Мусорщик - Владимир Поселягин

Подойдя к сержанту, я встал рядом и, заложив руки за спиной, спросил:

— Я не досчитался людей. Судя по скафам у вас должно быть на четыре бойа больше.

— Я их отправил в дальнюю разведку в сторону бота лейтенанта. Надеюсь, они их найдут. По предположению нашего пилота, до примерного местоположения наших осталось чуть меньше ста километров.

— Совсем рядом, — согласился я, потом сменил тему разговора. — Сколько ещё займёт разгрузка?

— Минут десять, нур.

— Хорошо. Сейчас мичман слетает за отрядом капитана Киро, после чего вернётся обратно. По прилёту вы грузитесь в трюм и почти сразу отправляетесь к майору Дайну.

— Господин полковник, а почему нам не полететь на боте сразу и подобрать по пути отряд капитана? По времени мы выиграем куда как больше. Как я понимаю, это потерянное время сейчас стоит достаточно остро.

— Вот этого я не знаю, связь с соседним континентом не имею. Так что лучше всего отправить вас к ним на усиление. Может это и перестраховка, и пока особой нужды в дополнительных силах не требуется, однако поторопимся. А по поводу возврата бота с отрядом капитана Кира сюда, ответ прост. Пока идут поиски, я воспользуюсь дополнительным временем и пока поработаю с другими скафами. Может, три-четыре ещё восстановлю.

— Это было бы не плохо, — с благодарностью кивнул сержант. — Я отдам распоряжение на разгрузку поврежденных скафов?

— Да конечно. Если что я в рубке инструктирую мичмана.

После того как я временно выдал мичман свой командирский планшет, чтобы он мог ориентироваться по нему, я покинул бот. Спустя ещё пару минут, когда разгрузка была завершена, закрыв аппарель, бот приподнялся над землей и, набирая скорость, полетел на поиски отряда капитана Киро. Мичману сейчас было тяжело, он не только управлял ботом в ручном режиме, но и исполнял роль штурмана. Без нейросети делать эти два дела сложно, но возможно. Беспокоился я по той причине, что у него не было необходимого опыта. Знания есть, а вот опыта использования нет.

— Сержант! — подозвал я командира подозрения, когда тот подбежал то спросил. — У вас есть пилоты атмосферной техники?

— Так точно, капрал Жен имеет сертификат пилота атмосферной боевой техники.

— Это хорошо. Так как вам известно примерное местонахождение второго бота, подберите для флаера экипаж из нескольких человек и отправьте их на поиски остальной части взвода. Но помните, флаер антарский, могут угостить гранатой. Печальный опыт в этом у меня есть.

— Есть, нур. Разрешите выполнять?

— Выполняйте.

Пока сержант суетился, я прошел к флаеру и забрал баул с моими инструментами. Обернувшись я посмотрел на трех парней-десантников, один был со знаками различия капрала, и посторонился, пропуская их. Бойцы козырнули и скользнули в салон флаера, после чего, капрал прошел в кабину, остальные устроились в салоне.

Отойдя в сторону я стал наблюдать как флаер поднялся в режиме геликоптера на двухсотметровую высоту и, набирая скорость пошёл в сторону дальнего леса. Про то, что нельзя подниматься на пятьсот метров я уже успел сообщить сержанту и мичману, а те соответственно остальным.

— Неплохо ведёт, — пробормотал я, дав оценку пилотирования капрала, и развернувшись, направился к куче снаряжения.

Лагерь десантников находился на берегу живописной реки, что пересекала в этом месте слегка холмистые поля. Вдали были видны деревья, но они находились километрах в трёх, да и то с другой стороны речки. А так, местные земли изобиловали оврагами, холмами, речками, лесами. Не совсем приятная для путешествий территория. То овраг, то холм, то вообще в бурелом залезешь.

Некоторая часть снаряжения, та, что уже была восстановлена, была пущена сержантом в дело. Он организовал мощную охрану стоянки, даже меха направил на холм, чтобы тот контролировал всю округу и наводил миномёт. Некоторые бойцы находились в скафах и занимались непосредственной, остальные сворачивали лагерь. Ну а я, подойдя к лежавшему на земле имперскому новейшему скафу, присел рядом и приступил к священнодействию. За этим делом с жадным любопытством следило половина свободных от работ бойцов, то есть всего трое, включая самого сержанта. Кстати, замаскированные на нагрудной бронепластине знаки различия, были сержантские. А то на самом деле, командиру подразделения приходилось пользоваться чужим скафом чтобы держать ситуацию под контролем и молниеносно реагировать на любые внештатные ситуации. А ведь эти скафы подстраивались под определённого оператора, и их было трудно перепрограммировать. Этим занимались специальные службы, вот по этой причине под молчаливое одобрение сержанта Лайко я и приступил к работам именно его скафом. А то чужой он использовал всего на пятьдесят процентов от его возможностей.

К моему удивлению флаер вернулся буквально через час. К этому времени я привел в порядок скаф сержанта и тот его опробовал, мы как раз проходили прыжки на месте, я проверял, как работают сервоприводы экзоскелета, поэтому услышав свист турбин и шум лопастей геликоптера поднял голову, глядя на подлетающий флаер. Сержант оставался профессионалом. Подлетающий аппарат держали на мушке три десятка стволов. Это с учетом трёх спаренных пулемётов меха и стомиллиметровой пушки у него на левом манипуляторе. Про блоки ракет даже говорить не стоит.

— Перегруженным идёт, — известил я, проведя оценку полёта аппарата. — Похоже, вторая часть взвода нашлась. Я так понимаю, лейтенант двинулся вам навстречу, вот и произошла их встреча.

— Да, похоже так, — согласился сержант, проверяя как подключён стрелковый комплекс к скафу. Теперь он мог вести огонь на расстояние до четырёх километров с точностью до метра. Систему наведения как понимаете, я тоже восстановил.

Флаер осторожно сел на ту же площадку и пилот заглушил моторы, отдав приказ на открытие грузовой створки. Через прозрачный фонарь кабины мы отчетливо разглядели капрала. Тот показал знак, что всё в порядке, прототип земного ОК.

Да и мы уже поняли, что полёт был удачным и благополучным. Грузовой отсек покидали двенадцать незнакомых десантников, во главе с невысоким, на полголовы ниже меня ростом, лейтенантом с перевязанной и висевшей в косынке рукой. Сориентировавшись, тот направился к нам, остальные десантники, сверкая радостными улыбками, смешались со своими знакомыми и друзьями. Ведь всё-таки все они были солдаты одного взвода.

— Господин полковник? — обратился ко мне лейтенант. — Разрешите провести дополнительную идентификацию?

— Пожалуйста, — доброжелательно кивнул я, отправляя ему на нейросеть свой личный идентификатор.