемой. Шагала и думала о том, что после разговора с магом моя голова кипит еще больше, чем после заседания совета.

Погуляла, ага. Проветрилась.

Этой ночью я наверняка не усну. Буду лежать в постели, смотреть в потолок и думать, думать, думать…

В гостинице у двери номера меня поймала Агриппина.

– Где ты была? – воскликнула она. – Мы ждали тебя весь вечер!

– Прости, Ари, – смущенно пробормотала я. – Я загулялась.

– А ужин?

– Я поужинала. Одна.

– Одна? Так я тебе и поверила, – фыркнула чародейка. – Ладно. Если захочешь, расскажешь все сама. Заходи-ка лучше в комнату. Пять минут назад курьер принес тебе посылку.

– Посылку? – удивилась я. – От кого?

– Мне это тоже интересно, – подмигнула Агриппина.

Я поспешно вошла в номер, зажгла магический огонек – и ахнула. На туалетном столике стоял «Праздник в Алоире» – картина, которой сегодня вечером я любовалась на уличной выставке. Рядом с полотном лежал серый конверт.

Я открыла его и вынула небольшой прямоугольный листок. На нем знакомым угловатым почерком было написано: «Пусть этот город навсегда останется с вами».

Глава 4

Реальность Даламан, 120 лет назад

Второе заседание Большого совета началось в девять часов утра. Главы орденов собирались на него с мрачными заспанными лицами. Некоторые из них этой ночью отдыхали совсем недолго или же вовсе не сомкнули глаз. Судя по едва ощутимому запаху красного алорийского, причиной их бессонницы были не мысли о судьбе многострадального Даламана, а веселые пирушки, устроенные по случаю встречи с коллегами-колдунами, многие из которых, как мы с Агриппиной, являлись однокурсниками или друзьями детства.

К слову сказать, ни я, ни Ари на эти сборища не пошли, устроив вечер воспоминаний прямо в моем номере. Мы выпили бутылку вина, предусмотрительно заказанную подругой в ближайшем ресторане, обсудили службу, общих знакомых, а также рассказы коллег, прозвучавшие днем в Главном святилище.

– Скажи, Ари, слышала ли ты о Колодце небесного огня? – поинтересовалась я в какой-то момент.

– Колодец огня? – переспросила она. – Ты имеешь в виду старую сказку об источнике магической силы?

– Да.