Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

— Она в беде, – пробормотал Ранд. Эгвейн. Странное чувство поселилось в душе, будто опасность грозит каким-то частям его жизни. Эгвейн – одна такая часть, одна нить, из которых сплетен шнур его жизни, но были и другие, и он чувствовал, что они под угрозой. Именно там, в Фалме. И если одна из этих нитей будет уничтожена, то его жизни никогда не быть законченной – так, какой она должна бы быть. Он не понимал этого чувства, но оно было несомненным и определенным.

— Тут один человек сдержит пятьдесят, – сказал Ингтар. Две конюшни стояли тесно, между их стенами едва хватало места, чтобы двоим встать плечом к плечу. – Один воин сдерживает пятьдесят в узком проходе. Неплохой способ умереть! И о меньшем складывали песни.

— Лучше бы не надо, – сказал Ранд. – Надеюсь, до этого не дойдет.

В городе взрывом разнесло какую-то крышу. Как же я вернусь сюда? Я должен добраться до нее. Добраться до них? Покачав головой, он опять высунулся за угол. Шончан по-прежнему приближались.

— Я никогда не догадывался, что он замышляет, – тихо произнес Ингтар, словно бы разговаривая сам с собой. Он достал меч и сейчас проверял его остроту большим пальцем. – Маленький, невзрачный бледный человек, которого скорей всего и не заметишь, даже когда посмотришь на него. Впустите его в Фал Дара, сказали мне, впустите в крепость. Я не хотел, но обязан был это сделать. Ты понимаешь? Мне пришлось. Не знал я, что было у него на уме, пока он не выпустил ту стрелу. И я по– прежнему не знаю, предназначалась она Амерлин или же тебе.

Ранд ощутил в душе холод. Он посмотрел на Ингтара.

— О чем ты говоришь? – прошептал он. Ингтар рассматривал свой клинок и будто не слышал.

— Род человеческий изгоняется отовсюду. Государства слабеют и исчезают. Повсюду Приспешники Тьмы, а никто из этих южан словно и не замечает ничего, им и дела до этого нет! Мы сражаемся, удерживая Пограничные Земли, оберегая их в своих домах, и с каждым годом, вопреки всем нашим усилиям. Запустение наступает. А эти южане троллоков считают мифом, Мурддраал для них – байка менестреля. – Он нахмурился, покачал головой. – Это казалось единственной возможностью. Мы были бы уничтожены понапрасну, защищая людей, которые даже не знают ничего, не подозревают ни о чем. Все казалось логичным. Зачем нам погибать за них, когда мы можем установить свой мир? Лучше Тень, думал я, чем бессмысленное забвение, как Каралейн, или Хардан, или… Тогда это казалось таким логичным.

Ранд сгреб Ингтара за грудки.

— Ты какую-то чушь несешь. – Не может он иметь в виду именно то, что говорит! Не может! – О чем бы ты ни говорил, скажи яснее. Ты говоришь как сумасшедший!

Впервые Ингтар взглянул на Ранда. В глазах блестели нескрываемые слезы.

— Ты лучше, чем я. Пастух или лорд, но как человек ты лучше. Как гласит пророчество: "Пусть тот, кто вострубит в меня, не о славе помышляет, но только о спасении". О своем спасении, вот о чем думал я. Я бы протрубил в Рог и повел героев из Эпох на Шайол Гул. Наверняка этого похода было бы достаточно, чтобы спасти меня. Ни один человек не может идти в Тени так долго, чтобы он не мог вновь выйти к Свету. Так утверждают. Наверняка так я сумею смыть позор того, чем я был, что наделал.

— О-о Свет, Ингтар! – Ранд отпустил шайнарца и привалился к стене конюшни. – Я думаю… думаю, что достаточно самого желания. По-моему, все, что тебе нужно сделать, это перестать быть… одним из них. Ингтар передернулся, будто Ранд произнес вслух. Приспешник Тьмы.

— Ранд, когда Верин перенесла нас сюда с помощью Портального Камня, я… я прожил другие жизни. Иногда Рог был у меня, но я никогда не трубил в него. Я пытался избежать того, чем я стал, но никогда не удавалось. Всегда от меня требовалось что-то другое, всегда нечто худшее, чем смерть, пока я был… Ты готов был отказаться от него, чтобы спасти друга! Не о славе помышляет… О Свет, помоги мне!

Ранд не знал, что и сказать. Это… как будто Эгвейн сказала ему, что она убивала детей. Не верится, настолько все ужасно! Слишком ужасно, чтобы кто-нибудь признался в таком, если бы это не было правдой. Слишком ужасно.

Спустя какое-то время Ингтар вновь заговорил, решительно и твердо:

— Нужно платить. Ранд. Всегда нужно платить. Наверное, я смогу отдать долги здесь.

— Ингтар, я…

— Ранд, это право каждого человека – выбрать, когда Вложить Меч в Ножны. Оно есть даже у такого, как я.

Прежде чем Ранд успел ответить, по переулку прибежал Хурин.

— Тот патруль свернул в сторону, – выпалил он, – вниз, в город. Похоже, они там собираются. Мэт и Перрин ушли. – Он кинул быстрый взгляд на улицу и отдернул голову. – Лорд Ингтар, Лорд Ранд, нам бы лучше сделать то же самое. Эти жукоголовые Шончан вот-вот будут здесь.

— Иди, Ранд, – сказал Ингтар. Он повернулся лицом к улице и не смотрел больше ни на Ранда, ни на Хурина. – Доставьте Рог куда следует. Я всегда знал, что Амерлин нужно было поручить командование тебе. Но хотел я одного – сохранить Шайнар в целости, не дать смести нас с лица земли, предать забвению!

— Я знаю, Ингтар. – Ранд глубоко вздохнул. – Да осияет тебя Свет, Лорд Ингтар из Дома Шинова, и пусть защитит тебя длань Создателя, и да укроешься ты в Его ладони. – Он коснулся плеча Ингтара. – Последнее объятие матери принимает тебя к себе.

Хурин сдавленно охнул.

— Благодарю тебя, – тихо произнес Ингтар. Казалось, напряжение покинуло его. В первый раз со времени того ночного набега троллоков на Фал Дара он стоял так, как Ранд впервые увидел его, – уверенный и расслабленный. Умиротворенный.

Ранд повернулся и натолкнулся на взгляд Хурина. который смотрел на него, смотрел на него и на Ингтара.

— Нам пора идти.

— Но Лорд Ингтар…

— … поступает так, как должно. – резко сказал Ранд. – А мы идем.

Хурин кивнул, и юноша поспешил за ним. Теперь Ранд слышал медленную поступь Шончан. Он не стал оглядываться.

ГЛАВА 47. Могила не преграда для зова моего

Мэт и Перрин уже сидели в седлах, когда Ранд и Хурин добежали до них. Далеко позади Ранд услышал взлетевший ввысь