Зодиакальный свет - Александр Машонин

– Практически по графику. В секторе «норд 6» завершаем монтаж искусственной гравитации с опережением на декаду.

– Подготовь распоряжение об увеличении численности строителей. Император хочет получить свою игрушку к двадцатилетию Нового Порядка, а мы попробуем выиграть хотя бы год. Китти, ты можешь идти.

– Вот эти голографии вложи в твёрдую копию отчёта, – Маркул протянул рабыне несколько отпечатанных на флимсипласте космических снимков чёрного обугленного пятна на месте фабрики киборгов.

Твилека молча кивнула, повернулась и вышла. И ни Таркин, ни его помощник не увидели её торжествующей улыбки.

8

Об оглушительности своей победы мы тогда ещё не подозревали. Да, в любом случае, у нас не было привычки после каждой уничтоженной базы противника устраивать фейерверки и пляски с песнями вокруг костров. Нас ждала работа. Закончился демонтаж приобретённой у «Галлофри» корабельной верфи, пора было распускать рабочих по домам, а они, как и предполагала Сони Даала, не горели желанием улетать. Пообщавшись с экипажем «Борца», мандалоры с планеты Калевала – не наёмники и не воины, мирные техники и инженеры – подумывали о том, как бы хорошо было перебраться на новое место. Где можно работать и жить, не беспокоясь о том, что выселит домовладелец, что поднимут налоги, и где нет давящей, назойливой агитации «труд – для неудачников, ты воин, твоя судьба покорять чужие миры, служить тем, кто платит». Сколько гробов молодых парней, да и девчонок, поддавшихся призывам Стражей Смерти, вернулась на Мандалор и Калевалу! А сколько не вернулось, потому что хоронить было нечего, а доставить некому! Вот отцы семейств, которые подальновиднее, и «прорабатывали вопрос». Рийо никого не хотела брать без беседы, а желающих было много. Поэтому она впрягла в собеседования не только нас с Осокой и Натуа, но и Падме. Дабы не афишировать себя перед всеми подряд, Падме попробовала менять внешность. Технологии изменения голографических передач использовались в Галактике довольно давно, их применяли шпионы, преступники и другие персонажи, кому было что скрывать. Аппаратура военного или полицейского комлинка такую фальсификацию выявляла легко и подавала абоненту сигнал, но нам-то требовалось изображение не передавать, а просто проецировать. Тут-то и выявилась любопытная проблема. Падме ничего не стоило подменить себя фотографически точной копией любого человека, но, едва она начинала пользоваться мимикой, голограмма менялась, и сходство получалось отнюдь не полным.

– Кажется, знаю, в чём дело, – сказала Осока, понаблюдав за экспериментами подруги. – Ты не просто изображение, ты силовая копия, поэтому твои собственные черты складываются с тем, что ты хочешь показать.

– Ясно, – кивнула Падме. – То есть, нужно делать на это поправку, вот что. На досуге попробую. Сейчас ведь нам никого конкретного изображать не требуется, верно?

– Конечно, – подтвердил я. – Главное, чтобы не ты.

Падме широко улыбнулась, сделала изящное фуэте и превратилась в блондинку с серыми глазами и тонким скандинавским носом.

– Здравствуйте, меня зовут Ада Берри, проходите, присаживайтесь, – произнесла она совершенно не своим голосом. Ещё поворот – и перед нами твилека, чем-то похожая на Алему Вао, только сиреневого цвета: – Палакви Амерсу, я буду проводить с Вами беседу.

– А вот это особенно хорошо, – одобрила Осока. – На будущее не помешало бы освоить их язык с движениями лекк, сумеешь?

– Ну… – твилека-Падме покосилась на свой левый хвостик, и он, в первый момент неловко дёрнувшись, всё же, изогнулся как надо и потыкался кончиком мне в плечо. – Тренироваться надо, но, думаю, сумею. Понимать я их и так понимаю, у меня же вся память протокольных дройдов.

В Галактике, тем временем, раскручивались маховики внешне незаметных, но важных для нас процессов. Десятки тысяч агентов и сотни тысяч их осведомителей на планетах и базах, получив ориентировку, начали отслеживать, не появится ли в поле их зрения человек, изображённый на голографии. Диман просто не представлял, насколько мощны и разветвлены организации, с которыми мы работали. Он использовал свои собственные связи в среде существ, с которыми имел дело – пиратов, работорговцев, прочей уголовной шатии-братии. Но и клан Секура, и Служба технической информации тоже имели осведомителей в этих кругах. К тому же, «Те, Кого Нет» имели доступ к базе регистрации кораблей. Сведения о продаже Диманом угнанного рудовоза дошли до нас с некоторым запозданием, тем не менее, позволили сузить круг поисков. Через некоторое время мы знали, что у него снова есть корабль, и неплохой. Затем получили информацию, что он начал собирать команду наёмников, не самых дорогих, но тем не менее. Следовательно, у него были средства.

– Не пойму, откуда, – разводил я руками. – Сейф управляющего рудником он не вскрыл, так? Его общак, полмиллиона кредитов, мы взяли на Маркби.

– Значит, у него лично была припрятана ещё такая же сумма, – сказала Дэя Р’Валуси. Она сидела в кресле у себя в кабинете, а изображение её передавалось на «Амидалу» через Голонет. В самом низу голограммы, у ног зелтронки, поблёскивало полупрозрачное колечко, по которому бежали равномерные радужные переливы, показывая, что шифратор сигнала работает в максимальном режиме. Подобранный нашим главным компьютерщиком Сакисом алгоритм имел приличную стойкость: примерно двадцать пять лет потребовалось бы, чтобы подобрать комбинацию и прослушать содержание разговора, который, понятно, к этому моменту утрачивал всякую практическую ценность.

– Надо было его допросить как следует, – вздохнула Осока, – а я сминдальничала.

– Да, без денег он был бы гораздо менее опасен, – зелтронка сцепила пальцы перед собой, задумчиво посмотрела на них. – Вот что, поручу, пожалуй, полковнику Вантезо сколотить пару штурмовых взводов и прилечу с ними к вам. Идея Рийо насчёт передвижного командного пункта очень хороша. Отсюда становится неудобно работать.

– Что ж, милости просим на борт, – улыбнулся я.

– К вам? Нет, думаю, нерационально. Во-первых, места на «Амидале» не так много, во-вторых, ваше присутствие может требоваться в одном месте, моё – в другом. И что, разорваться? Лучше пусть будут отдельные корабли. Слава звёздам, техники и топлива у нас теперь более чем достаточно.

В итоге, две «поисковые сети» пересеклись. Один за другим стали приходить доклады агентуры, что каждый корабль серии «Мгла» вызывает живейший интерес у портовой мафии, безразлично, военный у него регистрационный номер или гражданский. Мы рассматривали два варианта покончить с этим вопросом раз и навсегда. Первый – появиться в паре-тройке «теневых портов», привлекая внимание, затем задержаться в одном из них и подкараулить моего бывшего приятеля. Однако, существовал риск, что он не полетит на разборку сам, наймёт местных. И тогда дело кончится всего лишь разгромом очередной «малины», а цель достигнута не будет. Как выманить Димана лично, мы пока не придумали. Второй вариант – выяснить, где он окопался, и наведаться в гости самим. Это выглядело надёжнее, особенно после подхода подкрепления.

Выбор, как это часто бывает, определил случай. Однажды поздно вечером на корабль пришёл вызов, и в рубке материализовалась голограмма Уизо Тен’рони. В рубке были только я и неутомимая Падме: дамы и механики, уставшие за день, спали.

– Алекс! – воскликнула Уизо. – Добрый день… точнее, доброй ночи.

– Здравствуй, мисс лисичка, рад тебя видеть, – улыбнулся я.

– Взаимно. Послушай, это твоего приятеля снимок присылала мне Осока?

– Да, мой злейший друг.

– Увидеться с ним не хочешь ли?

– Вообще-то, хочу, он мне по счёту не расплатился. Где ты его видела?

– У нас на «Звёздной кузне». Компания у него душ двадцать и ещё набирает. Спрашивал у ребят, не продаёт ли кто дройдеки.

– Это плохо, – сказала от двери Осока. Вид у неё был сонный, но голос звучал бодро: – И кто-нибудь ему продал?

– Нет, я перекупила все три. Думаю вам продать, возьмёте?

– Конечно, о чём разговор! Кораблей у него сколько, не знаешь?

– Четыре.

– Уже? Проклятье. Подловить на отходе не получится.

Я кивнул. В нашем распоряжении были только «Амидала», «Ревнитель» и «Кориолан», на котором Дэя и Пятерня, ныне уже капитан, привезли взвод пограничников. Транспорт слишком неуклюж, чтобы считать его полноценной боевой единицей, итого два с плюсом против четырёх.

– Придётся драться на станции, – тяжело вздохнула Осока. – Только так у нас хватит сил. А упустим – хатт знает, сколько потом за ними гоняться. Ничего, есть у меня одна идейка. Уизо, скажи, станцию за последнее время не перестраивали?

– Нет. Я тебе сейчас подробную модель сброшу, сама посмотришь.