Эльфы. Во власти тьмы - Джеймс Баркли

— Я вижу, ты сумел спасти свою шкуру, Хелиас. Молодец.

Хелиас закивал головой в ответ, отчего стал похож на детскую игрушку, настолько униженно и жалко он выглядел в своей благодарности. Ллирон и Силдаан тоже не получили видимых увечий. Просто замечательно. Истормун быстро подошел к Ллирон и сгреб ее за воротник одной рукой, одним плавным движением приподняв ее и оторвав от пола, так что она начала задыхаться.

— Что они попытаются сделать теперь? — требовательно вопросил он.

— Понятия не имею, — прохрипела Ллирон.

Истормун почувствовал, как его охватывает гнев, который придал ему новых сил.

— Верховная жрица Шорта, вот уже два раза подряд меня сбили с ног. Но в третий раз этого не случится. Ты знаешь их. Скажи мне, где они попробуют прорваться, даже невзирая на то, что моя армия взяла в плотное кольцо окружения это смехотворное и нелепое скопище храмов.

— Ты убил их архонта, — сказала Силдаан, вылезая из своего убежища. — За это они убьют тебя. Но не сегодня. Сегодня ночью они попробуют освободить тех, кто, как сообщил им Хитуур, должен умереть.

— У них нет ни единого шанса. Их самих осталась лишь жалкая горстка.

— Ты не знаешь их. Ты даже не представляешь силу их веры. Ты понятия не имеешь о том, насколько они быстры и искусны. Они не станут пытаться победить тебя. Сегодня ночью, во всяком случае. Но они доставят тебе массу хлопот. Это я тебе обещаю.

Истормун отпустил Ллирон, и Верховная жрица мешком свалилась на пол, благодарно хватая воздух широко открытым ртом. Колдун угрожающе навис над Силдаан, которая, как он ясно видел, еще сохранила остатки мужества. Но у него еще будет масса времени лишить ее последних иллюзий.

— Ты чересчур щедро раздаешь обещания, Силдаан. Но это очень мило с твоей стороны, что ты сочла возможным поделиться со мной своей уверенностью. Я тоже умею быть благодарным. — Истормун щелкнул пальцами, и его помощник, маг невеликих способностей, подбежал к своему повелителю. — У нас все готово?

Маг сверился со свитком пергамента, который сжимал в руках.

— Да, милорд. Иксийцы, гиалане, орраны, сефане и установленные буйные туали находятся под надежной охраной и в надлежащих местах. Их содержат в музее, двух самых больших амбарах, на рыночной площади к северу от центра города и во дворе, обнесенном стеной, перед особняком Ллирон. Никто из вышеупомянутых эльфов не сможет выбраться оттуда. Мы ждем только вашего распоряжения.

— В таком случае я отдаю его, — сказал Истормун и повернулся к Силдаан. — Видишь, как легко и просто все получилось.

— Что получилось?

Истормун вздохнул с деланым сожалением.

— А я полагал, что ты умнее прочих представителей своей расы. Меня заверил в этом Гаран, но, очевидно, я допустил ошибку, прислушавшись к его мнению. У меня нет достаточного количества солдат, чтобы поработить всю твою расу. Но для того чтобы собирать и получать нужные мне ресурсы, твой народ целиком, откровенно говоря, мне и не нужен. А также у меня нет ни сил, ни желания держать эльфов взаперти и под охраной. Это очень дорого. Да и жестоко, ты не находишь, держать под замком создания, которые так желают свободы, а?

— Я тебя не понимаю, — сказала Силдаан.

— То, что мне не нужно, я выбрасываю за ненадобностью. Только так можно добиться максимальной эффективности, максимальной выгоды и исключить раздор и вражду. — Истормун с улыбкой смотрел, как посерело и осунулось лицо Силдаан. — Ага, вижу, ты начинаешь понимать. И, поскольку я не намерен рисковать своими мечниками, которые могут пострадать в ходе этого процесса, то поручил своим исключительно талантливым и изобретательным помощникам провести процедуру чисто и быстро. Они могут сделать это с безопасного расстояния. И безболезненно, так что я рад случаю лишний раз проявить милосердие.

Силдаан побледнела так, что на нее было страшно смотреть. По щекам ее потекли слезы, и она захлебнулась словами. Стоявшая рядом Ллирон была настолько потрясена, что не могла говорить вообще.

— Прошу вас, милорд. Вы заключили под стражу тридцать тысяч — iad, ula и детей. Они ни в чем не виноваты.

— Ни один эльф не может считаться невиновным, — провозгласил Истормун и обернулся к своему магу. — Их действительно тридцать тысяч?

— Пожалуй, да, милорд.

Истормун выразительно приподнял брови.

— Вот как? Что ж, Силдаан, какое счастье, что ваш лес так велик — вы сможете похоронить в нем всех.

ТайГетен рассредоточились по всей ширине Тропы Инисса и изо всех сил устремились навстречу армии людей. Графирр и Меррат оказались в самом сердце наступательного порыва. Они отдавали приказы. Их боль и страсть отдавались в каждом слове. И ТайГетен откликнулись, на бегу скандируя погребальную песнь, слова которой эхом отражались от немой стены нервничающих и напряженных солдат.

Такаар бежал слева от них. С боков его прикрывали Ауум и Марак. Он чувствовал каждого из своих собратьев так, словно прикасался к ним. Их энергию, их веру и их решимость. Их яростное желание очиститься и отомстить. Шеренги людей впереди остановились. Они выстроились по сорок человек в ряд, оставив свободные места между собой, чтобы не задеть друг друга своими двуручными мечами и щитами.

За передовыми шеренгами солдат стояли маги и метали заклинания. Коричневые и зеленые сгустки огня взлетали в ночное небо, устремляясь к площади. Маги подняли головы, чтобы полюбоваться на дело рук своих, и оказались лицом к лицу с набегающими ТайГетен. Коротко прозвучали приказы. Сосредотачиваясь, маги вновь уронили головы на грудь.

Двадцать ярдов до столкновения.

— Полумесяцы! — выкрикнул Графирр. Воины выхватили из мешочков метательные звездочки. — Огонь!

Такаар смотрел, как летучая смерть в мгновение ока пересекла разделяющее их пространство. Солдаты выставили щиты. Подняли мечи. Врагов охватил страх. Метательный полумесяц Такаара попал в щеку выбранному им противнику, когда тот присел, пытаясь увернуться. Остальные звездочки с глухим стуком вонзались в щиты, со звоном отскакивали от клинков, рикошетировали от стен или впивались в тела тех, кто стоял позади. Большая часть все-таки нашла своих жертв, насквозь пробивая кожаные доспехи.

— Полумесяцы! — вновь крикнул Графирр. — Огонь!

По шеренгам людей прокатился очередной приказ. Мечники опустились на колени. Многие ничком бросались на землю, прекрасно понимая, что сейчас произойдет. Маги подняли головы и изготовились. Метательные полумесяцы засвистели в воздухе. Страшные лезвия врубались в руки, головы и туловища. Маги закричали от боли. Заклинания окрасились темным цветом, в самый критический момент выходя из-под власти магов. Лед и пламень обрушились на ряды людей.

Десять ярдов. Дистанция сокращалась стремительно. Но те маги, кто сумел сохранить спокойствие и ясную голову, метнули заклинания.

— В стороны! Бейте по готовности!

Облака льда рванулись навстречу ТайГетен на крыльях жуткого холодного ветра. Языки пламени срывались с рук магов, даже когда метательные полумесяцы опрокидывали их на землю. Такаар увидел, как летят к ним заклинания, и ощутил миг умиротворения, смешанный с тошнотой, которая, правда, ослабела после прикосновения рук Истормуна. Грохот и шум в ушах стих, и силы, бушующие вокруг, скорее ласкали, а не терзали его. Это состояние было ему знакомо. Последний раз он испытывал его в бою с гаронинами, и сейчас мастер вновь наслаждался им сполна.

В той сплошной массе льда, что летела на него, Такаар различал отдельные осколки. Он видел, как играют на их острых гранях маслянистые желтые отсветы факелов. Видел, как они вращаются и переворачиваются в воздухе. Обманчиво прекрасные. Такаар подпрыгнул, оттолкнувшись левой ногой, и стрелой взмыл ввысь, вытянув руки перед собой. Уже в полете он выпрямился и прижал их к бокам.

Лед с ревом промчался под ним. Он почувствовал, как его осколки цепляются за куртку и вгрызаются в каблуки сапог. Волна холодного воздуха, пришедшая следом, едва не заставила его задохнуться. Но для того, чтобы разминуться с ледяным облаком, ему потребовался всего один удар сердца. Теперь под ним были уже враги. Никто из них даже не подозревал о том, что их ждет. Окровавленные тела, жертвы метательных полумесяцев, еще корчились на земле в агонии вместе с теми, кого настигли заклинания их собственных магов.

Такаар поджал ноги и обрушился сверху на плечи стоящего солдата, оседлав его. Он выбросил руку с вытянутыми и напряженными пальцами, перебив ему дыхательное горло, и выпрямился. Враги были повсюду. ТайГетен, прокатившиеся по земле под заклинаниями, вскакивали на ноги. Те же, кто предпочел перепрыгнуть их, приземлялись один за другим.

— Прорываемся вперед! Прикрывайте спину! — выкрикнула Меррат. — Тай, за мной!