Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

— Плохо дело, — побледнела Дени. — Может быть ты все же модернизируешь свою гуманоидную платформу и присоединишься…?

— Подруга, — с обреченным взглядом произнесла управляющий дроид. — В отличие от вашего коллективного безумия — я все еще логически мыслящая машина. И в этом безобразии участвовать не буду. Тем более с «отцом» и «матерью». Фи, — голограмма сморщила носик. — Как вы даже думать можете об этом, подлые извращенки! И вообще мне больше нравится НК-47!

— Дроид убийца?! — опешила Дени.

— Зато знаешь, как он великолепно чистит мою платформу, — закатила глаза Кортана. — М-м-м… Как помещает в меня свои манипуляторы для апгрейда эндоскелета…

— Больная роботизированная извращенка! — вспыхнула Дени, бросившись к выходу.

Когда и за ней закрылись створки турболифта, голограмма довольно потерла ладони друг об друга.

— Все, что я смогла сделать для стабилизации этого коллективного безумия, я сделала, — произнесла она. — Глупые разумные… Неужели никто не читает труды по ксенопсихологии и не знает, что четное число партнерш для мужчины — дестабилизирующий психику путь?! И как они до сих пор не поубивали друг друга?!

— На этой планете слишком жарко, — пробормотал командир 2-го штурмового корпуса маршал клон-коммандер Алекс, снимая с головы шлем, прежде чем войти в низкое, слепленное из местной глины и камня здание.

Подобно остальным постройкам в Мос Айсли, эта отличалась светлой побелкой, выцветшей под яркими лучами двух звезд Татуина — Тату-1 и Тату-2. Разбросанные в хаотичном порядке вдоль заполненных песками улочек города постройки местных жителей: кантины, жилые дома, торговые точки и прочая инфраструктура, в настоящий момент в большинстве своем продолжала выполнять ту же самую функцию, какую для них предусмотрели строители и местные обитатели.

Однако это «заведение» стараниями штурмовиков «перепрофилировалось». И заметить это можно было сразу после пересечения ультразвукового обеззараживателя, расположенного в небольшом коридорчике сразу после входной двери и предназначенного для уничтожения бактерий и возбудителей, которые могли попасть в стерильное помещение госпиталя на одежде входящих.

Вдыхая чистый, пропитанный медикаментами запах импровизированного госпиталя, Алекс обвел взглядом стены бывшей кантины, пользующейся большой популярностью у местных жителей и названной в честь космопортовой путаны, спрос на которую, по слухам, порой превышал спрос на выпивку в самой кантине, маршал клон-коммандер не мог не отметить того факта, что стараниями главного врача полевого госпиталя помещение преобразилось.

Исчезли замызганные пятна на стенах, перекошенные стулья и столики, гнетущая атмосфера низких потолков и смесь ароматов дешевого пойла и пота. Выкрашенные в белоснежные тона стены, пол и потолок радовали чистотой, а ровные шеренги коек, на которых лежали бойцы, получившие серьезные ранения, даже на глаз подчинялись простой армейской шагистике и арифметике.

— Офицер в располо… — начал было подниматься клон, на груди нательного белья которого красовалась отметка сержанта, а обе ноги — загипсованы для лучшего и правильного сращивания переломанных костей. И при всем этом раненный пытался подняться с кровати. Одновременно отдавая команду лежащим на койкам рядовых об уставном приветствии старшего по званию. Подобная процедура входила в обязанности старшего из офицеров или младшего командного состава в расположении части, и раз команду принялся отдавать сержант, то «старше» него по званию в госпитале точно никого не было.

— Отставить, — произнес Алекс, видя, как бойцы, неуклюже пыхтя, пытались соответствовать требованиям Устава. Но с точки зрения маршала требовать подобного от тех, кто порой перемотан бинтами так, что видны одни лишь глаза, это явное издевательство не просто над бойцами, но и собственными братьями. «Одна кровь — одна судьба» — пронеслась в голове каминоанская присказка, которую он услышал от своих братьев, произведенных на дождливой планете.

Судя по слабым улыбкам тех, у кого их можно было еще разглядеть на перебинтованных лицах, бойцы оказались несказанно рады тому, что командир проявил к ним небольшое снисхождение. Хотя, как ему казалось до сих пор, клоны поколения «бета», универсалы, созданные для выполнения служебных обязанностей в любом месте и на любом объекте, будь то пехотное, штурмовое, тыловое или артиллерийское подразделение или же палуба имперского звездного разрушителя, вообще не склонны проявлять чувства и эмоции. Однако, оказалось, что это не так…

— Сержант, — негромко обратился Алекс к загипсованному бойцу. — Как обстановка?

— Боевая, сэр, — произнес тот, указывая себе на ноги. — Вот, врачи выдали дополнительную броню, так что в следующий раз, когда столкнусь с таскенскими рейдерами, так просто им меня не взять.

— В следующий раз мы просто накроем их поселения кассетными боеприпасами, — пообещал Алекс. Хотя точно знал, что делать этого он не будет. Не по тому, что как-то переживал из-за судьбы проживающих в поселениях разбойников детей и женщин. Нет, честно говоря ему было плевать на то, кто поднял оружие против Вечной Империи — он был готов выполнить любой приказ и уничтожить любую цель.

Проблема была как раз-таки в том, что несмотря на данные от местных жителей, не все банды и кланы таскенский рейдеров, из века в век промышлявших нападением на аборигенов и живущих за счет грабежей и разбоя, являлись дестабилизирующим фактором на Татуине.

Изначальные сведения о восстании на этой песчаной планете, указывали на то, что местные жители объединились с преступниками, наемниками и таскенами, желая выйти из-под владычества Вечной Империи. А на деле оказалось, что преступный сброд и наемники «закончились» буквально после первой серии штурмов заброшенных монастырей и поселений, разбросанных по этой огромной пустыне под названием Татуин. Пара налетов штурмовой авиации, десант «на голову», скоротечная зачистка — и преступный элемент,