Скиталец. Часть 2 - Алексей Байкалов

как северяне постепенно уставали и сражались все медленнее. Их дыхание становилось тяжелым, а движения все более вялыми и медленными. Все понимали, что долго так сражаться он не смогут, кто-то дрогнет начнет сдавать позицию и тогда начнет проливаться горячая кровь северян. Целительницы не успевали лечить раненых, в палатках уже не было свободного места.

— РРРРРАААААРРХ! — совершенно дикий медвежий рев раздался в небе, от звука которого у всех кроме северян, прошлись волны ужаса по телу.

С неба, прямо в центр построения воинов Света, приземлился огромный белый медведь. Фестиций только успел подняться на стену, но ужас внушаемый огромным зверем, хозяином Севера, парализовал его с одного взгляда на это могущественное существо. Даже со стены было видно насколько он огромен. Фестицию казалось, что если зверь подойдет к стене, то он, Фестиций, сможет погладить медведя даже не наклоняясь, а стена была не меньше шести-семи метров. Уже отходя от страха парализовавшего Фестиция, он понял, что медведь не белый, а настолько седой, то его шерсть сливалась с самым чистым и свежевыпавшим снегом. Сам же медведь был закован в доспехи изо льда, по которым тянулась вязь из северных узоров.

— РРРАААХХХ! — медведь поднял голову и огласил свое прибытие на поле боя, возвращая силу в руки своих сынов.

— РРРАААХХХ! — вторили ему северяне.

— РРРАААХХХ! — повторил за всеми и Бьёрн. — Селён наш Отец, не правда-ли? Не боись, парень. — хлопнул Феста здоровяк. — Медведь с нами! Наш бог с нами! Теперь мы со всеми справимся!

— Но ведь его присутствие позволит вмешаться Тиморию! — закричал Фестиций, пытаясь перекричать медвежий рев.

И словно в подтверждение его слов поле боя озарилось таким ярким светом, что Фестиций закрыл глаза руками и отвернулся от его источник, но даже это не помогло, и глаза начали болеть от такого яркого света. Когда же Фестиций смог открыть глаза, на на поле боя сражались две огромных и могущественных существа. Бог-Медведь и аватар Светлоликого Тимория. Тиморий по своим размерам не уступал Медведю и нападал на него с огромным двуручным мечом из Света, думать об этом свете можно было думать только с большой буквы, но даже такой меч не мог пробить доспехи изо льда, покрывающее тело Медведя. Вот только никто из сынов Севера не переживал за своего покровителя, они с удвоенной силой напали на агрессоров и начали теснить тысячную армию инквизиторов. Бьёрн так и вовсе стоял задрав голову и смотрел в небо.

— Что ты там увидел? — перекрикивая звуки боя, спросил Фестиций.

— А ты сам посмотри! — улыбаясь во весь рот, ответил Бьёрн.

Фестиций поднял голову и посмотрел куда ему указывал пальцем здоровяк. По небу, создавая под ногами облака, пронеслись две фигуры. Фигуры человека и Лазурного барса.

— Они справились! — радостно прокричал Мор.

Скит ловко бежал по небу, создавая облака под ногами, и спустя пару минут он уже спустился на стену. Внешний вид Се Шандина вновь изменился. Его, свисающие уже ниже плеч, волосы стали бели белы как снег, левый рукав кожаной северной куртки отсутствовал, а рука была покрыта вязью былой татуировки, изображающей непонятный узор понять который было невозможно, но при взгляде на узор в голову приходило только одно слово — Север! Так же кожа Скита была белой, а вокруг глаз были черные круги, словно их подвели тушью, Скит вновь сконцентрировал большое количество силы духа.

— Кэп, ты почти пропустил самое интересное! — Бьёрн кинулся обнимать друга.

Из-за спины Скита вышла Азалия, изменения во внешнем виде которой сразу бросались в глаза. У нее немного отрасли рожки, а также нежная лазурная энергия с белами переливами истекала от передних лап и тянулась вверх, чем-то схожая с лепестком цветка или языком пламени.

— Вы тут и без нас вполне неплохо справляетесь. — усмехнулся Скит.

— Да, но хотелось бы напугать их настолько, чтобы они вообще никогда не совались на нашу землю. Бьёрн не скрывал радости, что его друг справился.

— Нам надо побить Александра, иначе он сможет перевернуть расклад на поле боя. — приступил к делу Скит, внимательно осматривая Энму, с головы до ног залитого кровью инквизиторов, но увидев черные глаза монаха Ву, он кивнул ем головой и продолжил. — Мор, помнишь ты на корабле Одноглазого запер меня в моем страхе? — дождавшись утвердительного кивка, Скит продолжил. — Сможешь подобное провернуть с ним?

— Он сейчас проводник Света Светлоликого Тимория. — задумчиво проговорил Мор. — Даже с той силой, что исходит от тебя, его будет сложно победить.

— У меня другой план. — Скит сверкнул своими изумрудными глазам. — Нам надо достать его самый главный страх наружу, этого будет достаточно, чтобы остановить его, он сам находиться фактически на грани того, чтобы его страх поглотил Александра. Справишься, Мор?

— Смогу, но для этого он должен быть достаточно обессилен. — задумался Мор. — Он слишком силен для меня

— Мне хватит сил, чтобы измотать его. — продолжил Скит. — По моему сигналу ты появишься на поле боя, и запрешь его в собственном страхе.

Мор кивнул соглашаясь, и Се Шандин спрыгнул со стены врезаясь в строй инквизиторов парой ударов оставляя сотню воинов Света без жизни. Азалия спрыгнула вслед за своим спутником, увеличивая убойную силы Скита и уменьшая поголовье инквизиторов. Отец Александр почувствовав Скита кинулся в его сторону растапливая снег под своими ногами.

— Все же решил не прятаться за стенами, мерзость? — заговорил инквизитор, когда они встретились и встали напротив друг друга.

— Меня зовут Се Шандин. — поправил инквизитора Скит.

— Ого! Тебе Медведь даже Имя дал? — насмешливо восхитился отец Александр. — Вот только оно тебе не поможет, и это поле боя станет твоей могилой. А я освобожу этот мир от опухоли, нарвавшей на его теле.

Глава 19

Тело Скита покрылось лунным серебром. Как это было тогда, после его беседы с Наемником в мире его души и последующим разрушением острова. Его пальцы на руках и ногах заканчивались длинными когтями, на локтях и коленях выросли шипы, а на голове два небольших рога, не больше двух сантиметров. По всему телу телу струился тот же узор, какой был на новой татуировке Се Шандина, и как татуировка узор светился белым светом. Азалия стояла рядом со своим спутником и скалилась на отца Александра. Инквизитор ухмыльнулся, сбросил свою широкополую шляпу и достал из-за спины огромный двуручный меч, Скит удивился странной форме меча инквизитора. Лезвие меча практически отсутствовало. Если сказать точнее, то по всей длине клинка отсутствовала середина. Только острое лезвие, словно обрамляющие то место, где должна находиться сталь. Отец Александр сделал круговой взмах своим клинком