Авиатрисы - Плат Ами Д.

Левикот бы ее пристрелил, он не расстается с оружием. Но она могла успеть…

Могла ли?

На подносе стоял колокольчик. Эбигейл позвонила, и через минуту появилась служанка.

– Чем могу помочь, миледи?

– Проводи меня к Дангару сейчас же. Полагаю, он закончил с операцией и примет меня.

Девушка поколебалась, но затем ответила:

– Не уверена, что он свободен.

– Нам срочно нужно поговорить!

Служанка испуганно поклонилась и повела графиню за собой. Они прошли узкими коридорами. Замок отличался от академии, словно та дышала жизнью, а он – смертью.

Ладони Эбигейл вспотели, она спешно вытерла их об юбку.

– Что Дангар делает? – спросила Эбигейл.

– Разговаривает с господами-учеными и будущими рекрутерами.

Так вот кто был в белых халатах – слишком крепкие для здешних врачей. Левикот притащил их поиздеваться над девочкой. Натренировать… на что? Какие-то новые методы одобрены в министерстве?

– А ты передала Дангару, что я хочу с ним поговорить? И Рейра тоже.

Служанка снова растерялась. Она совсем не знала Эбигейл и не хотела делать что-то, что помешало бы хозяину. Внезапно в коридоре появилась компания новоиспеченных рекрутеров.

– Найди Рейру. И побыстрее. Скажи, что я тебя прислала.

– Хорошо, миледи. – Девушка поклонилась.

Рекрутеры прошли мимо, однако Левикот задержался.

– Что вы задумали, дорогуша? – спросил он с ухмылкой.

– Мы с Рейрой привезли неисправные самолеты.

– Неужели? А с каких пор вы устроились подрабатывать? По-моему, быть директрисой академии – дело хлебное. И хлопотное, что еще важнее. Вы и так много пропустили. Не боитесь, что от вас избавятся за ненадобностью?

– Юджин! – Эбигейл подняла на него ясные серебристые глаза, зная, какое действие они оказывают на мужчин, но Левикот не поддавался чарам. – Вы видели Томаса?

– Да.

– Как он?

– Сердечные дела весьма мучительны, – неопределенно ответил главный рекрутер. – Почему вы лично его не проведали?

– Мне не позволили приехать в столицу.

– Что ж, неспроста. Такое ощущение, будто все вокруг что-то замышляют… Верно?

– Извините, я тороплюсь. – Эбигейл пожалела, что позволила себе слабость – спросить про Томаса.

Советник с ней не связывался, ее письма оставались без ответа, да и приехать она не могла. Эбигейл могла лишь мучиться в неведении. Левикот явно не тот человек, на которого можно положиться. Он не станет помогать. Но она ошибалась.

– Если хотите, – проронил он, – ему от вас прилетит весточка. Тайно, разумеется.

– Передайте: я рада, что он жив.

– И все? Я ему то же самое сказал. Могли бы написать письмо.

– Этого достаточно, – сухо отозвалась графиня и пошла вперед. Уж личную переписку она бы никогда не доверила рекрутеру. Эбигейл остановилась, чуть повернула голову и добавила: – Благодарю.

В покоях, где Дангар принял Эбигейл, царила невыносимая духота. Камин коптил, будто забилась труба. За окном занялась метель. Снежные хлопья носились вверх и вниз, закрывая небо.

– Я слушаю.

– Дангар, вы знаете, я вас бесконечно уважаю, но я недовольна вашей работой, – издалека начала Эбигейл. Нужно казаться уверенной, ее влияние ничуть не меньше, чем у него.

– И чем же?

– У нас сломались три самолета. Вместо того чтобы следить за качеством производства, вы увлеклись пытками?! – Голос дрогнул на последнем слове.

– Невозможно!

– Еще как возможно. Мы с Рейрой привезли их обратно. Необходима проверка.

– Безусловно. Вы говорили с Оливером? Последнее время задачи по производству на нем – спущу шкуру с паршивца!

– Рейра отдала нужные распоряжения, пока вы торчали в операционной.

– Вы обе должны помнить, что в первую очередь я ученый. Не счастливый отец и дедушка, не богатый промышленник… Все отобрала Республика!

Эбигейл сглотнула, сдерживая возражения. Уж бросить свои аэростатные заводы на управляющих и потратить состояние на Винтервью – его собственная идея.

– Сейчас ключевая задача, – продолжал Глосс, – создать сыворотку. Ведь проблемы связаны не с тем, чтобы наладить производство, а с недостатком пилотов!..

– Вас понесло не туда, – отрезала графиня.

– Не дерзи, девчонка!

– А то что? – Эбигейл вскинула подбородок.

Дангар шагнул к ней. Ее пальцы дрожали, сжимая револьвер за спиной. На лбу выступили капельки пота. Наверное, Дангар думает, что она боится, но на самом деле графиня пыталась собраться с духом. Еще секунда – она прицелится и спустит курок. Спрячет тело и побежит искать Рейру.

Эбигейл почти готова была взмахнуть рукой, как дверь открылась. Вошли Рейра и Левикот. Девушка выглядела напуганной, а рекрутер заинтересованным. Его неприятная физиономия оживилась, будто он надеялся застукать здесь графиню за чем-то непристойным. Но он разочарованно вздохнул.

Эбигейл спрятала револьвер поглубже в складки юбки.

– Не стоит ссориться, – примирительно начала Рейра. – Давайте разберемся с самолетами, и Эби сможет отчитаться в столице.

Дангар отвернулся и прошел к окну, Эбигейл ступала за ним. Белая пелена затянула все, даже ближайшие очертания башен и моста угадывались с трудом. Эби закусила губу.

Не успела. И что теперь?

– Ума не приложу, что случилось с самолетами, – сказал Дангар, поворачиваясь к собеседникам.

– Инженеры уже работают, – мягко отозвалась Рейра, – думаю, к утру разберутся. Давайте поужинаем, и мы с Эби пойдем отдыхать. Устали с дороги. Я распорядилась накрыть стол в парадном зале.

– Что? Но мы никогда им не пользуемся! Лучше в малой столовой, – заявил Дангар. – Не хочу видеть чужих людей. Я слишком соскучился по тебе, моя дорогая. Ты должна поведать мне, как поживают девочки в академии.

– О! – подал голос Левикот, хищно облизнувшись, – я бы тоже послушал о приключениях юных девиц.

– Извращенец, – процедила Рейра и вышла из комнаты.

Все отправились на ужин.

В коридоре Рейра прошептала подруге в ухо:

– Я говорила, что нужно ехать скорее. К сожалению, мы опоздали.

– То есть это моя вина?

– И твоя тоже. Придерживаемся плана. – То ли вопрос, то ли утверждение. Рейра незаметно передала Эби флакон. – Не подавай виду, позже выпьешь. Только не слишком рано. Лучше перед сном. Это снимет с нас подозрения.

– А он будет начеку.

– Дангар ничего не видит дальше собственного носа. Для него мы просто впечатлительные девчонки.

– А Левикот?

– Вот он как раз опасен. Если повезет, тоже сдохнет.

Эбигейл спрятала в кармане флакон.

Зал ярко освещал огонь камина и три лампы – каждая на сотню свечей. Они свисали над столом на толстых железных цепях. Несмотря на жарко протопленное помещение, по спине Эби пробежал мороз. Со стен смотрели остекленевшие глаза чучел медведей, лосей и волков. До того как посвятить жизнь самолетам, Дангар любил охотиться. Вероятно, привез сюда чучела из фамильного поместья. Графиня поспорила бы с тем, что это придает уюта.

Дангар сел напротив Эбигейл, а слева развалился Левикот. В таком окружении она чувствовала себя ужасно. Еда даже на вид казалась отравленной.

Графиня осторожно ковыряла вилкой в тарелке, которую поставил слуга. Интересно, как Рейра отравила блюда? Подговорила кого или сама? Вдруг их разоблачат или противоядие не подействует? Она заставила себя положить в рот кусок мяса, приготовленного, как любил хозяин замка, – с кровью.

– Как вкусно, – похвалила она.

– Благодарю, дорогая, – отозвался Дангар. – Продолжим насчет самолетов или расскажете про девочек?

– Нам с Рейрой хотелось бы послушать про успехи в Винтервью. Что мы пропустили?

Левикот не притронулся к пище и внимательно глядел на Эбигейл. Вокруг мельтешили слуги. Рейра ела сдержанно и спокойно. Дангар – жадно, а еще увлеченно болтал с набитым ртом. Он давно забросил манеры светского человека.

– Жаль, что ты заболела! – отвечал он. – Работа идет полным ходом. Закончено двадцать новых самолетов, три экспериментальные – в каждом исполнена новая технология. Моя особенная гордость – автопилот и самонаведение. И в исследовательской деятельности мы не отстали! Ты же видела Лилиан. Прелестная девушка! Всегда шла на контакт. Ее сердце и кровь еще долго нам послужат. Однако от легких никакой пользы!