Воскрешение - Николай Андреев

Примерно через пять часов пути, когда позади осталось более двадцати километров, Кайнц остановил разведчиков на привал. Скинув рюкзаки, люди около десяти минут лежали без движения. Это было просто блаженство — не чувствовать на своих плечах многокилограммовый груз.

Лишь когда силы немного восстановились, Лунгрен начал доставать обеденные кубики. Их еще предстояло немного намочить, но швед застыл в удивлении. Глядя куда-то вдаль, Свен тихо произнес:

— Мне показалось, что кто-то движется от дерева к дереву.

Тотчас вся группа вскочила на ноги, готовя оружие к бою. Однако вокруг была полная тишина. Лишь ветер слегка качал кроны деревьев. Спустя несколько минут, вставляя меч в ножны, граф устало сказал:

— Наверное, показалось…

Люди снова опустились на траву и принялись за еду. Время от времени кто-то привставал, внимательно оглядывал ближайшие окрестности. И хотя лес просматривался довольно хорошо, что-то в нем было подозрительное, тревожное. Вторым странные тени заметил Аято. Японец тотчас поднял руку, призывая всех к тишине. Смолкли разговоры, и разведчики отчетливо услышали хруст сухих сучьев и чьи-то шаги.

Осознав, что люди больше не разговаривают, странное животное замерло.

— Он где-то здесь, — прошептал Ридле, указывая на юго-запад.

— Окружим его, — ответил Лунгрен, поднимаясь.

Вместе со шведом пошли Храбров, Освальд и Виола. Воины передвигались осторожно, не спеша, стараясь ступать на мягкую траву. Постепенно они расходились веером, захватив в кольцо определенный участок леса. Наступление длилось не более пяти минут. Неожиданно для всех со звериным рыком из-за деревьев выскочило волосатое человекоподобное существо. Его глаза горели злобным красным огнем, руки с огромными когтями были выставлены вперед. Казалось, что еще мгновение, и эта полуобезьяна бросится на землян. Однако инстинкт самосохранения оказался сильнее. Издав громкий вопль, существо обратилось в бегство. Сразу было видно, что произошли изменения и в координации движений. Этот мутант переваливался из стороны в сторону, правда, при этом делая огромные шаги. Вскоре существо скрылось из виду.

— Скорее всего, это и есть дикий, о котором нам говорили долы, — предположил Виола. — Они здорово деградировали и превратились в типичных животных-хищников. Ни чувств, ни эмоций. Лишь голые инстинкты.

— Ты делаешь слишком поспешные выводы, — возразила Олис. — Они, конечно, здорово одичали, но это вовсе не значит, что человеческое существо пало столь низко. Есть, конечно, изменения и на генном уровне. И все же…

— Зря ты не посмотрела ему в глаза, — перебил девушку лейтенант. — В них отражено все — голод, злоба, жажда убийства. Это глаза хищника. Возможно какие-то остатки разума еще и остались, но они спрятаны слишком далеко. Сейчас дикие практически ничем не отличаются от тапсанов.

— А вот это меня и беспокоит, — вставил Кайнц. — Мы допустили ошибку, что не пристрелили чудовище. Эта образина нас выслеживала. Стин говорил о стаях диких. Возможно, мы находимся рядом с одной из них.

— Думаешь, беглец приведет остальных? — спросил Освальд.

— Не исключено. Мы для них такая же дичь, как другие животные в лесу, — ответил за графа Аято. — И возможно, скоро станем предметом охоты. Весь вопрос — большая ли у них стая?

— Черт подери, — выругался Свен. — Надо сматываться отсюда.

— Вряд ли это поможет, — усмехнулся самурай. — Однако сидеть и дожидаться здесь — еще глупее. Давайте-ка собирать вещи.

Что-что, а убегать группа уже научилась профессионально. За пару минут были собраны рюкзаки, снаряжение, оружие. Генрих подал команду на выдвижение. Последними шли Ридле и Лунгрен. Они постоянно оглядывались, но пока все было тихо.

Пройдя около трех километров, Олис негромко произнесла:

— Может, зря мы так спешим. Подумаешь, какой-то дикарь встретился на пути. Он пошел своей дорогой, мы своей.

— Возможно ты и права, но береженого Бог бережет, — ответил Олесь.

К сожалению, самые мрачные прогнозы Кайнца и Аято подтвердились. Вскоре Линда вскрикнула и указала рукой на несколько волосатых чудовищ, двигающихся параллельно группе. Вот уже дикие замелькали и справа, и слева, и сзади. Не было никаких сомнений, что они начали охоту. Как настоящие хищники, существа хотели сначала загнать свою жертву, лишить ее сил и мужества. Паника в стане врага всегда приносит победу. Однако земляне вовсе не были напуганы. Они лишь искали подходящее место, где можно с достоинством встретить нападение деградировавших мутантов. На это ушло около двадцати минут, пока Аято не заметил небольшую поляну. Именно туда группа и двинулась. Стоило разведчикам остановиться, как замерли и дикие. Словно волки, они от дерева к дереву подбирались к своей добыче. Их грязно-коричневые волосатые тела мелькали уже повсюду. Сделав оборот на триста шестьдесят градусов, Освальд удивленно вымолвил:

— Матерь Божья! Сколько же их здесь?

— Не менее пятидесяти, — проговорил Тино, снимая рюкзак. — А еще, наверняка, столько же особей женского пола, скрывающихся в чаще. Они тоже могут вступить в схватку за лакомый кусок. И, думаю, будут не менее опасны.

— Самое главное, держать их на расстоянии. Иначе сомнут, — выкрикнул граф.

План боя был очень прост. Аланцы вместе со всеми вещами находились в центре поляны. Вокруг них плотным кольцом, сдвинув щиты, расположились Кайнц, Аято, Храбров и Лунгрен. К сожалению, нельзя было использовать луки и арбалеты. Во-первых, чудища прятались за деревьями, а во-вторых, они уже находились в каких-то пятнадцати шагах. Более одного выстрела сделать все равно не удастся.

Дикие тем временем приближались и приближались. Они, видимо, считали, что жертва уже выдохлась и ее пора добивать. Над лесом раздался страшный, нечеловеческий вопль вожака. Тотчас два десятка особей бросились на наемников. В каждой из них было не менее восьмидесяти килограммов веса. Выставив вперед свои косматые руки, оскалив клыки, существа вызывали ужас и отвращение. Не выдержав напряжения, отчаянно закричала Кроул.

Однако никто из землян не дрогнул. Быстрые уверенные движения копьями, — и первые чудища, истекая кровью, падают на землю. Еще не осознав, что произошло, задние особи толкают своих сородичей впереди. Ломается древко у Кайнца, вместе с копьем Тино рухнул еще один дикий.

И тогда заработала острая сталь мечей. Злобные крики сменились воплями боли и отчаяния. Ни одно из существ так и не прорвалось сквозь строй наемников. Всюду их когти и клыки натыкались на прочный металл щитов и лат. Это был даже не бой, а какая-то мясорубка.

Впрочем, уже через несколько минут дикие испуганно отхлынули назад, оставив на земле больше десятка тел. Некоторые еще двигались, стонали, их конечности конвульсивно подергивались. Один из монстров с рассеченной грудью отползал в сторону, но беднягу ожидал страшная судьба. Три здоровых родича тотчас бросились на раненого, добили его и, отрывая большие куски мяса, начали пожирать.

— Мамочка… — простонала Олис.

С совершенно белым лицом аланка опустилась на колени. Ее тошнило Однако, подняв глаза, девушка вскрикнула от ужаса. Буквально в полуметре от нее, под ногами Лунгрена лежала отрубленная голова одного из существ. Раскрытые глаза, обнаженные зубы, застывшая на губах слюна. Кроул была на грани обморока. Беднягу вовремя под руки подхватили Виола и Салан. Правда, Линда вряд ли находилась в лучшем состоянии. Обеих девушек трясла нервная дрожь.

— Надо уходить, — произнес Аято. — Эти чудища голодны. Еще немного, и они бросятся снова. Мы оставляем им царский обед.

— А они не атакуют нас, когда группа нарушит строй? — спросил Освальд.

— Вряд ли. Мы им больше не нужны, — ответил японец. — Здесь вполне хватит мяса на всю стаю. А кого жрать, этим существам безразлично…

— Аланцы несут все рюкзаки, я иду впереди, Храбров и Аято на флангах, Ридле и Лунгрен прикрывают тыл, — скомандовал граф.

Приказ был выполнен мгновенно. Разведчикам хотелось как можно быстрее покинуть это страшное место. Взвалив на себя рюкзаки, Кроул и Салан еле передвигали ноги. Однако помочь им никто не мог. Впрочем, стоило группе покинуть место боя, как стая с дикими криками бросилась разрывать тела убитых сородичей. Люди их больше не интересовали. Как любое животное, эти существа, набив желудок, никому не причиняли вреда. Наемники миновали опасную зону, взяли свои вещи у аланцев и бегом устремились прочь от поляны. Смотреть на кровавое пиршество, развернувшееся там, никто не хотел. Ни один из землян ни разу не обернулся.

Около часа все шли молча, стараясь не вспоминать эту бойню. Постоянно кто-то оглядывался, прислушивался. Но погони не было. Дикие остались далеко позади и занимались своими делами. Они уже больше не были людьми, хотя отчасти и сохранили человеческий облик. После катастрофы эволюция пошла вспять, у этих существ развились все возможные и невозможные атавистические органы и придатки. Порой природа бывает ужасно слепа…