Вселенная Онлайн - Влад Лей

примеру, самыми скромными атакующими способностями обладал как раз тот же истребитель, однако эскадрилья могла доставить неприятности эсминцу. Эсминец, в свою очередь специализирующийся на внезапных торпедных атаках, старался найти цели покрупнее, такие, как линкоры или носители истребителей. Десяти торпед хватало, чтобы уничтожить эти туши, пары было достаточно, чтобы серьезно их повредить.

В то же время уже эти туши с легкостью били туши поменьше: крейсеры или специальные корабли – мониторы, рейдеры, крейсера прорыва или ударные крейсера. Специальные корабли в свою очередь прекрасно справлялись с кораблями среднего класса – фрегатами, но были бессильны против обычных крейсеров. А вот фрегаты, за счет своей высокой маневренности, скорострельности (правда, и маломощности) вооружения, были способны с легкостью расправиться с истребителями. Так, один фрегат мог расправиться с эскадрильей истребителей.

Это штатные ситуации. Но если взять нестандартные, которые часто возникали в бою, то выходила совсем иная картина. В большинстве случаев фрегат должен был уничтожить эсминец, но если тот умудрялся точно положить торпеду, то фрегат просто исчезал из этой реальности. Те же фрегаты, сбившись в большую стаю, могли неплохо навалить крейсеру, а поодиночке гибли бы, как тараканы под тапком. Крейсер не сможет выстоять перед линкором, однако крейсер прорыва или ударный крейсер под прикрытием Москитного флота или с парой эсминцев уже легко бы положил самый навороченный линкор.

Иногда играла важную роль и дистанция. Скажем, на близкой эсминец и крейсер не соперники – крейсер выйдет победителем. Однако на дальней эсминец мог развалить крейсер торпедами, если, конечно, тот не сможет увернуться. Примеров можно приводить неимоверно много, однако просчитать все варианты, когда играет роль и дистанция, и состав вражеского флота, и количество судов в его составе, тип судов, имеющихся в распоряжении самого флотоводца, не мог ни один, даже самый мощный искин.

Тем более стоит учитывать и всевозможные модификации, которые проводили над своими кораблями игроки. Из ярких примеров – транспортник, весь покрытый броней, вооруженный мощными, но применяемых на короткой дистанции пушками. Эта туша вваливалась во вражеские ряды и вносила такой хаос, что любое построение рушилось. Уничтожение или сильные повреждения корабля владельцу были нипочем – стоимость старого транспортника и листовой брони для него, как и дешевизна таких пушек, с легкостью покрывалась самым скромным гонораром.

А вот награды за нанесенный урон таким уродцем были щедрыми. Еще один пример – это буксир с платформой, на которую устанавливали тяжелую мортиру стандарта орбитальной крепости. Эта дура с легкостью могла вывести из строя линкор, жаль только, что выстрел у нее был всего один, максимум два. Генераторы стоили дорого, поэтому пушку накачивали энергией на базе и бегом бросали в бой.

Истребители-камикадзе под управлением дроидов, крейсера, вооруженные мощными, но медленными туннельными пушками, способными сделать точный, мощный, но единственный выстрел за всю битву. Правда, они способны достать противника даже на другой стороне системы. Примеров много, и человеческой изобретательности нет предела.

Однако Рамон выгодно отличался на фоне остальных кадетов тем, что умудрялся импровизировать на ходу. Причем делал это весьма виртуозно.

Первый же бой на симуляторе проявил его таланты.

Перед всеми кадетами ставилась задача уничтожить противника силами одной эскадрильи. В роли противника выступал эсминец. Поражением считалось достижение этим эсминцем некоей точки, где он скидывал свои торпеды по дружественному игрокам кораблю. Не успел вовремя уничтожить эсминец или остановить его – проиграл.

Два десятка кадетов по очереди летели на всех парах к врагу, расстреливали весь арсенал, и им засчитывалась победа после того, как эсминец исчезал в огненном шаре взрыва.

Кураторы изгалялись над студентами – у кого-то отказывало оружие на одной из машин, у кого-то взрывался дроид во время атаки. Однако все действовали идентично. Первое – решить свою проблему, появись она. Второе – долететь на ближнюю дистанцию к эсминцу. Третье – расстреливать его до потери пульса, вернее, пока он не рванет.

Из всей группы на этом этапе исключили пятерых – они просто не смогли взорвать эсминец, что было просто невероятным. Один умудрился уничтожить врагу двигатели, но эсминец выпустил торпеды, долетев до условной точки по инерции. Еще двое расстреляли эсминец, однако их выстрелы пришлись на броню и не нанесли значительного урона, поэтому неудачники просто наблюдали, как эсминец вышел на финишный рубеж и пустил торпеду, при этом сами ничего не могли сделать – боезапас они бездарно истратили. Еще один также опорожнил свой боезапас, но решил пойти на таран, и так выполнить задачу. Может, ему и засчитали бы этот тест, если бы его тактика принесла результат – этот же баран просто разбил истребитель об эсминец, и тот даже не сбавил скорость, не сбился с курса.

Наконец, пятый неудачник умудрился разнервничаться так, что потерял управление над дроидами и собственным истребителем, что само по себе было провалом.

Короче, эту пятерку просто вышвырнули, разорвав с ними контракты. Остальные прошли отбор. Сам Рамон тогда и получил свои нашивки старшего кадета.

Когда он вошел в симулятор, инструктор объявил, что системы радиоэлектронной борьбы противника смогли взять под контроль один из дроидов его звена. Поэтому Рамон потратил немало времени на то, чтобы поймать и прищучить своего ренегата. Далее его настроение резко ушло вниз – он уже потратил немалую часть боезапаса, лишился одной единицы в крыле и при этом даже не приступил к выполнению основной задачи.

Но он все же отправился к эсминцу. Он умудрился повредить двигатели эсминца, вывести из строя все его защитное оружие и даже генератор щита, однако пробить обшивку не смог. Времени было мало, а боезапаса еще меньше. И когда эсминец бросил торпеду на свою виртуальную цель, Рамон сделал то, что было единственно возможным и верным: он расстрелял торпеду – ее взрыв уничтожил и эсминец.

Инструкторы тут же присудили Рамону победу, и по начисленным виртуальным очкам стало понятно, что именно он – лучший на курсе. Ведь на всю группу он единственный уничтожил двух противников и торпеду. Хотя были и споры – некоторые кадеты кричали, что Рамон нарушил правила, ведь эсминец вышел на линию атаки, а это провал. Но инструктора посчитали иначе.

Далее последовали тренировки по тактике и стратегии. Первая включала в себя умение управлять малыми группами, курсантов учили правильно маневрировать, использовать особенности своих кораблей, учили, как заставить корабли действовать единой группой, чтобы они дополняли друг друга, при этом закрывая огрехи и минусы отдельных кораблей. В стратегию включили маневрирование и битву флотов, основы построения строя, действия крупных соединений.

Там тренировки проходили уже на гораздо более серьезном уровне, и