Воскрешение - Николай Андреев

Склонившись к Храброву, японец осторожно толкнул юношу в плечо. Олесь тотчас сел, а в его правой руке сверкнул кинжал. Это не ускользнуло от внимания морсвильца. Парни были явно не дилетанты, а такие ему нравились. Если еще и заплатят прилично, он расскажет им все по полной программе.

— Мне уже пора? — вымолвил русич, поднимаясь.

— Нет, — ответил Аято, — еще пятнадцать минут. Но у меня появился собеседник, и думаю, тебе стоит его послушать.

Храбров взглянул на тасконца и добродушно рассмеялся.

— А я-то думал, откуда такая вонь! Ты хоть раз в жизни мылся?

— Нет, — совершенно не обидевшись, проговорил Сфин, усаживаясь на пол. — Вода в Морсвиле дороже человеческой жизни. Во всей зоне Чистых всего три источника. О каком мытье может идти речь?

Тем временем самурай взял рюкзак Ридле, расстегнул его и вытащил три куска вяленого мяса. Один из них он сразу кинул тасконцу. Тот жадно впился в него своими прогнившими зубами. Несколько секунд оборванец с наслаждением поглощал полученную пищу. От восторга он даже закрыл глаза. Наконец Сфин закончил трапезу, убрал остатки за пазуху и громко произнес:

— Мясо кона. Даже забыл, когда ел его в последний раз. Наверное, в далеком детстве…

— Ну, и хорошо, — кивнул головой Тино. — Получишь все остальное и вдобавок рюкзак и одеяло, если расскажешь о Морсвиле все, что знаешь. Я буду откровенен — нам надо пройти через город и оказаться на его юго-западной окраине.

От удивления у морсвильца даже отвисла челюсть. Он потерял дар речи и около минуты соображал, что ответить. Наконец мужчина пришел в себя.

— Ребята, у вас ничего нет выпить?

— Нет. У экспедиции слишком напряженный график, чтобы мы могли позволить себе расслабиться, — вымолвил Олесь, выглядывая в окно.

Улица была совершенно пустынна.

— С вами все ясно, — развел руками Сфин. — Массовое помешательство. Скажите, какого дьявола вы, вообще, заходили в Морсвил, если собираетесь из него уйти? Небольшая потеря времени вполне могла компенсировать те неприятности, с которыми здесь сталкивается человек. Неужели так трудно было совершить марш по пустыне? Километров десять лишних, не более.

— Ну ладно, поговорим начистоту, — произнес Аято. — За группой гонятся сразу два отряда преследователей. С одной стороны это люди — человек сорок. У нас с ними давняя вражда. С другой — властелины пустыни. В Клоне мы прикончили восемь их воинов, и они решили отомстить. Именно мутанты и загнали группу в город.

По мере рассказа японца, глаза тасконца раскрывались все шире и шире. Тряхнув головой, словно стряхивая наваждение, оборванец проговорил:

— Либо это самая наглая ложь, которую я слышал, либо это чудо. Убить восемь властелинов пустыни просто невозможно. Если, конечно, вас было не сто человек. Тогда какие-то шансы…

— Нас было больше всего на два бойца. Зато таких, каких ты в жизни не видел. И только посмей еще раз заикнуться про ложь, — резко возразил Тино.

— Хорошо, хорошо, я всему верю, — согласился морсвилец, почувствовавший в голосе собеседника угрозу. — Но влипли вы, действительно, здорово. Морсвил неподходящее место для прогулок. Для чужаков бывает трудно пройти живыми и одну зону, а вам надо миновать, как минимум, три. Скажу честно — это почти невозможно.

— Хватить болтать ерунду, — разозлился самурай. — Говори все по порядку. Где что находится, как лучше идти, кого опасаться?

— Приятно встретить умного человека, — ехидно рассмеялся Сфин. — Начну с начала, хотя я, конечно, помнить этого не могу. Двести лет назад наступил конец света. Думаю, описывать его не стоит, вы и сами наслышаны. Морсвилу, по сравнению с другими городами, относительно повезло. Ракета слегка отклонилась от траектории и взорвалась в трех километрах на юго-востоке. Я там был — зрелище ужасное. Само собой, все кварталы, находящиеся поблизости, оказались в зоне поражения ударной волны. Сплошные разрушения. Чем дальше от эпицентра, тем больше зданий уцелело. Однако значительней всего пострадала инфраструктура города: канализация, водоснабжение, электричество. Лет тридцать оставшиеся в живых люди боролись с надвигающимися трудностями. Они еще верили в добро и справедливость, хотели создать колонию. Однако эти бедняги забыли о невидимом враге.

— Радиация, — вставила Салан, проснувшись от громких реплик.

— Совершенно верно, красавица, — подтвердил тасконец. — Повышенный фон делал свое черное дело, и на свет начали появляться мутанты. С каждым годом их становилось все больше и больше. Люди не смогли оценить эту опасность. Ведь среди уродцев были не только убогие индивидуумы, но и злобные, рвущиеся к власти убийцы. Вдобавок ко всему возникли проблемы с пищей, водой и одеждой. Существовать в мире такое общество больше не могло. Начались стычки, сражения, войны. Наиболее порядочные жители на последних транспортных средствах покинул Морсвил. Кто-то ушел на север, кто-то в оазисы, но большая часть — на юг, к океанскому побережью. Говорят, там огромное количество соленой воды, но я не верю. По-моему, это просто красивый вымысел. Как бы там ни было, но в городе остался один сброд. Мелкую группу идеалистов-патриотов истребили довольно быстро. И вот сто лет назад в Морсвиле началась настоящая бойня. Всюду процветал каннибализм. Количество мутантов возросло до неимоверных размеров. Постепенно они начали собираться в группы. Некоторые были столь малочисленны, что рассчитывать на выживание не могли. Из города вновь потекли колонны беженцев. Однако, в отличие от людей, эти атаковали оазисы, истребляя или превращая в рабов их коренных жителей. Именно таким путем и сформировался клан властелинов пустыни. Еще пятьдесят лет назад о них никто не слышал, а теперь эти ублюдки рвутся к власти по всей пустыне Смерти. И надо сказать, не без успеха. Я хорошо помню, как они напали на зоны Чистых и Трехглазых. Вот это были битвы. На улицах лежали сотни трупов. Их не успевали пожирать ни тапсаны, ни мутанты, ни каннибалы. От вони гниющих мертвецов можно было задохнуться. И чем все это кончилось?

— Властелины пустыни ушли обратно в свой оазис, — предположила Линда.

— Снова правильно, — усмехнулся оборванец. — Но с собой они увели сто пятьдесят пленников. Думаю, бедняги уже давно в их желудках. Одним словом, город потерпел сокрушительное поражение. Имея армию в несколько раз больше, лидеры кланов оказались глупы и трусливы. Они предпочли откупиться от мутантов и заключили позорный договор. По нему, властелины пустыни могут в любой момент потребовать в качестве выкупа до сотни рабов. И один раз они это уже сделали. Солдаты клана Чистых отлавливали бродяг вроде меня и отдавали их мутантам. Я тогда отсиделся в нейтральной зоне. Повезло… Итак, это был маленький экскурс в историю. Теперь поговорим о самом Морсвиле. Без ложной скромности могу сказать, что я знаю город просто превосходно. Жизнь меня заставила пересекать почти все зоны. И уж поверьте, это совсем не просто для человека…

— Ты хочешь сказать, что Морсвил искусственно разбит на несколько секторов, в которых правят определенные группы людей? — спросил Храбров.

— Если бы людей… — с горечью вымолвил тасконец.

Он не спеша поднялся со своего места, подошел к Аято и протянул руку к кинжалу. Этот поступок японец воспринял довольно спокойно. Даже тогда, когда клинок лег в кисть морсвильца, Тино не сделал ни одного движения. С восхищением покачав головой, Сфин направился к стене. Несколько неуверенных движений, и на гладком покрытии появился квадрат. Его левый верхний угол мужчина тотчас заштриховал.

— Это город, — пояснил он. — Юго-восточная часть в нем отсутствует. Полные развалины и высокий уровень радиоактивности. Вдоль этих руин находится полоса первой зоны. В ней обитают только мутанты. Ужасные безмозглые твари. Они спариваются, как животные, образуя все новые формы уродцев. Порой в поисках пищи эти образины забредают в другие части Морсвила, но их тут же истребляют. Иногда они уходят в пустыню и чаще всего никогда не возвращаются. Теперь вторая зона. Она находится на востоке и получила название Вампирской. Там живут полу-люди, полу-мутанты. Я уж не знаю, что с ними произошло, но к человеческой крови и мясу эти ублюдки неравнодушны. Лет семь назад мне пришлось зайти в восточный сектор. Так вот, не дай вам бог видеть то, что видел я. Впрочем, мое пребывание у вампиров было недолгим. Они решили, что я сгожусь на ужин, и мне пришлось спасаться бегством. Хорошо хоть рядом находится относительно спокойная зона. Она, если можно так сказать, самая мирная. В ней собрались мутанты с общим отклонением…

— Интересно, с какими? — поинтересовался Олесь.

— О, оно присуще всем на Тасконе. Животные, насекомые… — начал объяснять тасконец, но его прервала аланка.

— Три глаза! — воскликнула девушка.