Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

шевельнулось в памяти Мэта. Что-то о человеке, встреченном в горах. Он присмотрелся к затянутой ночным сумраком фигуре, стараясь уяснить покрой и цвета одежды – все казалось тенью, оттенки лучше некуда сливались с темнотой, не позволяя различить и очертаний человека. Мэт ощупал взором нож с длинным лезвием, висящий у пояса парня, скользнул взглядом вверх к темной повязке на лице. Лицо под черной повязкой. Черная вуаль!

Айилец! Чтоб мне сгореть, а что растреклятые айильцы тут делают? Внутри у него все куда-то ухнуло – он припомнил слышанные как-то слова, что черные повязки-вуали на лица айильцы натягивали, когда готовились убивать.

— Да, – сказал мужской голос, – мы – айил. Мэт вздрогнул. Он и не заметил, как произнес вслух свою догадку.

— Для того, кого застали врасплох, ты танцуешь хорошо, – раздался молодой женский голос. Мэту показалось, что принадлежит голос тому из айильцев, кто стоял на его руке. – Может, выдастся день, и я найду время потанцевать с тобой как следует.

Мэт собрался было улыбнуться – Если она желает потанцевать, то вряд ли меня убьют прямо сейчас! – а потом нахмурился: у него мелькнуло некое смутное воспоминание, что порой айильцы, говоря о танце, имеют в виду нечто совсем другое.

Копья убрали, несколько рук рывком поставили Мэта на ноги. Он повел плечами, высвободился и отряхнулся, как будто стоял в общем зале, а не посреди ночи на крыше в компании с четырьмя айильцами. Всегда окупается, если дашь понять, что у тебя крепкие нервы. Рядом с ножами на поясе у айильцев Мэт заметил и колчаны, а за спинами у них вместе с луками в чехлах торчало еще больше дротиков, длинные наконечники копий хищно выглядывали из-за плеч. Он поймал себя на том, что принялся тихо напевать "Я упал на дно колодца", и тут же оборвал мотив.

— Что ты здесь делаешь? – спросил мужчина. Из-за этих вуалей Мэт не был до конца уверен, кто из четверых говорит. Решительный, привыкший командовать голос явно принадлежал человеку в годах, много повидавшему. Мэту показалось, что женщину, по крайней мере, он сумел определить – она одна была ниже его ростом, правда, ненамного. Остальные были на голову, а то и больше, выше юноши. Вот проклятые айильцы, подумал он.

— Мы следили за тобой, – продолжил мужчина постарше. – Следили, как ты рассматривал Твердыню. Ты ее со всех сторон разглядывал. Зачем?

— О том же я хотел бы спросить вас всех, – раздался другой голос.

Мэт единственный вздрогнул, когда из темноты шагнул мужчина в мешковатых штанах. Судя по всему, незнакомец, дабы увереннее ступать по черепице крыш, ходил босиком.

— Я предполагал найти воров, а не айильцев, – продолжил мужчина, – но не думайте, что, раз вас так много, я испугаюсь. – Он крутанул тонкий шест, длиной с человеческий рост, и тот с тихим шорохом образовал в ночи светлое пятно. – Мое имя Джуилин Сандар. Я – ловец воров, и я хотел бы знать, что вы делаете на крышах, разглядывая Твердыню?

Мэт замотал головой. Проклятье, да сколько же сегодня ночью народу на крыши повылазило? Не хватало только одного – чтобы тут появился Том и заиграл на арфе, а то еще какой-нибудь праздношатающийся гуляка, вывернув из-за трубы, поинтересуется, не укажет ли ему почтенное общество гостиницу или таверну поприличней. Вот проклятый охотник на воров! И еще Мэта удивило, что айильцы стоят как стояли, даже не пошевелились.

— Для горожанина красться ты умеешь неплохо, – снова раздался голос мужчины постарше. – Но почему ты нас выслеживаешь? Мы ничего не украли. И почему сегодня ночью ты сам так часто посматриваешь на Твердыню?

Даже в лунном свете было очевидно удивление того, кто назвался Сандаром. Он вздрогнул, открыл рот – и закрыл его снова, когда из мглы у него за спиной появились еще четыре айильца. Вздохнув, он оперся на тонкий посох.

— Похоже, меня самого поймали, – пробормотал он. – Видно, придется мне отвечать на ваши вопросы. – Сандар глянул в сторону Твердыни, затем покачал головой. – Сегодня… я сделал одну вещь, которая… не дает мне покоя. – Он говорил будто сам с собой, пытаясь понять что-то свое. – Одна моя половина говорит, что все сделанное мною правильно, что я должен был подчиниться. Да, конечно, когда я это делал, оно казалось правильным. Но какой-то голос твердит мне, что я… предал кое-что. Я уверен, этот голос ошибается, к тому же он очень слаб, но он все донимает меня. – И Сандар, качая головой, умолк.

Один из айильцев кивнул и заговорил. Этот голос Мэт уже слышал.

— Я – Руарк, из септа Девять Долин, из Таардад Айил. Когда– то я был Аэтан Дор, Красным Щитом. Красные Щиты порой занимаются тем же, что и ваши ловцы воров. Я говорю это, чтобы ты понял: мне известно, каково твое ремесло и что ты за человек. Я не желаю зла ни тебе, Джуилин Сандар, ловец воров, ни людям твоего города, но крикнуть тревогу тебе не позволят. Будешь молчать – останешься в живых, иначе – нет.

— Ты говоришь, что не желаешь причинять зла городу, – медленно проговорил Сандар. – Тогда почему вы здесь?

— Твердыня. – По тону Руарка стало совершенно ясно: он сказал все, что намеревался, и только, ни словом больше.

Помедлив, Сандар кивнул и пробормотал:

— Мне остается только желать, чтобы у вас, Руарк, была сила повредить Твердыне. Я буду держать язык за зубами.

Руарк повернул лицо в вуали к Мэту:

— А ты, безымянный юноша? Не скажешь ли мне, почему ты так пристально наблюдал за Твердыней?

— Мне просто вздумалось прогуляться при луне, – беспечно произнес Мэт.

Молодая женщина вновь приставила острие своего копья ему к горлу, и он, постарался не сглотнуть. Ну, наверное, можно им кое о чем сказать. Нельзя показывать, как он ошеломлен: если позволить другому узнать о твоем состоянии, то, считай, ты потерял все преимущество, которое мог бы получить. Очень аккуратно, двумя пальцами, Мэт отвел в сторону стальной наконечник дротика. Ему показалось, что женщина тихо рассмеялась.

— Мои друзья – в Твердыне, – сказал Мэт, стараясь говорить небрежным тоном. – Как пленники. Я собираюсь их вызволить.

— В одиночку, безымянный? – спросил Руарк.

— А что, тут еще кто-то есть? – сухо осведомился Мэт. – Вы же, конечно, мне помочь не захотите? Кажется, вас самих Твердыня интересует. Если вы хотите туда проникнуть, может, пойдем вместе? С какой стороны ни глянь, бросок трудный, но удача