Ненастоящий герой. Том 3 - N&K@

Глава 5

Бывший лабиринт оказался совсем не таким огромным, как чудилось в процессе его прохождения. Фор Корстед даже видел череду тоннелей, ведущих в пещеру с барельефами, а следом и на свободу. Однако до них предстояло еще добраться.

Неожиданно мимо Радремона пронесся орк. Тот потерял плащ, его одежда пришла в негодность, а кожу покрывали синяки, ссадины, кровоподтеки и более серьезные повреждения. Впрочем, и маркиз выглядел не на много лучше.

Но самое удивительное — фор Корстед узнал орка. Это был Бал’Луг!

Однако особо времени торчать с открытым ртом у Радремона не было. Тем более, что зеленокожего преследовала летающая каменная гаргулья размером ничуть не меньше разбуженного маркизом стража. В лапах же существо сжимало скрижаль с какими-то письменами, которой так и норовила огреть громилу по затылку

Все это фор Корстед отметил, не сбавляя темпа, и скоро они бежали уже бок о бок.

— Где остальные? — бросил Радремон, быстро глянув через плечо. К сожалению, его надежды не оправдались и загонщики полностью проигнорировали друг друга, сосредоточившись на собственных жертвах.

— Тролль. Сдох. — выдал орк, экономя дыхание. — Остальные. Не знаю.

Маркиз кивнул. В целом, он мог бы связать Бал’Луга Путами и, если тот не успеет избавиться от заклинания, оставить его на поживу преследователям, но… Во-первых, за зеленокожим оставался должок, а во-вторых, фор Корстед теперь знал его историю.

На самом деле, ее слышал практически каждый на Ахалдасе. Некий Фархан — глава небольшого, но дружного рода — принял к себе молодого орченка и воспитал, как собственного сына. Холил, лелеял, не жалел ресурсов для развития. Прочил место наследника.

А орченок, достигнув второго ранга, возьми да предай благодетеля. Он перебил стражу, украл большую часть ценностей рода и сбежал, оставив Фархана у разбитого корыта. К лидеру же мгновенно подмазался один перспективный эльф.

С тех пор предатель вынужден был скрываться, вести дела втемную, и ни один род никогда не пустит его даже на порог засранного сельского сортира.

Вот только имелся у истории один нюанс, о котором Радремон догадался, услышав диалог Бал’Луга с Тамиксиэлем перед сделкой по продаже рабов. На самом деле именно длинноухий предал Фархана, умело подставив орка. А тот не сумел доказать свою невиновность и вынужден был броситься в бега.

Эльф же чуть позже окончательно добил небольшой, но дружный род, переведя людей под крыло Свиты Темного Маршала и заслужив тем самым немалые привилегии. А Фархан оказался выкинут на задворки истории. Причем, скорей всего, с ледяным копьем в спине.

История трагичная в своей несправедливости и тривиальная в своей трагичности. Каждый вертится, как может, для достижения собственных мечтаний. Цель оправдывает средства. Нет хороших или плохих способов — есть только успешные и провальные. А что до сопутствующих жертв — кому какое до них дело?

Таким образом, Тамиксиэль, жаждая силы и власти, перешел дорогу Бал’Лугу. Тот не сдался, продолжил копить силы для обеления своего имени и даже умудрился, будучи изгоем, взять третий ранг. Но при этом знатно потоптался по судьбе Радремона. За что и должен ответить сполна.

Однако для начала нужно как-то разобраться с яростно грохочущими за спиной каменюками.

— Идеи? — выдохнул на бегу орк.

— Драться пытался?

Зеленокожий лишь фыркнул, одним этим звуком дав понять, что испробовал все имеющиеся в рукавах козыри, но не смог добиться хоть каких-то шансов на успех.

— Тогда бежим. — выдал маркиз, перебирая в уме варианты спасения. И кое-какая мыслишка у него имелась.

К моменту, как они добрались до ближайшего прохода, преследователи их практически настигли, но в тоннеле вновь удалось немного увеличить отрыв, поскольку стражам пришлось крушить камни, расширяя себе пространство. Правда делали они это весьма успешно, так что времени на отдых не оставалось.

Стремглав преодолев тоннель и, не глядя на искусные барельефы пещеры, фор Корстед с орком протиснулись в не до конца открытые врата и одновременно бросились к спасительному рычагу.

Действуя дружно, словно однояйцевые близнецы, они схватились за рукоять и, изо всех сил напрягая мышцы, принялись толкать ее в исходное положение. Томительно потянулись мгновения. Толстенные створки ползли, казалось, со скоростью беременной улитки-инвалида, решившей на старости лет сходить в гости к подруге с другого конца поля.

Вены выступили на руках и висках Радремона, мышцы ныли. Так же выглядел и Бал’Луг, скаливший две пары желтых клыков. Но вместе у них получилось, и врата захлопнулись перед самым носом у разгневанного истукана.

Послышался грохот, будто две горы решили яростно совокупиться, земля дрогнула, с потолка посыпалась пыль и сушеные водоросли. Но створки оказались не только неимоверно толстыми, но еще и укрепленными неведомой магией, а потому устояли.

Единственное — маркиз надеялся зажать стража так, чтобы осталась возможность атаковать. Себе он не мог позволить бесконечность времени ковырять врага, нанося тому крупицы урона, но с этой целью вполне справился бы зомби. Зеленый, мускулистый, клыкастый зомби. А за результатом фор Корстед вернулся бы позже.

Но так тоже сойдет. Лучше, чем быть настигнутым в следующем лазе, преодолевать который вновь придется на четвереньках. В конце концов, ничто не мешает стать сильнее и потом еще раз заглянуть в гости к горластой каменюке.

А пока…

Радремон и Бал’Луг, стоя вплотную друг к другу, встретились взглядами. Орк попытался ударить маркиза кулаком в лицо, но тот уклонился, толкнул громилу ладонью в подбородок, одновременно делая подсечку.

В падении зеленокожий схватил свой могучий лабрис и тут же со стоном выпустил, когда Каменный дротик насквозь прошил ему ладонь. Маркиз полностью контролировал ситуацию.

Бал’Луг рухнул. Фор Корстед оказался сверху.

Он в упор запустил запустил сразу несколько аналогичных заклинаний, целясь в руки орка. Тот сверкнул навыком укрепления плоти, но сумел остановить лишь три, а остальные проделали в зеленой шкуре кровоточащие дыры.

В довершении же Радремон приставил кинжал к груди Бал’Луга, а острие шпаги направил ему в горло.

— Узнал-таки. — сквозь стиснутые от боли зубы процедил орк.

— Как и ты. — восстанавливая дыхание бросил маркиз.

Кровавя слеза Кракена может и делала его магию сильнее, но заметно влияла на выносливость. Нужно придумать, как ей правильнее пользоваться.

— У меня глаз наметан, раб. — усмехнулся Бал’Луг. — Можешь перекрасить и выпрямить волосы, но это тебе не поможет.

«Перекрасить волосы? Что?» — подумал фор Корстед, одновременно надавив на рукоять кинжала, намекая, что дерзить не стоит.

Из-под лезвия заструилась кровь.

— Что ты хочешь? — выдавил из себя орк.

— За тобой должок. — глядя ему в глаза, сообщил Радремон.

Зеленокожий вздохнул.

— Значит все-таки ты прикончил того Льва.