Доспех духа. Том 9 (СИ) - "Фалько"

— Подождём, — сказал он, показывая на площадку у окна, но дверь почти сразу открыл помощник Кайзера и что-то важно сказал на немецком.

Рабочий кабинет Кайзера был относительно небольшим и не таким роскошным, как другие помещения дворца. На рабочем столе был установлен большой монитор компьютера и многоканальный телефон. Рядом с высокими напольными часами неприметная дверь, отделанная так же, как и стены. Я её случайно заметил, увидев тонкую щель между пластинами обшивки стены.

— Ваше Величество, — я коротко поклонился.

— Здравствуй, Кузьма Фёдорович, — как оказалось, Кайзер неплохо говорил на русском языке. С сильным акцентом, но слова не коверкал. — Наслышан о молодом и талантливом мастере и рад, наконец, познакомиться. Проходи садись.

Он пригласил меня к столу для переговоров, рядом с которым стояло два стула, затем жестом отослал Карла. Вообще, в присутствии правителя сидеть не разрешалось, но как-то спорить с ним по этому поводу не хотелось. Едва Кайзер сел напротив, в кабинет вошёл его помощник, поставил на стол две чашки кофе.

— Удивительно, — сказал Кайзер, глядя на меня. — Никогда не думал, что можно стать великим мастером в таком молодом возрасте. Мы с Карлом спорили, что это, талант или заслуга особых тренировок, пресловутого укрепления тела.

— Мы с братом тренировались по одной методике, — сказал я. — Он старше меня и только на пути к тому, чтобы стать мастером.

— Я привёл Карлу тот же аргумент, — кивнул Кайзер.

Правитель Германии был немолод, ближе к семидесяти годам, но взгляд проницательный, видящий насквозь. В нём чувствуется жёсткость, но не такая острая, как у того же Императора Цао. Да, можно сказать, что двух правителей разделяет не так много лет и есть у них что-то общее.

— Вижу, что молодость накладывает отпечаток на эту силу, — продолжил Кайзер. — Со временем он сгладится, но сейчас это сильно заметно. Для всего мира важно, чтобы великие мастера были уравновешенными и понимали, какой силой владеют. Я читал отчёты о том, что произошло в начале сентября, о выходке великого князя и рад, что ты именно такой, как я описал выше. К тому же моя дочь София хорошо отзывается о тебе. Никогда не слышал, чтобы она говорила о ком-то настолько взволнованно. Не желаешь взять её в жёны?

Я ожидал, что об этом зайдёт речь, но не так быстро и не настолько откровенно, поэтому немного растерялся.

— Нет, Ваше Величество, у меня сейчас совсем другие планы, — быстро сказал я. — Жениться третий раз не планирую, у меня сын недавно родился, и я его за последний месяц видел всего пару раз.

— Говорят, что чаще всего силу отца наследует именно первенец, — сказал Кайзер. — Меня печалит поспешный ответ, но я не могу тебя заставлять. Удели Софии немного времени, возможно, между вами проскочит искорка чувств и категоричность отступит на второй план.

Дальше разговор свернул на тему предстоящего экзамена и сложной политической обстановке в России. Кайзер осторожно прощупывал меня, пытаясь узнать, кого я поддерживаю, что думаю о Разумовском, о Николае и о княжнах, что гостили в Италии. Посетовал, что я не отправил их в Германию, где они были бы в безопасности ничуть не меньше, чем в гостях у герцога Бурбона. Осведомлённости правителя Германии можно было только позавидовать. Возможно всё дело в том, что Елена Алексеевна являлась его племянницей.

После разговора с Кайзером сложилось стойкое впечатление, что он очень умён, хитёр и коварен. Вроде бы мы обсуждали разные вопросы, не углубляясь в детали, но я постоянно ловил себя на мысли, что рассказываю больше, чем следовало бы. Минут через сорок Кайзер вспомнил, что скоро будет обед и великодушно отпустил меня, чтобы я смог немного отдохнуть с дороги.

В коридоре меня ждал Карл, находившийся в прекрасном расположении духа. Задумавшись о чём-то, он мечтательно смотрел в окно, выходившее как раз на собор и парк слева от него.

— Девушки просили меня встретиться с ними в гостиной, — сказал я.

— Да, это недалеко. Но для начала, пойдём, познакомлю тебя кое с кем.

Карл повёл меня к знакомой лестнице, откуда мы поднялись на третий этаж. Идти пришлось почти через всё здание, по проходным комнатам и роскошным залам. По пути нам пару раз встретились женщины, коротко поздоровавшиеся с Карлом на немецком. В итоге мы попали в небольшую комнату, очень похожую на гостиную, откуда можно было пройти в спальню. В комнате отдыхала молодая женщина, года на два старше Софии и очень на неё похожая. Она баюкала на руках ребёнка, нежно глядя на него.

— Анна Луиза, — сказал Карл, — моя супруга. И Маргарита, наша дочь.

— Очень приятно, — сказал я.

— Кузьма Матчин, — Карл представил меня, подталкивая в спину, чтобы не робел и проходил в гостиную.

— София много о тебе говорила, — сказала Анна. Голос у неё оказался неожиданно мягким. Она посмотрела на супруга. — Проходите, только не разбудите Маргариту.

— Она родилась в марте, — шепнул Карл.

— Поздравляю, — я сел в кресло напротив Анны. — Прелестная девочка.

— Вы приехали с супругой? — спросила она, поправляя пижаму девочки, чтобы капюшон не падал на лицо.

— Нет. Я здесь, можно сказать, по работе. Супруги остались дома.

— Жаль, — вполне искренне огорчилась она. — Карл говорил, что у вас родился сын. Это хорошо, когда первым рождается наследник.

— И дочка тоже неплохо, — улыбнулся я.

— Приезжайте к нам в гости, — Анна подняла на меня взгляд зелёных глаз. — Обязательно с супругой и сыном. В наш родовой замок, недалеко от Лейпцига. Даже зимой у нас очень красиво.

— Спасибо за приглашение, но я пока не знаю, смогу ли вырваться в ближайшее время.

— Мы с Карлом всё понимаем, — она улыбнулась. — Но всё же, мы будем рады видеть вас.

— Действительно, до зимы осталось всего ничего, — сказал Карл. — У Кузьмы будет много хлопот в связи с новым статусом. Поздней весной, на первый год рождения Маргариты, можно было бы и приехать.

Супруги посмотрели на меня одинаковыми взглядами, говорящими, если я откажусь, на меня смертельно обидятся.

— На несколько дней весной мы приедем, — сказал я.

— Это замечательная новость, — Анна улыбнулась дочери. — К твоему первому дню рождения познакомим тебя с Павлом. Постарайся произвести на него хорошее впечатление. Кузьма, ты не торопишься, посидишь с нами? Карл?

— Скоро обед в большом зале, — виновато сказал он. — Может быть, вечером.

Бурный день для меня закончился только поздним вечером. В комнату, которую мне выделили во дворце, я добрался часов в десять. Успел проведать сестёр Юй и Мережко, которых разместили в гостинице сразу за рекой. Номера им достались шикарные, с видом на дворец, так что можно было о них не беспокоиться. Сёстры Юй норовили пойти со мной, говоря, что в местном дворце нет людей, кто может правильно обо мне позаботиться. Едва смог уговорить их пожить в гостинице, говоря, что ничего со мной за один день не случится.

Устроившись в комнате на кровати, позвонил домой и долго рассказывал, как прошёл день, о новых знакомствах и приглашении в гости к Карлу Мирбаху. Впечатлений день принёс массу, от знакомства с наследником Кайзера до странных бесед с тремя принцессами за чашечкой вечернего чая. Хорошо, что Сабина была рядом, поэтому дальше туманных намёков и предложений вечерних прогулок дело не пошло. Но это я больше ворчу, так как вечер в их компании прошёл неплохо и познавательно. Они сказали, что на следующий день запланировали какое-то интересное мероприятие, и я просто обязан на нём присутствовать. Это они так завуалированно намекнули, чтобы не сбежал.

Тася над моим рассказом посмеялась, сказав, чтобы я был осторожен и не забывал, что в гостях не у коллег по работе, а во дворце правителя. Алёна переживала по поводу Софии, попросив не спускать с неё глаз, а вот мама, напротив, отметила, что я мог бы уделять принцессам больше времени. В общем, пока они спорили, Тася шепнула, что скучает по мне, и попросила скорее возвращаться.