'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Я сказала Вафику, что считаю это справедливым, но в глубине души знала, что это еще большее лицемерие. Нельзя убивать ребенка и называть это добрым делом, даже если его кровь спасет миллионы. В глубине души я прекрасно понимала, что это неправильно.

Но я носила свое лицемерие как кафтан. Готова была воспользоваться любым оправданием и причиной, чтобы поддержать свое дело. Я ни к чему не привязывалась и позволяла любому ветру нести себя, лишь бы он приближал меня к трону.

Из-за этого я не страдала. Но мне было плохо от того, что я не страдала. Гниль у меня внутри вызывала тошноту, как вонь от мусора на улицах Кандбаджара, проникавшая и во дворец.

Я не могла повернуть назад. Прямой путь был для меня закрыт. Я видела лишь один способ спастись – если все, что я сделала ради власти, в итоге приведет к чему-то хорошему. И я поприветствовала бы этот хороший конец, хотя бы для того, чтобы не чувствовать себя так ужасно из-за всего зла, которое сотворила.

Так я стала бы как Эше.

Вошедший в юрту Гокберк прервал мои размышления.

– Кандбаджар пал, – объявил он.

Это выглядело невозможным. Но Гокберк не стал бы лгать.

Я опустила на стол чашу с соленым чаем и встала.

– Не может этого быть. Мы оставляли пятитысячный гарнизон для защиты двойных стен вокруг города.

Гокберк поднял вверх пять пальцев.

– И только пять сотен выжило.

Я усмехнулась, до того это было нелепо.

– Тогда можно прямо сейчас сдаться.

Двоюродный брат не оценил мою шутку. Он сунул пальцы в рот и свистнул.

Через полог вошел силгизский наездник. Его зубы стучали, а кафтан и халат насквозь вымокли, будто он побывал на дне океана.

– Там были маги, – произнес он. – Один вызвал дождь, и разлились и без того переполненные каналы. Весь город ушел под воду. Потом другой маг вытянул молнии из облаков, как тянут за веревку, чтобы позвонить в колокол. И все сварились в этой воде. Все. Нам повезло оказаться у восточных ворот – мы открыли их и сбежали, другого выхода не было.

– Итак, Жемчужина городов пала из-за скверной погоды.

Я расхохоталась. Но мысленно я рыдала. Колеса моей повозки рассыпались, когда я уже видела финишную черту.

Кандбаджар был моим домом. Он все, за что я сражалась. Жемчужина, которую я хотела отполировать так, чтобы затмила солнце. Кто я без него?

– А Песчаный дворец? – спросила я.

Промокший всадник пожал плечами.

– По-моему, устоял. А вот остальная часть города… там не осталось и камня на камне.

Я издала еще один горький смешок, надеясь, что кто-нибудь скажет, что все это шутка. Но вместо этого вымокший силгиз вышел из юрты, шлепая по ковру сапогами.

По крайней мере, я могу утешаться тем, что враги оказались такими же подлыми, как и я. И даже правоверные маги, гордые защитники латианской веры, убили тысячи невинных верующих лишь для того, чтобы сразить нас, еретиков.

Скорее всего, они скажут, что это моя вина, ведь в городе стояли наши всадники. Мы, лицемеры, всегда находим способ умыть руки.

– Кровавое облако исчезло! – выкрикнул кто-то снаружи. – Я вижу святые горы, четко и ясно!

Значит, кровь бога, принесенная Эше в жертву, сделала свое дело. Он нарисовал узор, скрытый в «Мелодии цветов», кровью ребенка Норы.

Я высунула голову из-за полога.

– Приведите ко мне Селену. Немедленно.

Я обернулась к двоюродному брату, который массировал прогалину в своей бороде.

– Гокберк… ты знаешь, что Бабур воспользуется преимуществом. Исчезновение кровавого облака – как раз подходящий момент. Он атакует. И какова наша стратегия?

– Мы будем драться. А что еще тут можно сделать?

Драться… против магов. Мне нужна Лунара. Только с помощью ее умения соединять звезды я смогу предотвратить наше полное поражение. Но где она, куда ушла? Неужто бросила нас в самый важный момент?

Я щелкнула пальцами.

– Давай попросим о переговорах. Бабур решит, что мы хотим сдаться, и даст нам больше времени.

Гокберк пожал плечами.

– Больше времени для чего?

– Не знаю. Просто сделаем это.

Вошла Селена. Она выглядела очень худой и более розовощекой. Тяготы войны сокрушили всех, однако ее держала на плаву вера. Ее небесно-голубой кафтан с перламутровыми пуговицами напоминал те, что носила Зедра.

– Я слышала про Кандбаджар. – Селена держала руки за спиной. – Мне так жаль, султанша.

У меня не было времени горевать. Нельзя допустить, чтобы потеря дома ослабила мою решимость.

– Возьми сопровождение и поезжай к императору Базилю. Попробуй убедить его впустить нас в Зелтурию, чтобы у нас были защищенные позиции, куда можно отступить, если не справимся с войском Бабура и магами.

– Могу я взять с собой Нору? Она говорит на староцерковном лучше меня.

– Сейчас Нора в неподходящем состоянии духа. Тебе придется стараться самой. – Я вытащила из-за пояса кинжал, и белый клинок сверкнул как жемчужина, поглотившая солнце. – Верни ему это. Скажи, что это оружие спасло мне жизнь.

Благодаря султану Тагкалая в моей юрте хранится еще много Слез. А Кева, очевидно, направится в Зелтурию, хотя я не знала, остались ли они с Базилем врагами. Надеюсь, что да, – тогда Базиль убьет его для меня.

Селена взяла кинжал и спрятала в плаще.

– Исполню все, как ты желаешь, султанша.

Она приложила руку к сердцу и улыбнулась.

Слишком много всего произошло, и слишком быстро. После того как исчезло кровавое облако, Зелтурия требовалась нам как щит. Я сомневалась, что маги направят дождь и молнии на святой город, как поступили с Кандбаджаром. И если Селена убедит Базиля и его воинов впустить нас, мы будем спасены.

Едва Селена и Гокберк ушли исполнять поставленные задачи, из отверстия в потолке на мою лежанку, хлопая крыльями, слетел дронго. Я отвела взгляд, чтобы не смотреть, как Саурва с хрустом и щелканьем переходит к человеческому обличью. Повсюду летели черные перья и исчезали, опускаясь на пол. И скоро в юрте запахло костным мозгом и жилами.

– Взгляни на Зелтурию без повязки, – сказала Саурва, когда ее грудь, шея и лицо обросли кожей. – Возможно, тебе понравится то, что увидишь.

– Зачем?

Лазурные волосы проросли сквозь кожу ее головы и опустились до талии.

– Давай, посмотри.

– Что… прямо сейчас?

Она кивнула, и зрачки превратились в зазубренные спирали.

Я вышла из юрты, повернулась к горам Зелтурии,