Дары ледяного неба - Проскурин Геннадьевич

– Нет, – ответила Зорька. – Мы обсуждаем не это. То, что твоя личность раздвоена, видно любому.

– Я не безумец! – воскликнул Роланд. – Я действительно исполняю волю Джа!

Этот вопль был встречен молчанием. Роланд немного подумал и сказал:

– Сдается мне, есть только один способ узнать, кто из нас прав. Дейкстра, дай мне меч.

Дейкстра дернулся было навстречу королю, но остановил движение. Зорька многозначительно взмахнула хвостом.

– Тогда убей меня, Дейкстра, – неожиданно сказал Роланд. – Если вы с Зорькой правы и я действительно безумен, ты легко это сделаешь. Без помощи Джа я не смогу противостоять небесному мечу. А если я прав, то пусть Джа меня защитит и тем самым разрешит наш спор. Я постараюсь не рассекать твое семя, оно еще пригодится племени.

– А почему Дейкстра? – спросила Зорька. – Давай лучше я попробую тебя убить, а Джа попробует тебя защитить, и посмотрим, что у кого получится.

Ахмед испуганно вздрогнул. Зорька заметила его жест, хихикнула и сказала:

– Ты зря пугаешься. Вряд ли творцу вселенной есть дело до того, что говорит ничтожная женщина-акула.

Роланд немного помолчал, собираясь с духом, а затем сказал:

– Что ж, убивай. Посмотрим, что из этого выйдет.

Зорька взмахнула хвостом, но на этот раз Роланд был готов к атаке. Быстрым прыжком он укрылся за большим камнем и обхватил его всеми восемью руками. Тугая волна накатила, попыталась оторвать тело Роланда от камня, закрутить и унести прочь, но бессильно отступила.

Роланд выглянул из-за камня, но тут же приник к земле, пропуская над собой раззявленную акулью пасть. Челюсти клацнули над самой его головой, гладкое брюхо пронеслось сверху, касаясь задних рук Роланда и вжимая его в землю волной раздвигаемой воды. Будь у Роланда в руках меч, он легко вспорол бы Зорькино брюхо, но тогда Зорька и не стала бы атаковать так безрассудно.

Акула развернулась, описала полный круг и вернулась в прежнюю позицию. Роланд осторожно высунулся из-за камня и сказал:

– Попробуй еще раз.

– Я не могу, – сказала Зорька. – Дейкстра, Ахмед, помогите мне.

Ни один из рыцарей не сдвинулся с места. На их лицах читались растерянность, смущение и легкий испуг.

– Ну что же вы! – воскликнула Зорька. – Я не могу его там достать. Дейкстра, ткни его мечом!

– Давай, Дейкстра, – сказал Роланд. – Делай, что она говорит. Пора закачивать этот дурацкий спор.

– Ты действительно хочешь умереть? – спросил Дейкстра.

– Конечно, нет, – ответил Роланд. – Когда ты приблизишься ко мне, я атакую, и мы увидим, кто сильнее – безоружный герой или вооруженный неумеха. Думаю, ты отрежешь сам себе руку неловким движением, и на этом наш бой закончится. И вы увидите, что Джа по-прежнему на моей стороне.

Дейкстра растерянно оглянулся, ища поддержки в антеннах Ахмеда и Зорьки. Ахмед отвел взгляд, а Зорька просто промолчала.

– Тогда мы будем стоять и смотреть друг на друга, – сказал Роланд. – Когда-нибудь вам это надоест, и вы признаете, что Джа меня защищает.

Некоторое время они стояли и смотрели друг на друга. В какой-то момент Дейкстра понял, что у него затекли передние руки, держащие меч. Мудрец собрался было сунуть меч в чехол, но сообразил, что чехла у него нет, и просто положил меч на землю.

– Разумно, – сказал Роланд. – А знаете, ребята, уж раз мы все равно бездельничаем, почему бы нам не обсудить ваши претензии ко мне? Что конкретно вас не устраивает? То, что я предложил совершать походы к другим вулканам? Разве тебе, Зорька не интересно расширить пределы своих знаний, узнать, как обстоят дела в тех местах океана, где никто из нас не бывал? Тебе ведь стало интересно, когла я предложил это, ты потом обиделась, и я признаю, что ты обиделась правильно. Я не должен был разговаривать с тобой, как с обычной акулой, я признаю свою ошибку, Зорька, и приношу извинения. Я не хотел тебя оскорбить, ты заслуживаешь большего почтения, но ты должна понять, уйти с привычных путей мышления так трудно…

– Ты мне царапины не заговаривай, – сказала Зорька. – У нас, акул, мозги простые, на нас риторика не действуют. И не надо смешивать глистов с рыбой, обида – это только повод для возмущения, основная причина в другом. Ты опасен, Роланд, ты очень опасен. Ты жесток, ты убиваешь людей, упиваешься властью и не отдаешь себе отчета в том, что говоришь и что делаешь. Я понимаю, немудрено обезуметь после того, что тебе пришлось пережить, в этом нет ничего позорного, я тебя не ненавижу и не презираю, а жалею. Но тебе нельзя быть королем.

Роланд молчал очень долго. А затем сказал:

– Хорошо, пусть будет так, как тебе угодно. Я отрекусь от королевского звания и передам его… кому? Дейкстре, Ахмеду, кому-то еще? Кто, по-твоему, достоин править племенем?

– Да ты издеваешься! – воскликнула Зорька. – Как ты себе это представляешь? Как ты объяснишь рыцарям свое отречение?

– Так и объясню, – ответил Роланд, улыбнувшись. – Скажу, что акула Зорька убедила меня, что я плохой король. Скажу, что я долго не соглашался, но она привела очень убедительные аргументы, и у меня не осталось иного выхода.

– Ах ты дрянь! – завопила Зорька и бросилась в атаку.

Роланд привычным движением спрятался за камнем. А в следующую секунду неведомая сила вырвала камень из земли, страшный удар отбросил Роланда в сторону, он закувыркался в воде, не понимая, что происходит, и услышал в своей голове голос Джа.

– Не растопыривайся, – сказал этот голос. – Пусть волна отбросит тебя подальше от акульих зубов.

"Спасибо, Джа" мысленно произнес Роланд. "Я всегда знал, что ты на моей стороне".

Роланд коснулся земли, тело спружинило, подпрыгнуло и покатилось по земле, как катится свернувшийся в шар колючий ползун после неудачной атаки хищной барракуды. Роланду не понравилось, что он похож на колючего ползуна, он резко выбросил руки в стороны, остановился и расправил антенну, осматриваясь.

В следующую секунду он прыгнул в сторону, уходя от акульих челюстей, клацнувших в том месте, где только что была его голова. Лицо Зорьки было разбито, вода пахла акульей кровью. Это ж надо так возненавидеть, чтобы со всей дури врезаться башкой в камень, не жалея собственного здоровья! А если бы она себе череп пробила?

Грудной плавник Зорьки ударил Роланда по правым средним рукам. Будь к этому плавнику привязана боевая актиния – быть Роланду парализованым, а так его всего лишь закрутило вокруг вертикальной оси и отбросило в сторону. Роланд протянул руки вниз, цепляясь за камни присосками и гася вращение тела, но присоски почему-то не цеплялись, более того, Роланд внезапно понял, что вообще не чувствует своих левых рук. И запах новый появился в воде, теперь она запахла не только акульей кровью, но и человеческой.

Левые руки Роланда подкосились, он упал на бок, и небесный меч вторично врезался в его тело, рассекая туловище вдоль. Продолжив движение, меч глубоко вошел в мягкий песчаник и там застрял.

Ахмед расслабил присоски, выпустил рукоять меча из рук, оступил на два шага, отвернулся, раскрыл клюв и его стошнило. Теперь вода пахла совершенно непереносимо.

– Дейкстра! – позвала Зорька. – Посмотри, пожалуйста, что у меня с мордой. Может, пленку наложить?

Дейкстра помотал головой, отгоняя странное, неестественное оцепенение, охватившее его несколько минут назад. Бросил беглый взгляд на Зорькино лицо и сказал:

– Не надо ничего накладывать. Заживет, как на акуле.

Зорька хихикнула и сказала:

– Меч возьми, он теперь твой.

Двигаясь, как во сне, Дейкстра подошел к мертвому Роланду, наклонился, задержал дыхание, нырнул в кровавую муть, нащупал рукоять, дернул на себя и быстро отступил на три шага. Посмотрел на окроваленное лезвие отсутствующим взглядом и спросил, обращаясь непонятно к кому:

– Ну и зачем мне теперь эта штука?

– Пригодится, – ответила Зорька. – Власть нуждается в символах, а вера – в реликвиях. Ты уже начал придумывать предание?

– Какое предание? – не понял Дейкстра.

– Как какое? – деланно удивилась Зорька. – О том, как Роланд прошел последнее испытание, и Джа забрал его живым на небо в знак признания великих заслуг.

– Чего? – переспросил Дейкстра.

– Джа забрал Роланда на небо, – повторил Зорька. – Джа явил чудо. Забрал Роланда на небо. В знак признания великих заслуг. Это такая особая милость. Ты же не станешь рассказывать народу, что великого героя беззаконно убили два рыцаря и одна акула?

– Я в убийстве не участвовал! – возмутился Дейкстра.

– А кто меч спер? – спросила Зорька.

Дейкстра не нашелся, что ответить на этот вопрос.

– А что будем с телом делать? – спросил Ахмед. – Там наверху акулы какие-то плавают…

– Да, это нехорошо, – согласилась Зорька. – Нельзя им видеть, как королевский труп всплывает, вся легенда сразу развалится. Ну что ж, ничего не поделаешь… Отвернитесь, ребята.

Дейкстра отвернулся. Он старался не обращать внимания на хруст и чавканье за спиной, но это было невозможно. Вскоре его стошнило.