Последние узы смерти - Брайан Стейвли

– Я бы рада обойтись своими силами, – возразила наконец Гвенна, – но не выйдет. План требует больше народу.

– Придумай другой план.

– Не так это просто, Анник.

– Пусть не просто, лишь бы сработал.

– И не сработает, если мы пойдем втроем, – пробурчала Гвенна.

Талал медленно кивнул:

– Даже если мы возьмем по птице каждый – а когда кто из нас в последний раз правил птицей? – окажемся слишком легкой добычей для погони. У них будут снайперы на когтях, а у нас нет.

– Значит, не берем птиц, – сказала Анник. – Займемся Ралленом и его солдатами.

– Втроем против всех? – вытаращила глаза Гвенна.

– Почему бы и нет?

– Потому что трое против сорока – хреновый расклад.

– Зато эти не будут путаться под ногами. – Анник подбородком указала на фигуры у огня. – У Раллена тоже не кеттрал.

Гвенна колебалась. Лучница была права. Сам Раллен, пусть он даже и лич, все равно неповоротливый мешок сала. Численное превосходство за ним, но, по рассказу мятежников, Раллен нагреб своих ублюдков из того же отсева, что эти недоделанные солдатики в пещере.

– Те же, да не те, – напомнил Талал. – Раллен своих людей тщательно подбирал. Не забывай, он отвечал за кадет. Знает каждого. Ведь не случайно здесь не оказалось ни одного лича. И почти нет пилотов. Он знал, кто ему нужен, кто согласится за него воевать и кто умеет воевать. Что еще хуже, когда дошло до резни, он первыми перебил самых опасных противников. Лучшие бойцы либо на его стороне, либо погибли на Карше. А здесь…

Он запнулся, должно быть задумавшись, как деликатнее высказать неприятную правду:

– Огрызки.

– И я об этом, – невозмутимо проговорила Анник. – Эти остались в живых благодаря своей никудышности, а не вопреки.

Она впервые перевела взгляд на Гвенну – голубые глаза как льдинки.

– А ты собираешься драться с ними плечом к плечу.

Гвенна хотела возразить, но прикусила язык. Отплывая на Острова, она не надеялась там кого-то найти и уж тем более – найти сторонников. Нет, после первой же встречи с Каденом она рассчитывала только на свое крыло, думала справиться с тем, что встретит на Островах, без помощи и без поддержки.

– Так в чем же дело? – проворчала она себе под нос.

А дело было в том, что на месте задача… разрослась. Гвенна не заметила, когда (может, пока она тащилась по волнам или лежала в прибрежных зарослях) от задачи захватить и увести одну птицу она перешла к чему-то большему. Гнездо погибло, погубило само себя, но на Островах осталось целых семь птиц и прошедшие выучку у кеттрал мужчины и женщины, желающие сражаться, а значит, с кеттрал еще не кончено. По крайней мере, не совсем. Пока не совсем. Гвенна решилась.

– Без них никак. Для успешной атаки на Раллена нужно больше людей. – Она помолчала, подбирая слова. – И после тоже.

Темные глаза Талала строго смотрели на нее.

– Они – какие есть и другими не станут, Гвенна, – сказал он.

– Знаю… – Она пожевала губу. – Я знаю.

– Неудачники, – равнодушно бросила Анник. – Они провалились.

Гвенна покачала головой, припомнив неутомимость Быстрого Джака в долгом плавании с Ирска на Скарн, припомнив бестолковую отвагу Кворы – одной на крыльце перед Черной стражей Раллена.

– Просто мне думается, они еще не конченые.

Через три дня, потраченных на то, чтобы чему-то научить пестрое сборище мятежников, Гвенна заподозрила, что Анник права. Она приступала к делу с немалым оптимизмом. Каждый из скрывавшихся в Дыре прошел хоть какую-то выучку, а несколько – таких набралось целое крыло – отсеялись только на Пробе. Теоретически эти были подготовлены не хуже Гвенны.

Беда в том, что с тех пор минули годы, а у некоторых и десятилетия. Быстрый Джак был из младших, а ведь и он шестью годами старше Гвенны. Половине ее команды с виду шел четвертый десяток, а одной, Делке, перевалило за пятьдесят. Эта выглядела вполне подтянутой; кажется, имела обыкновение бегать по ровной береговой линии Арима, но ни клинка, ни лука не держала в руках больше тридцати лет. Инструкторы кеттрал умели счистить ржавчину с полузабытых навыков, но инструкторов не осталось, а Гвенна, прорабатывая все с самых азов, с трудом скрывала раздражение и отчаяние.

– Верхняя защита у тебя слишком высокая, – сказала она, отбивая в сторону клинок Делки.

Та кивнула, поправила стойку и робко попробовала атаковать. Ее волосы – черные с серебром кудри, перевязанные кожаным шнурком, – растрепались и падали на глаза. Гвенна сместилась, ушла от выпада, не дав себе труда его парировать. Делка выправилась и снова сделала выпад, свободной рукой смахнула волосы, выровнялась после промаха и снова пошла в атаку. Гвенна шагнула в сторону.

– Не предупреждай об атаке, – буркнула она.

Немолодая женщина тихо выругалась:

– А я что, предупреждаю?

От сведенных бровей и прищуренных глаз морщины на ее лице стали еще заметнее.

– Да десять раз подряд, – кивнула Гвенна. – Ты смотришь туда, куда собираешься ударить. Усиливаешь хватку и выгибаешь спину перед выпадом. Каждый раз переступаешь левой ногой, а когда…

Она перешла от слов к делу: отмахнулась от клинка Делки, плавно шагнула к ней и врезала кулаком в живот. Женщина сложилась вдвое, со стоном отшатнулась, подняла руку, показывая, что сдается. За это Гвенна дала ей еще и в челюсть, а потом снова в живот, и только тогда ученица слепо отмахнулась мечом. Дерьмовая атака, но все же атака.

– Не бросай боя, – сказала Гвенна. – Никогда.

Делка закашлялась, хватая ртом воздух, но меч в этот раз не опустила и изобразила что-то похожее на верхнюю защиту. Гвенна замедленно прокрутила пару стандартных приемов – их Делка сумела отбить.

– У тебя какая была специальность? – спросила Гвенна. – В кадетах?

– Пилот. – Она покачала головой. – Теперь никто не поверит, а тридцать лет назад я и фехтовала неплохо.

– Почему бросила?

Делка отшагнула, увеличив дистанцию, и улыбнулась. Гвенне захотелось зарыться носом в ее ладони, такая эта улыбка была материнская, мягкая и всепрощающая. Трудно было вообразить Делку потрошащей рыбу – тем более вскрывающей мечом человека.

– Наверное, я просто… устала, – отозвалась женщина, рассеянно глядя вдаль.

– Понятно, устала, – буркнула Гвенна. – Нас