Черная кровь войны - Ингвар Эйферзухт

– Что же он не побоялся оборудование для золотопромышленного комплекса заказать? Или оно там, как ты говоришь, слабее «светилось»?

– В тот раз он его ловко разбил на части и пропустил за несколько партий.

– И что нам мешает сделать так же?

– Да как ты не понимаешь, он не может заказать «буровую установку», «бурильные трубы», «бурильный инструмент». Перечни оборудования уходят списком на самый верх, визируются и только потом передаются по каналу связи на Землю.

– Все понял, не дурак, дурак бы не понял. Одно в толк не возьму, зачем напрягать раньше времени больших людей в Ордене. Дай сюда перечень оборудования и инструментов. И ручку тоже.

– Смотри, ловким движением руки «брюки превращаются, в шорты», а «Цементировочный агрегат ЦА-320» превращается в «Насосный агрегат для воды ЦА-320 на базе автомобиля КрАЗ». Разницу чувствуете? Буровую установку А-50М предлагаю обозвать технологическим транспортом. Мачту отсоединить и пропустить, как вышку для связи или ретранслятора. Мы потом здесь на месте ее соберем. С трубовозом, я полагаю, проблем не возникнет?

– Не должно, мы как-то уже их заказывали, когда водопровод тянули по городу.

– Ну вот, дело пошло. Буровой насос НБ-32 опять же обзываем насосом для воды. Я так полагаю, на той стороне портала сидят кондовые советской закалки снабженцы?

– Так и есть. И что нам это дает?

– А то, что главное для них будет не наименование, а аббревиатура. Мы сейчас с Тофиком этим делом и займемся. Напряжем мозги и вспомним. Немного творчества проявим, карбоксилметилцеллюлозу смело переименовываем в «обойный клей КМЦ», тем более это одно и тоже. А буровые растворы обзовем печной глиной. Они в мешках порошком идут. Солевой раствор для глушения скважины будем делать уже здесь на месте, поэтому закажем просто нужную соль. Буровые трубы переименуем просто в трубы для воды с нужной нам маркировкой ТБСЛ.

– У, шайтан, хитрый, – подключился Тофик к обсуждению. – Ай, молодец, мысль я понял. Сейчас мы за полчаса перечень материалов переделаем. Буровые ключи и механизмы просто маркировкой обозначим, типа КМУ-50, КМТ, КМБ, элеваторы разные. Опытный снабженец сразу сообразит, что это такое, а вот человек со стороны никогда не догадается, что это для буровой.

– Действуйте, а я пойду позвоню ему, скажу, что через час нужный перечень будет готов. Оплату оборудования вы проведете через свои банковские счета, как мы раньше и договаривались. И запомните, это ваша частная инициатива. Русская армия никакого отношения к этому не имеет. Не в наших интересах светить данную информацию о найденной нефти. Слишком много конкурентов тут же подтянется и процесс на порядок станет сложнее.

– Не волнуйся, мы частная компания, голодные инициативные авантюристы типа Морганов или Рокфеллеров. Все как полагается по западной модели развития цивилизации. Комар носу не подточит.

Следующий час мы с Тофиком дружно работали над списком. Попутно внесли в него то, что вылетело из головы до этого. Вот, сколько раз этот список смотрели всей бригадой, и вдоль и поперек его изучили. Но каждый раз выходило, что-то одно забыли, или другое. Это только кажется, что ты все знаешь и помнишь, но попробуй, это изложи на бумаге. Сотни наименований механизмов, инструментов, автоматических ключей, присадок и материалов. Причем одно тянет за собой другое, и наработанные на Земле опыт и знания не всегда выручают, а только вводят в заблуждения.

Основную проблему вносят габариты портала, мощный станок не запихнешь, значит, нужно брать что-то мобильное, да еще способное проехать потом немалое расстояние по саванне. Пришлось отказаться от гусеничных установок типа «Бакинец», на такой далеко не уедешь. КАРО-80 не пройдеет по габаритам. Выбор знакомого мне до последних мелочей подъемного агрегата А-50М на базе мощного Урала ограничивает глубину бурения, все таки 50 тонн на крюке для полноценной скважины мало. Малая грузоподъемность установки логично подводит к применению обсадных труб малого диаметра, они меньше весят, дешевле стоят и трубовоз сможет взять большее количество. Но это тянет за собой пересчет всей конструкции скважины, всего инструмента: долота, шарошки, пакеры, превентор, колонная головка. Тут главное весе учесть и заказать с одного раза. На Новой Земле супермаркетов нет, на производственный склад не зайдешь и не возьмешь с полки то, что тебе нужно.

Владелец ресторана Саша пару раз подходил поинтересоваться, как наши дела, но, видя нашу загруженность, распорядился официантке регулярно менять нам кофейник и подносить выпечку. И я реально был ему благодарен, так как мы с Тофиком выдули не меньше трех кофейников и смолотили целую гору печенья и плюшек. Мозги работали в унисон челюстям и это неплохо помогало, мы не только завуалировали весь перечень, но и попутно подправили ошибки и упущения.

– Вот, держи, – я протянул пачку листов подошедшему к нам Павлу. – Я думаю, закуп необходимо разбить на несколько частей, чтобы не так бросалось в глаза, а еще лучше провести по разным заказчикам и базам Ордена.

– Потапыч, ты уж нас совсем за дураков не считай, так и сделаем. Кстати, давайте ваши ID, заказ будем на вас оформлять и на несколько подставных фирм. Все, я пошел. Гена, посмотри за ними, чтоб они тут морды друг другу не набили.

– Есть, командир, только похоже Саша уже подостыл, совместный труд сближает и делает из обезьяны человека.

– Лошадь он что-то в человека не превращает. Я ему при случае припомню, как он общий успех себе приписал.

– Саша-джан, я оправдываться не буду, всё равно не поверишь. Но хочу один вещь сказать, только ты не обижайся, это не я побежал к Демидову, а меня как морковку дернули к нему на доклад. Это не те люди, которым стоит отказывать, мотивируя тем, что «а вот еще Александра Тимофеевича надо подождать».

– Ладно, проехали. Считай простил. Посиди с Геной один, а мне еще кое-куда нужно сбегать.

– Тебе помочь?

– Сам справлюсь, это личное, – подхватив сумку, я пошел к выходу.

Солнце кувалдой ударило по голове, прохлада ресторана забылась уже через минуту, а я, обливаясь потом, поспешил в сторону оружейного магазина Джона Бренона, мне нужно с Иваном Кузьмичем переговорить. Есть одно дело, которое откладывать нельзя, а решать надо.

В обдуваемый ветерком склад я заскочил, как ошпаренный. Термометр показывает сорок градусов и совсем не фаренгейтов. В такую погоду надо у бассейна сидеть, потягивая через трубочку холодный коктейль.

– Здрав будь, отец! – после яркого солнца я с трудом отыскал в помещении Иван Кузьмича.

– Что это ты, сынок, на древнерусском заговорил?

– Это я от волнения. Дело у меня серьезное к тебе. Только к тебе и могу обратиться.