БлокАда 2.0 (СИ) - Шарапов Кирилл Юрьевич

В научном центре что-то рвануло, похоже, его хилый заслон схватился с прибывшими киберами, но Клим даже не шелохнулся, сейчас главное — успеть обезвредить токсин.

— Заправочная станция соединена с резервуарами системой рукавов, — начал доклад ИС. — Всего есть восемнадцать хабов, на каждые двадцать баков, в каждом баке четыре тонны. Тут хватит, чтобы отравить всю планету три раза, включая океаны, Антарктиду и прочие ранее не слишком обитаемые места.

— ИС, — пошатнувшись, мысленно одёрнул его Клим, — короче, как это обезвредить?

— Если открыть вентили, всё это добро утечёт в подземку, можно будет считать, что с угрозой покончено с минимальными потерями, заражена будет Москва и ещё полтысячи километров вокруг.

— Не вариант, — с трудом держась на ногах, произнёс Клим.

— Так и думал. Второй вариант — всё рвануть, вызвать перегрузку энергетических блоков, которые ты видел на нижних палубах. Как ни странно, я могу получить доступ прямо отсюда, но вся эта дрянь попадет в атмосферу, и всё равно мы получим нереальную зону поражения, а на месте Москвы будет большая воронка. Третий вариант — это запустить в систему нанитов, они уничтожат токсин, преобразовав его за десять минут в безобидное желе.

— Годится, — тут же согласился Клим, борясь с потерей сознания. — Как запустить нанитов в систему? Кстати, ИС, как только мы нейтрализуем токсин, запускай вариант с катушками, только не со всеми, просчитай, можно ли уничтожить только платформу так, чтобы она раз и навсегда стала историей?

— Так торопишься сдохнуть?

— Нужно покончить с этим раз и навсегда, остальные платформы вне моей досягаемости, но эта…

— Эта самая важная, это центральная часть, остальные не столь опасны.

— ИС!

— Ладно, ладно, сделаю. Руку не отпускай, программирую систему перегруза генераторов.

Клим даже при огромном желании не мог убрать руку с панели, если это сделать, он рухнет. Хорошо ещё наниты успели зарастить обрубок левой руки, и теперь из плеча торчала культя в десять сантиметров. Если бы не это, всё, точно конец.

— Готово, — через минуту заявил ИС. — Клим, у тебя осталось всего тридцать четыре процентов нанитов.

— Я вижу, — шатаясь, ответил Таран, — это неважно. ИС, как нам нейтрализовать токсин?

— Придётся выйти наружу, справа есть центральный хаб, до него всего шесть метров.

Николаев кивнул и прислушался — никакой стрельбы, полная тишина. Он сделал шаг к двери, упал, голова кружилась, сил почти не осталось, и тогда он пополз. С трудом поднявшись и оперившись на стену, он открыл дверь. Тишина. Слева дымились останки одной из турелей, дроидов видно не было, зато возле телепортов лежали аж целых три кибера и не богомолы, а скорпионы.

— Знатный бой, — раздался от сломанного стола хрипящий голос Чистого. — Ты нашёл способ уничтожить токсин?

Клим кивнул. Держась за стену правой рукой, он направился к тому, что очень напоминало заслонку в трубе. Только труба шла вверх, внушительная такая. Клим бы туда без труда целиком влез, причём в одетом доспехе.

— Удачи, — прохрипел Чистый ему в спину и затих, похоже, уже навсегда.

Клим доковылял до заслонки, киберы — существа не маленькие, и всё у них было довольно крупным.

— Открой, — приказал ИС.

Клим коснулся рукой панели управления. Секунда, и та с шипением открылась.

— А теперь задай программу по заполнению резервуара. Это конечная, Клим, ты войдёшь внутрь, я закрою за тобой клапан, пущу токсин и наниты его атакуют. Дальше пойдёт цепная реакция по всему резервуару. Мы сделаем то, что ты сделал со стеной. Но понадобится всё. Ты умрёшь.

— Я уже давно умер, — ответил Николаев. — Делай.

На всё ушло секунд двадцать.

— Готово, друг, можешь заходить.

Клим, стараясь не делать резких движений, просто ввалился в капсулу и скрючился на полу.

— Клим, ещё не всё, — звал его имплант. — Нужно закрыть дверь, нужен контакт с панелью. И всё, ты сможешь отдохнуть.

Клим с трудом встал на ноги и положил ладонь на голубоватый прямоугольник, затвор с шипением закрыл клапан. «Зачем киберам эта система?» — проскользнула в уставшей голове короткая мысль.

— Прощай, Клим, — произнёс ИС. — Прощай, человек.

— Прощай, брат, — с трудом мысленно произнёс Николаев, — с тобой было весело.

Серебристая ледяная жидкость заполнила главный хаб за доли секунды. Клим не удержался и глотнул её. Горло обожгло жарким огнём, который захотелось выплюнуть. Но тут он почувствовал, как колит его тело, а вокруг всё меняется, серебро становится чем-то белым, он даже почувствовал, что оно теперь полностью безобидно. А потом сознание погасло, не было больше нанитов, чтобы поддерживать израненное, искалеченное тело. Лейтенант Клим Николаев погиб. Он не видел, как резервуары один за другим белеют, словно наполненные молоком, как внутрь зала прорываются через огонь турелей киберы, и как на нижней палубе идут в разнос десятки энергетических генераторов. Время киберов приближалось к концу, и это сделал всего один человек. Один в поле тоже воин…

Карина вышла из дома и переступив через Шкоду, разлегшуюся посередине крыльца. Та недельно мыркнула, что потревожили ее сон на солнышке, и снова прикрыла свои огромные глаза. Женщина поставив таз, полный белья, на пол, вытерла вспотевшее лицо и нагнувшись потрепала любимицу за ухом.

— Клим, ты где? — громко крикнула она, но лес вокруг только шумел высокими кронами. — Да где ж его носит-то?

И тут с крайнего к дому высоченного дерева раздался заливистый смех, и мальчишка сиганул вниз с высоты метров в десять, крутанув в воздухе сальто. Он приземлился без каких-либо проблем и, вскочив, побежал к матери. У него было мужественное лицо его отца, от матери ему достались только глаза и острый нос.

Женщина улыбнулась и обняла подбежавшего сына. Десять лет назад она осталась одна, всё рухнуло. Она помнила тот день, как будто это было вчера. Тень грусти проскользнула в её больших зелёных глазах…

Карина стояла у шлюза на верхнем уровне, в руках она сжимала плазменную винтовку. Снаружи происходило что-то очень странное. Три дня прошло с момента ухода Клима, и уже сутки с времени Х, но ничего не говорило о том, что произошла катастрофа. Только накануне бункер слабо тряхнуло, и то это заметила только Плеть, которая стояла с чашкой в руках.

— Ну, где там Петрович? — пробормотала девушка себе под нос. — Сколько его ещё ждать?

Петрович с Котом, Чеком и Светланой появились из лифта спустя пять минут, причём бывший безопасник убежища гнал перед собой ещё одного ликвидатора.

— Готова?

Карина кивнула.

— Возможно, этот человек что-то знает о Климе.

— Скорее всего, — согласился Шлык. — Только ты бы, девочка, не надеялась, он не вернётся.

— Что, с глаз долой и из сердца вон? — зло спросила Плеть, стискивая винтовку так, что длинные тонкие пальцы побелели.

— Не злись, — попросил её Петрович, положив руку на плечо. — Просто чувствую, что нет его больше. Ладно, открывай, давай узнаем новости.

Несколько часов назад прямо на рассвете в подземный гараж вошёл человек. Он без труда нашёл панель управления большими воротами и, введя код, открыл искорёженные поклонниками створки. Был он высок, светловолос. А затем в гараж полезли железяки — два знакомых ликвидатора и пара летающих дронов, и ещё несколько ранее невиданных. А вот сборщиков Плеть опознала, сталкивалась с ними на трассе.

Отойдя в сторону, незнакомец нашёл взглядом камеру и, достав из кармана кусок угля, написал на стене напротив: «Я друг, меня прислал Клим».

Карина хотела сразу бежать, но Петрович её остановил. Выгнав девчонку из операторской, он заблокировал вход. А спустя ещё несколько часов на паркинг спустилась группа людей в количестве восемнадцати человек, вёл их мужик с каким-то странным самодельным ружьём. Он подошёл к первому незнакомцу и что-то спросил, причём люди от железяк не шарахались и стволами не махали. Странной и необычной была эта встреча, а затем незнакомец достал кусок угля, подошёл к надписи, оставленной тем, кто пришёл первым и дописал: «Нас послал Николаев. Карина, мы друзья». После чего он сложил оружие и, усевшись в наглую на борт одного из сборщиков, прикрыл глаза и начал ждать. И тогда Петрович не выдержал. Двери открывались очень медленно, в операторской осталась только Анна, её задача была спасти остальных, если Петрович и все бойцы бункера погибнут, и дальше они сами по себе.