Приграничное владение 2 (СИ) - Матюшенко Артем

—Ты кто такой? — Не нашел ничего лучше, как повторить свой вопрос Саша. — Ты орк?

Такой вопрос немного озадачил пришедшего. Он вытянул шею и удивленно уставился на Сашу, потом сделал еще несколько шагов подойдя почти вплотную и встал переминаясь голыми ступнями. Принюхался к содержимому стальной сашиной кружки, потом вновь покосился с опаской на спящего Лаэрта.

—Он ранен. Болеет. — Просветил его Саша и вновь повторил. — Ты кто? Я человек. Он, — ткнул он пальцем в лежащего Лаэра, — дроу. Ты кто, мастер Йодо?

—Гоблинс. — Радостно закивал зеленый тыкая уже себя в грудь, будто наконец-то понял, что от него хочет Саша и важно объявил. — Моя гоблинс Бырзыгуун старейшина из болотного племени.

—Ну, что ты гоблин, я уже понял. А как дальше? быр-пыр-грызун? В общем гоблин Грызик? — Махнул рукой Саша.

Зеленый довольно оскалился и закивал, видно не возражая если его будут так называть. — Моя любит, буль-буль и ням-ням. — Погладил гоблин себя по животу. И усевшись рядом потыкал своим когтистым пальцем в кружку с бульоном и размокшими сухарями.

Саша вздохнул, — Видно мне сегодня вообще не пожрать. С сомнением посмотрел на широкий рот гоблина усеянный мелкими зубами. Ну надеюсь он хоть не человеченкой питается, а то кружка у меня одна. Хотя… — Он встал и порылся в заплечном мешке Лаэрта, вытянув из него вместительную деревянную миску и небольшой оловянный стаканчик. Вывалил в деревянную миску бульон с сухарями и протянул гоблину. Гоблин в поедании угощения напоминал голодного кота, разве что не урчал когда длинным языком вылизывал миску. Саша вновь развел сухой бульон, подогрел его на огне и накрошил сухарей.

—Моя ням-ням. Протянул гоблин опустевшую миску.

—Да, иди ты лесом, проглот! Я сам еще не ням-ням! — Гоблин сделал такое обиженное лицо-морду, что Саша не выдержал и усмехнувшись отдал ему половину приготовленного.

—Вино, хорошо. Буль-буль. — Мечтательно закатил глаза зеленый.

—Бухануть, что ли хочешь? — Хмыкнул Саша. — У меня-то есть, да крепко для тебя будет.

Он достал из вещмешка фляжку коньяка, свернул пробку и принухался. — Дербент, пять звездочек, хороший коньяк. — С сомнением посмотрел на облизывающегося в нетерпении гоблина и достал сгущенку и печенье. — Ладно уж, чем богаты.

Миску и вместительную стальную кружку он ополоснул в ручье, причем гоблин семенил с ним рядом, так как коньяк он убрал в карман. Словно маленький человечек боялся, что Саша выпьет все оказавшись наедине, да и не хотел Саша оставлять гоблина рядом с лежащим Лаэртом. Кто его знает этого мутного типа, что у того на уме, а вдруг прирежет больного. Хотя сказать по правде, Саша был даже рад неожиданной компании, слишком уж напрягала его ночная тишина леса.

Помимо серебряной монеты-амулета, висевшего у зеленокожего на груди, у него еще была старая сумка, напоминающая противогазную и нож в потрескавшихся деревянных ножнах, на кожаном шнурке, тоже перекинутом через плечо, но висевший с другой стороны от сумки.

—Ты откуда тут, такой красавец взялся? — Спросил гоблина Саша протягивая коктейль из коньяка, родниковой воды и сгущенки. — Живешь тут?

—Ага. — По-простому кивнул зеленокожий и стал шумно пить из деревянной миски, отдуваясь и причмокивая от удовольствия.

Саша посмотрел и тоже хорошо приложился к фляжке. — Ну, а чего, стресс надо снять. Слишком много всего за день произошло и вымотался так, что ноги до сих пор гудят, не смотря на вливаемую в организм магическую энергию.

—Моя тут живет. Раньше жил в племени, на болотах, но потом ушел сюда. — Погрустнел гоблин. — Живу очень долго, однако. Моя племя бояться, что я так долго живу.

—А чего ты так долго живешь? — Заинтересовался Саша и щедро плеснул гоблину коньяку со сгущенкой.

—Моя есть тайна. Моя встретил мага мертвого. Он мне подарил волшебное зелье, за то что ему поймал лесного кабанчика. Маленького совсем, в силки поймал. Сам. — Гордо похвастался зеленокожий. — Только это тайна, говорить не моги.

—Мертвый маг? — Удивленно посмотрел на него Саша. — О-о, Сатурну больше не наливать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

—Наливать, наливать, Бырзыгуун любит буль-буль. — Уже пьяненько улыбаясь протянул гоблин.

—То-то и видно. — Хмыкнул Саша. — Гоблинский алкоголизм, штука неизлечимая. Понял? — Но подлил снова, радостно кивающему собеседнику.

—Мертвый. Лич. Ой! — Испугался гоблин своих собственных слов. — Только твоя не говори. Это большая тайна. Лич обещал, если я расскажу о нем, он моя сделает мертвым слугой. Моя хочет слугой, но моя не хочет быть мертвым слугой.

—Страшный? Лич, это колдун, что ли? — Заинтересовался Саша.

—Неее, мертвый, но добрый. Лекарь маг. — Отмахнулся гоблин и вновь приложился к деревянной миске. — Лекарства делал. Мне давал. Поросенка не ел, кровь только брал и волшебный зелья делал, а мясо моя давал. Бырзыгуун ел свежее мясо. Моя любит ням-ням. — Опять погладил он себя по животу и вытащил из своей сумки несколько горстей лесных орехов предлагая Саше закусить коньяк. Саня благодарно кивнул и начал грызть орехи.

Маленький гоблин очень заинтересовался Сашиными часами.

—О-о, — протянул он трогая сапфировое стекло Омеги, — Волшебный амулет мага. Он двигаться внутри.

—Ага, — кивнул Саша, ты его послушай, — и сунул часы к уху зеленого уродца.

—О-о-о, — протянул снова еще более благоговейно гоблин, — амулет двигаться и говорить.

—Слушай, Грызик, а откуда у тебя серебряная монета? Тоже волшебный амулет? — Саша протянул руку и хотел рассмотреть висящую на кожаном шнурке монету, но гоблин прикрыл ее ладонями.

—Волшебный металл, друг давать. Моя был в плену, в клетке сидел, люди биль моя. А друг, меня отпустил.

—Поня-ятно. Значит оттуда и язык человеческий знаешь? А раньше людей тут видел? К ним не подходил?

—Нее, много воины. Моя видел и прятался. А твоя один ходил и ням-ням делал. Моя там. — Показал гоблин рукой в сторону гор и пояснил. — Там моя, живу в норе.

—В норе живешь? — Удивился Саша. — Хоть бы шалаш сделал. Че в норе-то?

—Там хорошо. Очень большая нора. Там под землей вода и рыба есть и змеи, лягушки, ням-ням все, — закатил глаза гоблин показывая как это все вкусно.

—Слушай! — Вдруг дошло до Саши. — Ты говоришь, что лич этот лекарь? Надо Лаэрта к нему отнести.

—Неее! — Замотал головой гоблин. — Он когда хороший, а когда кричит. Моя нет! — Отрезал он.

—Слушай Грызик, ты мне друг или портянка? — Задал Саша прямой вопрос и продемонстрировал остатки коньяку и еще полбанки сгущенки.

—Твоя моя друг! Моя не знать потян… протяку. Твоя давать вкусный вино.

—Ну вот видишь? А у меня вон друг лежит, умрет если его к лекарю не отнести. Понимаешь? — Протянул Саша гоблину полпачки печенья.

Гоблин тяжело вздохнул, но неотрывно смотрел на печенье и остальное. — Моя не знать, как делай. — Наконец жалобно протянул зеленокожий. — Твоя друг, лекарь тайна, никому нельзя.

—Ты меня проводи, а я уж сам с ним поговорю. — Положил руку на плечо гоблину Саша. — Ну ты же видишь, друг помирает? А лич, твой вдруг его вылечит. Может? Точно лекарь?

—Лекарь, — закивал гоблин, — Хор-рошо лечить. Очень хор-рошо. Моя ногу ломал, он лечил быстро.

—Тогда время терять нельзя. Пошли скорее! — Вскочил на ноги Саша, а гоблин сунул в большой рот последнюю печеньку и тяжело вздохнул, но тоже поднялся вслед за Макаровым.

И вот он снова тащил волокуши с привязанным к ним Лаэртом. Небо над лесом уже начало светлеть, плавно превращаясь из ночной черноты в глубокую утреннею синеву, а снежная шапка Белого великана окрасилась в розовый цвет.

По-началу, когда Саня стал собирать вещи, эльф пришел в себя и даже спросил, что случилось, но позже, уже дорогой, снова впал в беспамятство и только бормотал что-то на своем гортанном наречии. На посеревшем лице у того проступил болезненный румянец, и на лбу выступила обильная испарина. Гоблина он к счастью не увидел, тот все же держался от дроу на порядочном расстоянии.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Саша периодически останавливался и трогал лоб у эльфа. Да он весь горит! Не долго же его дорогое лекарство действовало. А может наоборот, организм с помощью этого лекарства с этой отравой стал бороться? — Думал Саша и тянул связанные жерди.