Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

- Похож он, Лист… – и вдруг Крамарь замер на полуслове, вытаращив глаза и начал осторожно отползать за угол - тьфу ты… показалось. Сколько раз зарекался не трепать языком на рейде и учить молодняк уму-разуму только у костра.

Голем приблизил изображение, выхватив из темноты сначала провал в стене, потом перевел фокус на бурлящий и лопающийся в воздухе светящимися зеленоватыми пузырями «ведьмин студень»:

- В поле действия сенсоров чисто, никаких крупных биологических объектов не зафиксировано.

- Голем? Почему ты молчал столько времени?

- Я думал, ты винишь меня за то, что я не справился со своей задачей и не смог уберечь от слепышей, отказав в нейрослиянии. Мы несем ответственность за гибель носителя, испытываем муки и угрызения совести.

- Все окончилось благополучно, я тебя не виню. Ты правильно поступил, выбрав меньшее из зол.

- Я рад что ты не испытываешь неприязни по отношению ко мне. Когда ты потерял сознание погребенный под стаей, я тоже отключился, наши эмпатические системы оказались связанны слишком тесно, и это подставило тебя под удар, я не смог оповестить Звездочета о твоем местоположении и сбросить аларм-маячок.

Прислушиваясь к скрипению старого железа, продвигаясь спина к спине, они догоняли группу Коперника.

- Крамарь, почему Коперник нас не подождал? Разве оставаться вдвоем не опасно?

- Он знает что делает. Куча народу в узком коридоре во время боя не лучший вариант. Больше стволов, это да, но сгрудившись в одном месте, мы слишком легкая добыча, и проблем от этого иногда бывает больше чем толку. Потому растягиваемся маленькими группками, не упуская друг друга из виду, пока хватает мощности ПК. Было вот однажды – он затих, прислушиваясь к скребущемуся звуку, а потом продолжил шепотом – в таких вот катакомбах преследовали бандюков, а они что крысы, шусь в лаз, и ищи-свищи. Мы за ними, значит по всем правилам, вместе не рассеиваясь, ну а нам на голову сверху проглот.

- Проглот?

- Ага, проглот – путник опасливо покосился вверх - штука такая, прозрачная, на медузу похожа, сидит на потолке и поджидает добычу, месяцами ждать может. Ей то что? Воздуху ей, дуре не надо, а чего ей еще надо? Жрать только, ну и ждет, значит. Месяц ждет, другой, пока кто под ней не пройдет, а потом сверху на голову и обрушивается. И пока жертва соображает, что к чему, она оказывается в желудке этого самого проглота. А он хоть и прозрачный, хрупкий на вид, да только не вырвешься, держит, что твой питон. Так что смекай, Лист, мотай на ус, если бы не взрыв этой самой, как ее, «сверхновой» то  я бы ни за что сюда не сунулся.

- Крамарь, ты? - донеслось из очередного провала темноты, который едва разбавляли лампочки. Странное ведь дело, сколько лет проходит, а ведь горят они, горят, и никто их тут не меняет. Потому что некому их тут менять.

- Мы это. Да чего ты целишься в меня со своей пукалки! Клыков небось нет. Убирай давай!

Путник вздохнул и нехотя опустил автомат, вышагивая из темени:

- Что-то долго вас не было, Коперник уже волноваться начал, навстречу послал. Ты учти, если со сталкером чего случится, ты первый ответишь. Голем то у нас в группе всего один и если навернется сталкер, всем туго будет.

- Ты не учи батьку – ощерился в ухмылке небритый Крамарь – мал еще, батьку учить. А малец ничего, не гляди, что худой и кашляет, он еще двоих таких вот переживет, потому что думать умеет, в отличие от некоторых.

 - А что думать то? – скривился Грива, опасливо косясь им за спину – с големом каждый дурак пройти сможет.

- Ну, если больно умный, так прогуляйся к Периметру, доложись по всем правилам военным, так мол и так, есмь боец подразделения путников, прошу выдать в личное распоряжение голем, ввиду острой необходимости и боевых заслуг. Так они тебе сразу и предоставят личных особистов. Они ведь далеко не дураки, Грива, и прекрасно знают и о путниках и о генерале, разведка у них поставлена, будь здоров.

- Так чего тогда не помогают, если знают? Взять тех же големов, ведь с такой вещью мы бы по Глуши на расслабоне прогулялись и живо бы вынесли Маркова с прочими гринписовцами.

- Молодой ты еще, Грива, и извилин у тебя в башке все еще маловато. Прогулялись бы они, понимаешь, как же. Военным не выгодно истребление лесников, а стреляют они, будь здоров, вояки что надо, одна ведь школа. Так вот если мы их сметем, ты Заслон что ли держать будешь, а?

Крамарь многозначительно ухмыльнулся, переведя взгляд со смутившегося Гривы на темень дверного проема, посмотрел на свой ПК, а потом жестом подозвал Листа:

- А ну ка посмотри малой, что там, не видно ни зги, хоть в глаз дай. Есть там что-то. Наши тут шли, но не заметили.

Лист кивнул, скользящим шагом подошел к дверям сбоку, и прыгнув в проем откатился в сторону. Тьма рассеялась, и на экране проявились ряды каталок, столики с разбросанными медицинскими инструментами, крошево битого стекла на шахматном кафельном полу. Увидев за шкафами ворочающуюся груду тряпья, он снял автомат с предохранителя:

- Голем? – мысленно позвал он хранителя.

- Живое существо, предположительно гуманоидное. Опознавательных меток нет, жетона нет. Осторожнее.

- Обо всех подозрительных проявлениях и активности предупреждай меня заранее, не жди особого распоряжения. Промедление может стоять жизни не только мне, но и другим людям, запиши это в приоритетную директиву.

Он жестом позвал Крамаря и тот, выставив ствол вперед, мягкой кошачьей поступью начал приближаться к Листу. Увидев вздрагивающую кучу тряпья, он включил закрепленный на голове фонарик и, схоронившись за углом шкафа, осторожно ткнул стволом. Там что-то вздрогнуло, подпрыгнуло, и раздался громкий крик:

- Аааа!!! Не стреляй, мужик, не стреляй, я без волыны!

- Ты гляди, оно и говорить умеет! А ну-ка вылазь, поглядим, что ты за чудо.

Крамарь многозначительно повел стволом и из-под тряпья глянули испуганные глаза:

- Не стреляй, мужик, только не стреляй, без волыны я.

- Слышали уже, вылазь кому говорят, и рот заткни, а то накличешь на свою голову.

Из тряпья поднялся худой небритый человек, бегая по сторонам глазами и подняв руки высоко над головой:

- Не стреляй, сталкер, не стреляй, свой я, свой, мамой